Ошейник для валькирий: Академия (СИ)
Глава 25 - Развод
Вот так сюрпри-из. Честно скажу, не ожидал такого увидеть.
– Фто? – Идель замерла над умывальником с щеткой во рту. А я продолжал ходить по ней глазами. Уже настолько привык видеть ее абсолютно голой, что вот этот шелковый халатик, который едва прикрывал оттопыренную задницу, меня очень сильно удивил.
– Погоду решила испортить? – тоже начал умываться.
– Как, позволь узнать, погода и мой внешний вид связаны?
– Хах, это вопрос тонкой материи… – лень было рассказывать про всякие приметы и пословицы. Но на самом деле, меня еще что-то беспокоило. Что именно, никак не мог сообразить, однако, мой воспаленный от недосыпа мозг прямо таки кричал: “Твориться какая-то дичь!”
Я продолжал пырить в зеркало рыбьим взглядом, пока прокручивал в голове образ Идель и тут меня накрыло.
Резко опустив взгляд вниз, уставился на ноги богини, которые были облачены в черные как ночь носки. Мои носки… хорошо, хоть, не ношенные.
– Походу будет град…
Идель проследила за моим взглядом и вздохнула. – У тебя там пять комплектов - не обеднеешь, а мне так теплее. И вообще, тебе жалко, что ли? Жалко носки, Джек? Серьезно? Так ты еще и мелочный оказывается. Нет, я знала, что ты чуть лучше плесени, но чтобы насто-олько! Носки зажал!
– Да я как бы… не про это… – богиня вышла из ванной, но даже тогда, из комнаты продолжали доносится ее недовольные возгласы. А я стоял с открытым ртом, зубной щеткой за щекой и никак не мог понять какого черта тут происходит. Может дни у нее какие начались… Или сон плохой приснился?
А между тем, дверь в ванну неожиданно распахнулась. – На! Подавись! Не нужны они мне! – мимо меня пролетел комплект носков и я снова остался в гордом одиночестве с немытой харей, кучей вопросов и без единого ответа.
“Возможно, вчера я ее слишком сильно ударил по голове…”
В этот момент послышался очередной хлопок дверью, только на этот раз входной.
“Надо будет сказать Рите, что чердак у ее подружки начал сильно протекать. То по ночам орет, то просто орет… Уже не говорю про все остальное.”
Впрочем, на этом странности закончились. Спокойно собравшись, я пошел на утренний развод.
Погодка была говенная. Дул прохладный ветер, все небо заволокло свинцовыми тучами. А когда мы построились, так и вовсе сверкнула молния.
– Я же говорил…Хах, тонкая материя, – не поворачивая головы, тихо шепнул Идель.
– Это называется молнией, Джек, а не тонкой материей. За которой, кстати, следует гром, – вернула мне шпильку богиня, а сразу после этого, по небу действительно прошлось пару раскатов. – О-о, да я похоже умею предсказывать будущее. Фантастика, не правда ли? Хочешь расскажу как ты умрешь?
– Нет, а хочешь расскажу, чем ты будешь заниматься сегодня вечером?
– И чем же?
Вместо ответа, я только ухмыльнулся. Потому что кое-кто будет сегодня делать мне массаж ног ибо дохера пиздливый. И Идель похоже это поняла, поскольку ее миленькое личико тут же сморщилось в куриную жопку.
– Урод.
– Мегера.
Тут в нашу перепалку вмешалась Араши. – Джек, ты ее продинамил что ли? Чего она тебя… Ай! – и сразу же получила два подзатыльника. Один от шипящей Идель, а следом от Банши.
Какое-то недоброе утро. Совсем недоброе.
Наконец, на середину плаца вышла Тереза. Директриса как всегда была одета в свое черное платье с широким подолом, но вот ее невыспавшаяся физиономия сегодня выглядела куда более невыспавшейся, чем обычно. Видимо за тех двух убитых девчонок ей знатно потрепали нервы и бедолаге пришлось строчить отчеты всю ночь напролет.
Тихонько кашлянув в свой маленький кулачок, Тереза начала свою утреннюю речь, которая в этот раз несколько отличалась.
– Я приветствую вас курсанты, – директриса сделала короткую паузу. – Вчера вам всем довелось столкнуться с проклятьем этого мира - Хонкаем. Не таким как их описывают в книжках, но таким как его видят и знают валькирии. Безжалостными, жестокими и готовыми убивать. Им все-равно кто вы, откуда и сколько у вас денег.
Нека начала ходить вдоль выстроенных девушек.
– Именно поэтому вы здесь. Мне плевать как называют вас инвесторы. Фурии, гарпии…. Куклы… Мы научим быть вас валькириями. А валькириям покажем, что значит ими являться. Вчера вам пришлось бежать. Бежать как это делают обычные люди, потому что другого пути нет. Но вскоре вы станете теми, у кого не будет причин прятаться. Вы станете теми, кем хочет быть каждый ребенок. Теми о ком говорят взрослые. И теми, кто готов поставить жизнь на кон, чтобы этого не пришлось делать другим. Доблесть, отвага, честь и сила, всё это такие избитые слова, но именно они пишут образ каждой воительницы...
Я понимал, что Тереза пытается сделать. Она хотела хоть как-то привить этим бестолочам мысль, что они все вместе делают одно дело. Сплотить. Но что-то мне подсказывает, все это зря. И как в подтверждение, из строя гарпий раздался надрывный вопль.
– Ложь! – все разом повернулись в сторону голоса, а Тереза даже как-то растерялась. – Это все чертова ложь!
“О, похоже у кого-то накипело, но перебивать директора все-равно как-то не хорошо. Да еще и из строя, да еще и с обвинением. Если наша няка не возьмет ситуацию под контроль, то это может плохо кончится.”
Я заметил, как старшая из гарпий уже хотела втащить зазнайке, но рядом стоящая положила ей руку на плечо и покачала головой.
– Вы все время говорите о том как у вас было, рассказываете сказки о взаимовыручке и поддержке. Хорошие сказки. Красивые. Но здесь это не работает! Смиритесь уже! Те две дуры погибли не потому, что они герои, а потому что другая дура имела над ними власть! А теперь посмотрите на меня, госпожа Тереза! Смотрите же! – Гарпия самовольно вышла из строя и начала срывать с себя одежду.
“Без разрешения, хочу заметить, вышла то.”
Под пиджаком и блузкой оказалось обычное девичье тело. Я бы даже сказал довольно симпатичное, только вот... на сиськах не было ни единого намека на соски.
Но на этом девушка не остановилась. Вонзив пальцы в грудь, она начала в буквальном смысле срывать с себя кожу. Некоторые из девушек стали брезгливо морщится, а кому-то просто было не по себе от этого и они отворачивались.
– Думаете я сама захотела, чтобы меня такой сделали?! Думаете, об этом я мечтала?! Да я сплю и вижу, как буду потрошить ту суку из-за которой меня сюда отправили! – она указала пальцем в строй валькирий, откуда на нее в ответ ухмылялась незнакомая мне брюнетка.
– Какое совпадение. Мне мамочка оставила пожелание на открытке, чтобы кое-кто до выпускного не добрался. А ты продолжай себя рвать, продолжай. Может мне работы меньше будет.
Гарпия, однако, даже не обратила на эти слова никакого внимания. – Кого тут вообще волнуют хонкаи?! Кого волнует ваше благородство, если здесь почти у каждой стоит задание прикончить две, три учащихся, потому что они мешают роду, компании, стране или просто кому-то могут представлять угрозу в будущем?! – она, наконец, перевела взгляд на брюнетку. – А ты зря смеешься.
– Хах, правда? Я смеюсь потому, что теперь могу свернуть тебе шею и сказать, что это была самозащита.
– Надеюсь, ты чутко спишь, мразь.
– Тишина-а-а! – перепалку двоих курсанток, неожиданно, прервал крик Терезы. Звучала она по прежнему няшно, но вот в глазах… Там была целая грозовая туча. – О чем я говорю, значит? Ты. Сюда. – лолька указала пальцем сначала гарпию, а затем на валькирию. Забавно было смотреть на то, как полторашка отчитывает двух длинноногих красоток.
– Сказки, да? Ну что ж, ня… А давайте проверим? Может не такие уж это и сказки. Давайте возьмемся за руки, ня.
“Тереза, что ж ты творишь... “
Естественно, обе курицы сначала окинули друг друга полным презрения взглядом, а затем с недоумением взглянули на директрису. А та, с самой добродушной улыбкой схватила обоих за запястья, да так, что кости затрещали. – Беритесь, беритесь! Да-а, вот так, ня! Чтобы ладошки соприкасались! Вот! Крепко держитесь?