Ученики Шиноби. Тим и Верс (СИ)
Ученики Шиноби. Тим и Верс
Пролог
Двое парней сидели на крыше заброшенного завода и занимались тем, что бросали мелкие камни в дырявую бочку, которую поставили внизу.
— Вчера со мной брат поговорил, — сказал парень по прозвищу Версус.
Метнув камень, он попал в крышку бочки, отчего раздался металлический звон.
— Чего он? — спросил Тимофей.
— Сказал, что, когда отец умрет, я могу валить на все четыре стороны, он меня кормить не будет.
— А ваше семейное дело?
— Не такое уж оно и семейное, — сказал парень раздраженно, с силой швырнув камень и промахнувшись.
Тимофей задумался. С Версусом они знали друг друга вот уже лет десять. С того дня, как Тимофей приехал вместе с родителями в этот пригород и разместился в том же многоквартирном доме, где жил кучерявый мальчуган. И брат его был, мягко говоря, не самым приятным человеком.
— Что думаешь делать? — спросил парень.
— Пока не решил. Либо на улицу, либо… Слышал новости-то?
— Какие? — Тимофей тоже метнул камень, но попал не в бочку, а в бортик.
— Мастер Такен решил взять учеников. Сбор через месяц.
— Шутишь? — удивился Тимофей, а потом до него дошло, к чему это. — Нет! Ты с ума сошёл⁈
— А что мне остаётся? — спокойно спросил Версус. — Есть варианты получше?
Что на это ответить, Тимофей не сообразил. У самого парня положение было не лучше. Мать Тима умерла пять лет назад. С тех пор отец запил. После этого сразу как-то стало понятно, что либо ты вертишься, либо ешь, когда повезет. Поэтому они на пару с Версом постоянно искали подработки. Получалось редко. Ещё и с другими парнями, да и со взрослыми, приходилось конкурировать.
Если подумать, то не жизнь, а полное дерьмо.
— Что там за слухи? — спросил Тим, подумав.
Версус рассказал. То немногое, что слышал.
А ещё через неделю двое парней, собрав нехитрые пожитки, отправились в путь.
Глава 1
Снова плен
Когда Тим очнулся, какое-то время он лежал и не шевелился. Месяцы плена у ситкаров приучили не делать резких движений. Чревато. Поэтому парень лежал и осознавал своё новое положение. Первое, что Тим понял, — это то, что он в принципе жив. Жив и надежно связан.
Руки за спиной, обмотаны веревкой и затекли. Ноги завязали так, что ощущалась лишь одна тупая, ноющая боль. На голове мешок, ничего не видно. Единственное, по совсем уж мелким просветам в грубой ткани понятно, что сейчас солнечный день и солнце где-то высоко. Дышать трудно, тело ноет, но серьезных ранений нет.
Лежал Тим на боку. Кажется, его швырнули на что-то твердое без какой-либо заботы. Это твердое чуть раскачивалось и тряслось. Пахло деревом, потом и пылью. Тим решил, что их везут на телеге.
Если прислушаться, то слышно, как жужжат мухи. Как всхрапывают лошади. Речь тоже была. На чужом языке, едва слышная. Будто рядом двигалось двое и о чем-то тихо болтали, скрашивая скуку перехода.
Какое-то время парень лежал, собираясь с мыслями. Голова гудела, во рту ощущался дрянной привкус, тело чувствовалось как-то странно, словно неродное. Попытки пошевелиться особо ни к чему не привели.
Возможно, стоило попробовать освободиться. Призвать силу ветра, разрезать путы и… Что и — Тим не мог придумать.
Он не чувствовал желания бороться и сражаться. Единственное, что парень ощущал, — опустошенность. Столько вытерпеть, столько пройти, спастись чудом и… Снова угодить в плен непонятно к кому.
Сколько это тупое состояние полной опустошенности, сломленности и глухого отчаяния продолжалось, Тим сказать не мог. Солнце припекало. Периодически рядом раздавались новые голоса. Уже знакомые тоже звучали. Несмотря на апатию, какая-то часть Тима продолжала анализировать обстановку вокруг.
Голоса вокруг звучали женские, мужских не слышно, но парень сомневался, что правильно понял. Чужое наречие было грубым, непривычным, несложно и ошибиться. На перекрестке их атаковали воительницы, так что всё возможно. Почему бы всему конвою не состоять из женщин? Это было странно, но Тим просто отметил этот факт.
Его апатию развеяло беспокойство о Версе. Сначала он задумался, где тот находится. Лежит рядом или их разъединили? Эта мысль поселилась в голове, дала всходы. Привела к тому, что Тим запаниковал. Покрылся холодным потом, представив, что друга убили. Поэтому он постарался собраться. Ещё ничего не кончено.
Обратившись к силе, Тим убедился, что по-прежнему способен управлять ветром. Проверить это было несложно. Парень послал ветерок прямо на себя. Свежий воздух ударил в лицо, проник под мешок, дал возможность как следует вдохнуть. Также Тим прислушался и понял, что камни у него не забрали. Это было вдвойне странно. В то, что у конвоя нет возможности блокировать чужие способности, он был готов поверить. А в то, что они не нашли камни и по какой-то причине их оставили, поверить было уже сложнее. Кольцо пространства-то отобрали. Там почти ничего не оставалось, невелика беда, но сам факт говорил о том, что взявшие их в плен обыскали тела и отобрали артефакты.
Но камни оставили. Почему? Впрочем, ситкарты тоже оставили камни, потому что те были им неинтересны. Возможно, здесь те же причины. Или этим людям что-то от них нужно, для чего требуется сохранить их силы.
«Итак, — сказал парень себе мысленно, — нужно подвести итоги, а потом действовать хладнокровно и выверенно».
Именно эта стратегия позволила им сбежать от ситкаров. Не высовываться, не выказывать агрессии, анализировать, ждать подходящего момента.
Тим заново прокрутил в голове все выводы. Их не убили и не ранили, а похитили. После чего доставили в свой мир — об этом говорило припекающее солнце. Теперь их куда-то везут, как пленников. Камни не отобрали, а значит, их силы пригодятся для целей похитителей. Силы тоже не заблокированы, но положение такое, что их использование не даст преимущества.
Значит, теперь нужно узнать, для чего их взяли в плен и куда-то переправляют. Узнать, что с Версом. Освободиться от пут и получить свободу перемещения. После чего составить новый план побега и сбежать.
* * *Стащили парня, можно сказать, бережно. Никто не бил, не скидывал. Рядом что-то говорили, но на чужом языке. Мужских голосов Тим так и не услышал. Парня поставили на ноги, но поняли, что сам он стоять не может, и остались придерживать.
— Верс, ты здесь? — спросил Тим вслух, так как уже не было смысла скрывать, что он в сознании.
— Да, — был дан ему короткий ответ. — Руки и ноги связали, мешок на голове. Тяжелых ран нет, камни оставили. А ты как?
— То же самое.
Судя по голосу, Верс находился совсем рядом.
Раздался крик, Тим получил самый обычный подзатыльник. Который, видимо, намекал, что лучше помолчать.
Ситкары, если им что-то не понравилось, могли жестоко избить или и вовсе снести голову. Так что подзатыльник — это как-то обнадеживающе, а вовсе не пугающе.
Тут парню сдернули мешок с головы, и он зажмурился. Пусть вечер уже и был близок, но глаза резануло болью. Какое-то время ему потребовалось, чтобы проморгаться и оглядеться.
Окружающий пейзаж ничем не выделялся. В хорошем смысле. Здесь не было ничего величественного, но и угрожающе опасного. Сначала Тим разглядел утоптанную землю под ногами, с редкими островками высохшей, едва заметной травы. Потом заметил силуэт здания совсем рядом. Одноэтажного, чужой архитектуры, кажется, вымазанного подобием глины. С небольшими окнами-бойницами и деревянной дверью. Походило оно на халупу крестьянина, который живет в жарком климате.
Правее находилось стойло. С самыми обычными лошадьми. Там, под навесом, стояли три кобылы. Ещё там рядом с ними сидела какая-то тварь размером с собаку, только без шерсти и с вытянутой мордой. С другой стороны здания ничего не находилось. Продолжение утоптанной земли, которое разбавлялось редкими деревьями и кустами.