Ошейник для валькирий: Академия (СИ)

Рука сама в темноте нашла смартфон и набрала номер Терезы.
“Абонент временно недоступен”
***
Фу Хуа сама не поняла как и когда очнулась. Медленно открыв глаза, девушка заметила стену больничной палаты, под животом лежала большая подушка, а еще на ней не было ни штанов ни трусиков, а ножки постыдно раздвинуты в стороны.
Резко пробудившись от такой ситуации, девушка повернула голову.
– О, вижу ты проснулась, – позади стояла доктор Зиглер с какой-то баночкой.
– Что-что-что вы делаете?!
– Не дергайтесь, мисс Фу Хуа. У вас разрыв мягких тканей, – Ангела поднесла баночку к лицу и поправив очки, стала читать этикетку. – … и их нужно вы-ылечить, иначе может пойти зараже-ение. – последние слова она склазала очень тихо и скорее для себя.
Фу Хуа ответила бы что-нибудь, но сейчас в ее голову, бурным потоком врывались воспоминания о случившемся, заставляя с каждой секундой краснеть все сильнее. И сильнее… И сильнее… и еще сильнее. И даже сильнее, чем самая сильная сила на свете. Таким смущенным и красным великого феникса не видел никто и никогда.
От такого жести, девушка бессильно уронила голову на постель и уперлась лицом в матрас. – Позор… какой позор…
– Ну, зря вы так, мисс Фу Хуа. Всякое бывает. – натягивая резиновую перчатку на руку, Ангела попыталась приободрить упавшего духом феникса.
– Такого не бывает ни у кого.
– О-о, это вы напрасно так думаете. Бывает еще хуже.
– Что может быть хуже? – послышался сдавленно-подавленный голос из матраса.
– Одна моя давняя подруга, – доктор открутила крышечку – уверяла меня, что она настолько термоустойчивая, что может сесть жопой на петарду и-и…
– И?
– И мы поспорили.
Фу Хуа представила, чем закончился спор. – Легче не стало…
– Сейчас станет, – доктор Зиглер, отточенным движением макнула палец в баночку, а затем подошла к фениксу и оттянув бархатную булочку в сторону приложила палец с заживляющим гелем к опороченному колечку.
От неожиданных ощущений, Фу Хуа выгнулась дугой, сдвинула ноги и протестующе заголосила.
– Не позволю!
– Так! Ну-ка прекрати немедленно!
“Каждый раз одно и тоже. Сначала рвут себе жопу, а мне потом их уговаривай и успокаивай.” – просунув руку между бедер Фу Хуа, Ангела положила ладонь на ее лобок и резко дернула вверх, а затем на себя, возвращая феникса обратно животом на подушку.
– Успокойся! Быстрей начнем - быстрей закончим.
Хуа ничего не ответила. Щеки гордого феникса пылали ярче солнца, в глазах скопились слезы обиды.
Она снова почувствовала, как рука доктора отодвинула булочку в сторону. Через секунду легкий холодок коснулся уязвленной кожи задней дырочки, заставив ту непроизвольно сжаться и вызвав тем самым очередную волну чувства стыда. А после, пальчик с целебной мазью проник во внутрь.
“Да-а, конечно-о. Теперь я падшая женщина. Упавший с небес феникс. Теперь мной можно пользоваться. На большее я, видимо, не способна.”
Вся процедура заняла не больше десяти секунд, но Фу Хуа показалось, что она длилась вечно.
– Все, натягивай штаны и полежи немного.
– А что… Что мне еще остается после этого…
– Ну-ну, не драматизируй. Подумай о чем-нибудь хорошем.
“В моей жизни нет ничего хорошего. Только вечная боль.” – решив еще больше подкинуть дров в печку отчаяния, Хуа прикрыла глаза и внутренним зрением стала рассматривать раны причиненные предательством ее некогда любимых учеников.
За четыре тысячи лет, они в какой-то степени стали ей родными. Когда так долго живешь, то ко всему привыкаешь. Сколько раз она смотрела на них. Но сегодня… Сегодня был первый раз, когда все пошло иначе.
От неожиданности, феникс распахнула глаза, встряхнула головой и снова погрузилась в транс. Ошибки не было.
– Их осталось восемь… Но... Почему?
***
*Шкряб*
*Шкряб*
*Шкряб*
*Шкряб*
Идель сидела за грубо сколоченным деревянным столом напротив Княжны и царапала стол. Княжна занималась тем же самым. Девушки молчали.
*Шкряб*
*Шкряб*
*Шкряб*
*Шкряб*
– И как? Повидалась со своим… сородичем? – перестав царапать дерево, Идель исподлобья взглянула на хонкая. Княжна, тоже остановилась и медленно повернула голову в сторону Идель.
 
Помолчали.
Княжна снова уставилась на маленькую бороздку и продолжила мучить ее коготком.
*Шкряб*
*Шкряб*
*Шкряб*
Идель уже не надеялась, что та ей ответит. Да и что отвечать?
“Сородич, сородич… Под хвост ей накидал ее сородич. Тьфу ты!”
– Он… тупой… – все же заговорила монстро-дева.
– Правда? – Идель убедительно отыграла удивление – А я тебе говорила? Говорила. Ты меня слушала? Не слушала! А теперь вот сиди тут… шкрябай. Жди пока заживет.
Идель поднялась и двинулась прочь.
Когда богиня растворилась, превратившись в облако эфемерного дыма, Княжна еще какое-то время царапала стол.
Убедившись, что Идель больше не появится, девушка-хонкай достала и поставила на стол, маленький портрет нарисованный масляными красками. На нем был изображен Сэр-Рыцарь-Ланселот-Артур-Бенедикт-Годфри-Галахад-Третий-Старший-еще девяносто девять имен, которые Сэр-рыцарь-ну, вы поняли, придумал и присвоил. Красивый, усатый с гордо выпяченной грудью в золотом доспехе и на золотом коне.
Окинув странным, задумчивым взглядом портрет, Княжна тяжело вздохнула и продолжила царапать стол.
  
Глава 32 - Как обычно
 
Фу Хуа выбралась из санчасти только под вечер понедельника. Феникс считала, что достаточно провалялась во сне прошлые несколько тысяч лет, а потому ходьба и физические нагрузки восстановят тело намного быстрее. 
Выйдя за двери больничного комплекса и окинув взглядом закатное небо, она вздохнула полной грудью, пытаясь привести мысли в порядок.
– Гармония... Гармония и покой. Покой и гармония.... Вода течет, ветер дует, огонь горит...
"А попа полыхает" – неожиданно вклинилась шальная мысль в мантру, которую она обычно повторяла, когда нужно было найти душевное равновесие, полностью разрушив все попытки привести себя в порядок.
– Р-Р-Р-Я! – нога с силой врезалась в основания фонарного столба, отчего тот немного погнулся и обиженно заморгал. 
Доктору Зиглер достаточно быстро удалось залатать все раны на теле, полученные фениксом в бою с Кианой, но вот раны душевные... с ними она помочь никак не могла. Их мед-капсула вылечить просто не способна.
"И что с ними, вообще, делать?!" – в смысле, она, конечно же, могла о них забыть, но то, что Джек бессовестно отлюбил ее в попку гигантским хвостом оставило свой отпечаток. И теперь, что хочешь делай, а этого факта ничто не отменит.
"Как он посмел?! И кого? Меня! Защитницу мира! Гордого тысячелетнего Феникса!"
Обычно Фу Хуа всегда была спокойна. В любой ситуации и при любом событии, она оставалась с холодной головой.
И так было на протяжении многих тысяч лет.
Десять минут назад.
– Ну, в этом есть свои плюсы, – Ангела плюхнулась на кресло, закинув ногу на ногу с каким-то странным выражением лица.
– Какие в этом могут быть плюсы? – девушка начала хмурится, поджала губы, потупила взгляд и сжала край одеяла.
Еле сдерживая улыбку и постукивая ручкой по столу, доктор, после короткой паузы, все-таки сообщила позитивную сторону этого события.
– Твой, прости, анал несколько растянулся и в случае повторения подобного инцидента, разрыв тканей тебе скорее всего больше не грозит.
Наше время.
– А-А-А-А-А!!! – феникс подобрала случайно попавший под руку булыжник и швырнула в неизвестность, прямо туда, куда садилось солнце.
Плечи гневно поднимались и опускались, дыхание тяжелое как у дракона, а глаза уже ищут чтобы еще такого бросить.
Если бы кто-то сейчас увидел Фу Хуа в таком состоянии, то точно бы удивился. Никогда она не позволяла себе повышать голос, громить мебель и спускать гнев на посторонних, хотя в данном случае это и были бездушные предметы.