Клинком и сердцем. Том 2

Она покачнулась в седле и завалилась бы, не окажись в тот же миг рядом Вальдерон. Лучано поёжился – ему показалось, что из пустоты смотрят десятки взглядов. Гневных, обиженных, измученных, страдающих, укоризненных… Магесса не плакала, как на холме. Наверное, слёзы она выплакала ещё там, а может, сил не было. Просто тихо проскулила что-то, как побитый щенок. А потом оттолкнула руки Вальдерона, выпрямилась в седле и заявила:
– Я должна их отпустить! Это… мой долг. Они мучаются!
– Айлин, – с безнадёжным терпением напомнил бастардо. – Ты недавно потратила всю силу. Ты не сможешь провести ещё один ритуал. Да и сколько их?!
– Много, – скорее прочитал по движению бледных губ Лучано, чем услышал. – Очень… много. Но им плохо. Они умерли в боли и в страхе. Ал, как ты не понимаешь?! Они не могут обрести покой! Это хуже, чем незаконченное дело! Они не могут найти дорогу в Сады, а Провожатые не могут их забрать, потому что… Ай, да что я объясняю! Просто поверь! Я должна!
– Должна истощиться? – мрачно спросил Вальдерон. – Выгореть? Или что там с магами бывает? Айлин, я всё понимаю, но… Они подождут. Немного! Пока ты…
– Вон там! – Тонкая девичья рука взметнулась и указала в провал забора, где была калитка, но теперь, сорванная, лежала на земле. – Там стоит мальчик. Ему лет десять. У него… У него вырвано горло. Он молчит, потому что не знает, что призраки могут говорить без голоса. Только смотрит. Он на меня смотрит, Ал! Они все смотрят! И знают, что я некромантка!
Магесса обняла себя за плечи, помотала головой и уже чуть спокойнее сказала:
– Я смогу. Я никогда не отпускала столько душ разом, но… Это не проклятия. И не «Огненный ветер». Я только подумаю, как… сделать общий ритуал. Чтобы сразу… Но это нужно сейчас, понимаешь? Как можно… как можно быстрее!
– Может, съездим в Гредон? – безнадёжно предложил Вальдерон. – Там ведь должны быть некроманты! И нам по дороге…
Не слушая его, магесса соскочила на землю, испещрённую следами. А Лучано наконец понял, что ему кажется непонятным. Она видит призраков… много призраков! Но где же тела? Окликнув бастардо, он тихо сказал ему это, и Вальдерон, переменившись в лице, ругнулся. Действительно, ни одного тела поблизости не было. Неужели они так и лежат в домах? Или демоны их куда-то уволокли? И где в таком случае сами демоны?!
– Айлин! – снова позвал бастардо. – Айлин, пожалуйста! Ты можешь их спросить? Это важно! Куда делись демоны? Они где-то рядом?
Синьорина, выхватив из ножен на поясе кинжал, чертила прямо в грязи какую-то сложную фигуру с множеством лучей. Услышав вопрос, она подняла голову и повторила его в пустоту так мягко и ласково, словно говорила с испуганным ребёнком. Прислушалась и бросила:
– Демонов здесь больше нет. Они были в деревне сутки, пока… не наелись. А потом собрались стаей и ушли. Туда! – Она махнула рукой в сторону Гредона, насколько помнил Лучано. – В город!
– В город – это хорошо, – пробормотал бастардо. – Там солдаты и маги. Там тварей перебьют. Айлин, может, всё-таки…
– Не мешай! – шикнула на него магесса.
Всё новые и новые знаки ложились по лучам звезды. Не глядя, что испачкалась уже по уши, синьорина ползала на коленях, с лихорадочной торопливостью чертя остриём кинжала прямо в грязи. Наконец она закончила, встала и шагнула в середину. Подняла перед собой кинжал, и Лучано испугался – вдруг полоснёт по руке? Кто их знает, эти некромантские ритуалы? Они, по слухам, большей частью на крови. А нож в земле! Гнилую лихорадку схватить от такого пореза – делать нечего!
– Властью, данной мне Претемнейшей Госпожой…
Что-то у неё не получалось. Нож дрожал в тонких пальцах, губы кривились от напряжения, и Вальдерон подался вперёд на лошади, словно собирался кинуться на помощь. Лучано и сам чувствовал себя так, словно тащит что-то невыносимо тяжёлое. Да что же это!
– Властью, данной мне Претемнейшей Госпожой… властью… данной…
Она повторяла это раз за разом, и было понятно, что всё бесполезно. То ли умения не хватает, то ли, что вернее, сил. А вот отдохнула бы, поела, выспалась… Угу, в мёртвой деревне! Сколько тут могло быть жителей? Домов две-три дюжины, но крестьяне живут большими семьями, так что сейчас магессу просят о милости десятки, если не сотни призраков.
 
Лучано передёрнуло.
А рыжая синьорина, и без того перемазанная, вытерла лицо грязной ладонью, села прямо в середину звезды на землю, обняла колени руками и заскулила:
– Не могу-у-у-у… Не получается! Сил… не хватает… Их так… так много!
– Айлин!
Бастардо спрыгнул с лошади, пробежал эти несколько шагов – и остановился на границе звезды, не решаясь её пересечь. Ну, ещё бы. Нарушить некромантский ритуал, пусть и из лучших побуждений?
– Айлин… – повторил он отчаянно. – Айлин…
– Не могу, – шептала девчонка, кусая губы. – Не могу, не могу, не могу… – И вдруг подняла голову и закричала, глядя перед собой: – Да уходите вы! Идите! Я вас отпускаю, слышите! Всех! Вы свободны, свободны, свободны!
Она махнула перед собой рукой с кинжалом, то ли разрубая что-то невидимое, то ли разрезая плотную пелену. Лучано это почти увидел. И саму преграду, и как острый кинжал из странного тёмного металла с трудом её вспарывает. Ледяной порыв ветра хлестнул его по лицу. Жалобно заржали кобылы. Вальдерон кинулся к ним и вовремя поймал свою лошадь, а потом белую арлезийку. Гнедые Лучано тоже забеспокоились, но меньше, а вокруг творилось что-то непонятное и оттого жуткое. Ветер дул разом со всех сторон. Холодный, и почему-то пахнущий цветами. Странно знакомый запах, смолистый такой и вместе с тем сладкий…
«Вереск! – понял Лучано. – Как будто целое поле рядом!»
Он вдохнул полной грудью… И всё прекратилось. Только Пушок, подняв голову, задрал нос и сосредоточенно принюхался, а потом пару раз слабо вильнул хвостом и опять успокоился.
Магесса посмотрела огромными испуганными глазами и прошептала:
– Ушли. Они просто ушли. Разве… так можно?
Бастардо звучно скрипнул зубами – Лучано оценил его выдержку! – и очень ласково сказал:
– Конечно можно. Они ведь ушли, правда? Теперь всё хорошо?
– Ага, – растерянно согласилась невероятная синьорина. – Я только не поняла, почему они… почему они назвали меня королевой? Сказали: «Спасибо, ваше величество»… Перепутали что-то, наверное.
– Наверное, – согласился бастардо.
Снова спешился, уже без опаски переступил границы звезды и осторожно подхватил магессу на руки, деловито поинтересовавшись:
– Карвейн?
Та в ужасе замотала головой, так что длинные косы хлестнули Вальдерона по плечам.
– Нет! Всё хорошо! И поставь меня немедленно, слышишь?
– Обязательно, – согласился тот. – Вот сейчас найду чистое место – и поставлю! Фарелли! Вас не затруднит взять лошадей?
– Нисколько, синьор!
Лучано спрыгнул на обочину, выбрав местечко посуше, собрал поводья кобыл в каждую руку. Успел подумать, что колодцы в деревне остались – куда бы им деться. И чистый дом с печкой наверняка найдётся…
Бастардо, шагающий впереди, словно споткнулся, замер на ходу, а потом осторожно опустил девицу на землю. Положил ладонь на рукоять секиры. И тут же её снял. Глубоко вдохнул и выдохнул:
– Благие Семеро!
Лучано его, в общем, понимал. Об этом призраки почему-то не предупредили. Может, уже не считали дела живых своими, кто знает?
Но в нескольких шагах от их маленького отряда из-за невысокого крепкого забора выглядывали две светловолосые головёнки. А за спиной ребятишек – лет пяти-шести, не больше – сгорбилась высокая худая старуха, совершенно седая и морщинистая, как печёное яблоко. Она глядела исподлобья и, насколько видел Лучано, прижимала к себе детей. Третий малец, ещё меньше этих, всего лет трёх, вывернулся откуда-то у неё из-за спины. Старуха не успела его поймать, и мальчишка, путаясь в рубашонке, пролез между кольями забора, кинулся к Вальдерону, вцепился ему в высокий кавалерийский сапог и звонко завопил:
– Папа… папа пришёл!