Пуля для невесты. На карусели чувств (СИ)

— А… моя где?
— Через стену, — махнул рукой Егор. — Рядом с моей.
— Оу-у…
Привычное мне гиперактивное чувство стыда почему-то не просыпалось. Видимо притупилось алкоголем. Хотя долю некой неловкости я ощутила. Жаром в районе груди. Нет, не от того, что перепутала комнаты и заявилась с очередными претензиями к мужчине. Скорее из-за его откровенных, жадных взглядов, что словно невидимыми искрами скользили по коже.
Казалось, эти взгляды я отчетливо чувствовала нежными касаниями. От чего мутилось в голове, а кровь в любой момент могла превратиться в лаву. По крайней мере, мне так верилось.
Поэтому от отчаянного прыжка прямо в руки Егору, меня могло спасти только… бегство. Причем незамедлительное.
Что я и попыталась предпринять, проблеяв тихое:
— Тогда… уйду я.
— Малышка, постой…
Попытка побега закончилась — толком и не начавшись. Неловко запнувшись, телом сейчас оказалось довольно сложно управлять, я ухватилась за тумбочку. Та пошатнулась, ноутбук был в паре сантиметров от угрозы резкой встречи с полом. Проявив чудо реакции, я успела придержать ноутбук, сохранив его от незавидной участи. А вот как только взглянула на экран — остолбенела.
— Это что?!
Черно-белое изображение не требовало пояснений. Даже затуманенным разумом я вполне поняла, что именно увидела. Но вопрос сорвался с губ прежде, чем успела его попридержать.
— Информация с камер видеонаблюдения.
В двух квадратиках транслировалось изображение… моей комнаты. В нормальном, реальном свете и инфракрасном, для удобства ночного видения. Аккуратная такая, статичная картинка.
Конечно, меня же там не было!
— Ты следишь за мной?
— Да, — не стал привычно отпираться от очевидного Егор.
Чем больше удивил меня этим, нежели самим фактом слежки. О которой, кстати, меня еще Кузя предупредил. Только знать заочно и видеть своими глазами — совершенно разные вещи.
Воспоминания о мороке, что наводил Кузя на видеокамеру в моей комнате не притупились, нет. Просто я никак не думала, что Егор просматривает видео лично! Да еще и в своей спальне. Разве это не попахивает…
— Извращенец!
Мужчина даже не вздрогнул. Его лицо не выражало и грамма ожидаемого мною стыда. Нет, Егор выглядел так, точно пялиться на меня через камеры, как некий большой брат телешоу, вполне нормальное явление!
— Это ради твоей безопасности.
— И ночью, да?
— Конечно, — кивнул он. В глазах, казалось, заплясали бесята. — Особенно ночью.
Меня же неистово тянуло на конфликт. Лишь бы не бездействовать, разглядывая такие манящие губы Егора…
— Я хочу, чтобы ты убрал камеры из моей комнаты.
— Сейчас? — лениво уточнил мужчина.
Подумав, что его компания влияет на мое тело неподобающим образом, я дала заднюю:
— Можно утром.
— Спасибо за разрешение, но это не обсуждается, — сказал, как отрезал Егор. — И не хочу спорить. Чтобы обеспечить твою безопасность, я буду использовать любые подходящие для этого средства. И даже те, которые тебе могут не понравиться.
— Так ты, да? — задохнулась я. — Сатрап!
Уголки губ мужчины приподнялись в саркастической усмешке. Отражать мое возмущение он не стал. Это спокойствие казалось мне неестественным, загадочным, выжидающим. И заставляло нервничать.
— Почему у меня такое ощущение, что твоя спальня оказалась рядом с моей неслучайно? — бурча на ходу, я поспешила выйти из комнаты.
На подпрыгивание пола не обращала внимания. И на заигрывание стен.
Мысленно дала себе зарок — пить больше не буду. Коньяк так точно.
Егор шел следом. Как приклеенный.
— Потому что так и есть.
— Что?! — не ожидая откровенности с его стороны, я запнулась на ровном месте, чуть не поцеловавшись с канделябром в коридоре.
Мужчина поддержал меня, схватив под локоть:
— Наши комнаты рядом, потому что я заранее это спланировал. Хотел, чтобы ты была поближе ко мне. Хотел иметь неограниченный доступ к твоему те… личному пространству.
Егор открыл для меня дверь. Оглушенная признанием, я зашла в комнату, и лишь тогда немного пришла в себя. Дурман словно развеялся.
 
— Мое личное пространство, — зашипела я, пытаясь выдернуть руку из его заботливой хватки. — Нуждается в… э-э… личном пространстве! Пусти!
Одного его касания хватило, чтобы желание во мне разгорелось неистовым пламенем. Сопротивляться безумной тяге между нами с каждой секундой становилось все тяжелее. И никакие доводы рассудка, обиды и очень запутанные отношения не останавливали!
Мужчина хмыкнул, но довольно быстро отпустил меня. Причем проделал он это с таким видом, точно из нас двоих Егор вообще здесь мимокрокодил!
— С чего это вдруг ты стал таким честным?
— Я больше не намерен тебе врать, Катя.
Мельком глянув в его лицо, поняла — он серьезен и даже верит сказанному. И пусть в горле у меня встал ком, а в глазах защипало (от сентиментальности момента?), но поддаваться так легко я была не намерена. Сколько раз я уже так обманывалась?
— Не находишь, что для этого решения уже как-то… поздновато. Нет?
Егор поморщился:
— Это ты мне скажи.
— Ты слышишь? — я задумчиво постучала себя по подбородку.
Мужчина насторожился.
— Что?
— Гудит что-то, — по нахмуренному лицу Егора можно было понять, что он совершенно не понимал, о чем идет речь. И я добродушно поспешила разъяснить: — Не слышишь? А ведь это твой поезд, Егор.
— О чем ты? — мрачно переспросил он.
Как пить дать и сам уже догадался. Но я же преподаватель, могу и повторно разжевать.
— Ты даже в последний вагон не успел. Хотя можешь попробовать догнать. Если не получится, то хотя бы голову проветришь.
— Катюша, — он подступился ближе. — Прости меня.
Ну вот, скажите мне, как он так может?
Обидит меня почти смертельно, оттолкнет, а потом посмотрит ласково, искренне попросит прощения и все… я опять готова к употреблению.
И все резко забывается: обиды, претензии, ложь — все! Остается лишь Егор и я, ничего вокруг. Разве так бывает? Чтобы вы одни на целый мир, как единое целое, неделимое и больше ничего не надо…
Оказалось, бывает.
Я впервые с таким столкнулась.
Чудо ли это? Проклятие? Не знаю.
Но то, что явно не просто физическая тяга, на уровне инстинктов, у нас друг к другу — это точно.
Хотя и тяга эта была. Непреодолимая просто, дикая.
Такая, что ладони у меня просто чесались от желания провести по твердым грудным мышцам, залезть под ворот футболки мужчины и лизнуть ямку между ключиц.
Что за… вообще здесь происходит?!
Сдержалась.
Но холодная испарина проступила между лопатками.
— Я не мог тебе все открыть раньше, ты же понимаешь. Вот и выкручивался, как дурак.
Мог. Просто не хотел заморачиваться. Ну и Аника, конечно, сыграла свою роль.
— Уходи, Егор. Я, правда, устала, — отказалась продолжать этот фарс.
Кто бы знал, каким усилием мне это далось!
— Малышка, ты пьяна. Давай я помогу тебе устроиться. А обо всем остальном мы поговорим завтра.
Он сделал всего один шаг навстречу, протянул ко мне руки. Я же отшатнулась. Как от чумы. Не то чтобы боялась его прикосновений… Нет. Слишком желала их. Это и пугало. До дрожи в руках.
К тому же я все еще очень хорошо помнила сцену с переодеванием в первую ночь, когда попала сюда.
— Обойдусь без твоей помощи, — слишком нервно даже для себя, ответила. — Она мне слишком дорого обходится в итоге.
Явная досада и уязвимость, что проступили на его лице — почти заставили меня передумать. Весь самоконтроль просто трещал по швам.
От того, что мужчина кивнул и зашагал прочь, я испытала острое раздражение. Добилась же чего хотела! Почему радости не почувствовала?!
 
— Так и быть, — кинула напоследок в спину Егору. Просто не могла заставить себя промолчать. — Камеру можете оставить. Я сделаю вид, что не знаю, о вашем фетише.
— Катюша, ну зачем ты так?
— Катерина Леонидовна, — поджав губы, поправила я. — Нас теперь связывают сугубо деловые отношения. Попрошу вас придерживаться правил.