Маска подлеца (СИ)

— Ева, я хочу тебя увидеть. Можно я наберу по видеосвязи, — спросил Игнат. Я поколебалась, но решила, что и мне такой разговор пойдет на пользу.
— Ну привет, Игнат, — я сама перенабрала мужчину через видео приложение.
Он был на работе в строгом костюме, сидел в кресле. Я всмотрелась в лицо на экране мобильного. Спокойное без глубоких морщин. Глаза голубые, даже синие, умные и проникновенные. Плавная линия скул, ровный небольшой нос и красивая форма рта. Губы не слишком полные, но и не тонкие суровые. Прямая линия подбородка. Однозначно, он симпатичный мужчина. От него веет властью и стабильностью. Такие мужчины не размениваются на многих, ценят свое время высоко. Общаться с ним это уже значит быть выделенной из серой массы окружающих его людей.
Я даже улыбнулась. Мне действительно приятно его внимание. Пусть нет бешенной необузданной страсти, но искры взаимопонимания и симпатии, точно сверкали между нами.
— Привет, красавица. Я рад тебя видеть. Теперь рассказывай, кто тебя там мучает, — добродушно проговорил он, внимательно разглядывая мое лицо.
— Все в порядке. Я просто скучаю по дому. Мне очень тяжело видеть, как самый родной человек умирает от смертельной болезни и знать, что я ничем не могу помочь, — вздохнула я.
— Я несколько лет назад потерял отца и мне знакомо это чувство. Он долго болел перед смертью. Она для него была скорее избавлением. Но мне все равно было очень тяжело смириться с неизбежным. Я хочу, чтоб ты чувствовала, что я тебя понимаю и поддерживаю. Ты не сама, — чуть тише сказал Игнат.
От его добрых слов на глаза навернулись слезы. Я быстро их смахнула. Это неправильно использовать его как жилетку.
— А ты сейчас где? На работе? — я решила поговорить на отвлеченные темы.
— Да, как видишь, сижу в офисе, разгребаю скучные бумаги. У меня тут целая стопка договоров на поставки в разные филиалы. Сегодня пятница, и я буду сидеть тут допоздна. Страдать в одиночестве, — он подмигнул мне.
— Когда сильно устанешь и захочешь отвлечься, можешь мне смело звонить. Я конечно сейчас еще тот юморист и на роль развлекателя плохо сойду, но посочувствую искренне, — я тоже ему помигнула. Я давно не кокетничала, уже даже забыла какого это, когда ты кому то симпатична.
— Ева, ты себя все время не дооцениваешь. Ты сейчас моя отдушина в этой серости и унылости. Ты очень красивая и умная женщина. Я очень хотел бы с тобой встретиться. Ты уже знаешь, когда планируешь вернуться обратно? — Игнат чуть отодвинул телефон, и я заметила на стене фотографию его с целой компанией солидных мужчин в костюмах.
— Пока нет. Но я не тороплюсь обратно. Ведь от того сколько проживет моя бабуля, зависит сколько времени я здесь пробуду. На нее благотворно влияет мой приезд. Поэтому, я вынуждена мириться с обстоятельствами и быть ради нее как можно дольше, — я покачала головой.
— Под обстоятельствами следует понимать неугомонных родственников? — спросил Игнат
— Именно, даже не буду спрашивать, как ты догадался. Уверена, это Таня постарась осведомить тебя получше, — я вспомнила о болтливой подруге. Как же мне не хватает наших субботних посиделок. Я бы сейчас ей все выложила и успокоила свою душу.
— Ты как всегда права. Я знаю за твоего неуравновешенного брата Камиля. Я тебя очень прошу, не давай себя в обиду. Держись от него подальше, — мужчина чуть наклонился вперед, и я четче разглядела в его глазах встревоженность за меня.
— Если бы ты знал, как я сама этого хочу. Ладно, пойду к бабуле. Я сегодня планирую целый день сидеть в ее комнате. Так что надеюсь мое настроение никто не сможет испортить. Желаю тебе хорошего дня и продуктивной работы, — я улыбнулась и помахала рукой Игнату.
— Ева, до встречи. Жду твоего звонка и… целую, — последнее слово мужчина сказал совсем тихо, но я расслышала.
Я быстро отключилась, чтоб не обидеть своим замешательством.
После разговора с Игнатом на душе действительно стало легче. Он меня одновременно и утешил, и поддержал, и подбодрил.
Я вспомнила за мужа. Мне стало неприятно, что Костик ни разу не проявил и доли участия ко мне, которое щедро дарил малознакомый мужчина. Но и я хороша. Мне не хотелось с ним разговаривать. Наши отношения давно изжили себя и пора бы это признать.
 
Я выглянула в коридор. Никого и тишина. Быстро прошмыгнула в комнату к бабуле.
Сегодня старушке стало хуже. Ее целый день рвало и лихорадило. Мы с сиделкой очень старались ей помочь. Поспоянно то обтирали ее влажным полотенцем, то укутывали в теплые одеяла. Она проваливалась в короткие минуты сна и покоя. Мне стало страшно. С момента моего приезда, впервые я увидела, как она на самом деле страдает. Я не выходила из ее комнаты и пользовалась ее ванной. Еду приносила сиделка с кухни. Но мне даже чай не лез в горло.
К вечеру я окончательно измучалась. День был выматывающий, а переживания за любимого человека выводили из себя.
Когда стемнело, старушка, наконец, спокойно уснула. Я легла рядом. Не хотела оставлять ее ни на минуту.
Когда я уже проваливалась в сон в комнату кто то вошел. Я приподняла голову и в ужасе узнала Камиля. Только не это… Если он сейчас начнет при бабуле выяснять отношения, я его точно убью.
— Не напрягайся, я зашел посмотреть, как она. Сиделка сказала, что ей хуже, — тихо сказал мужчина.
Я удивилась его спокойному голосу. Но перестать нервничать и напрягаться в его присутствии не могла. Все ждала подвоха.
— Да, она целый день рвала. У нее поднималась температура, — прошептала я в ответ.
Камиль обвел комнату, слабо освещаемую лишь ночником. Остановил взгляд на столе, где стояли тарелки с нетронутой едой. Затем подошел к кровати с моей стороны и сел в моих ногах. Я сразу их поджала, боясь даже через одеяло коснуться его. Он лишь усмехнулся от моего жеста.
— Ты ничего не ела целый день, — задумчиво проговорил мужчина.
Я посмотрела ему в лицо. Чуть осунувшееся, с трехдневной черной щетиной и блестящими глазами, блуждающими по моей фигуре, плотно скрытой одеялом. В горле запершило. Я чуть откашлялась и ответила
— Мне не хочется. Слишком много потрясений за эти дни.
Камиль кивнул и отвернулся, смотря в пространство.
— Пойдем на кухню, поужинаем, — вдруг предложил он, не глядя на меня.
— Нет, я не хочу. Я устала, — я замотала головой и в страхе дернулась.
  
Глава 14
 
Знаю я, хорошего Камиля не существует. Он умер в моих детских фантазиях. Мужчина передо мной несдержанный и жестокий. Я боюсь тараканов в его голове. Когда они расползаются, лучше не быть рядом.
— Пошли, я разогрел еду. Ждал тебя. Я хочу поговорить… спокойно, — казалось, что каждое слово дается ему с трудом. Я сомневалась.
Камиль потянулся к моей руке и накрыл ее своей большой ладонью, я вздрогнула.
— Ты ведь не хочешь разбудить бабушку, — он добил меня весомым аргументом.
Я выдернула руку и зашевелилась. Что ему за блажь пришла на ум! Я чувствовала, он не отвяжется. А значит нет смысла спорить у постели умирающей.
— Хорошо. Я не знаю, что ты задумал со своей больной Дашей, но предупреждаю, если ты меня хоть пальцем тронешь, то пожалеешь, — грозным шопотом сказала я.
Он довольно улыбнулся и встал с кровати, пропуская меня вперед.
— Даши нет. Она уехала к себе. Не переживай, — добавил он сзади.
Я вышла в коридор и поплелась на кухню. Я реально за сегодня очень устала. Плюс не ела ничего и не пила даже воду. На лестнице покачнулась, чуть не упала.
Камиль вовремя подоспел, подхватил за талию.
— Ева, ты чего, — встревоженно спросил он.
 
Неужели, вдруг запереживал за мое состояние.
Я отшатнулась молча, не было сил ничего говорить. А Камиль вместо того, чтоб убрать руки, вдруг поднял меня и понес. Легко, словно я ничего не весила.
— Отпусти меня, — брыкнулась я.
Его тело было слишком близко ко мне. Я начинала сильнее нервничать, чувствуя свою беззащитность и его силу. Я вдыхала аромат его кожи и терпкого одеколона, у меня голова шла кругом. Я всегда любила его, неистово, сильно…