Горный хребет (ЛП)
Лорас отсалютовал своему брату и торжественно произнес:
— «Я не подведу тебя, Уиллас!»
Гарлан снова усмехнулся. Уиллас лишь гордо улыбнулся. «Я знаю, что ты не будешь.»
Лорас всегда несколько защищал Маргери. Как и Уиллас и Гарлан, третий сын и единственная дочь Мейса Тирелла родились с разницей всего в год. Поскольку между Гарланом и Лорасом было пять лет, Маргери полюбила Лораса больше, чем их старших братьев. Но она любила их всех одинаково. Этого никто не мог оспорить.
После того, как Уиллас снова встал, он направился к месту проведения турнира. Он быстро передвигался по лагерю со своей матерью, братьями и сестрами и охранниками. Все это время он внимательно следил за своим отцом и семьей матери.
В конце концов он первым заметил отца. Он был почти в центре территории, разговаривая с лордом Рэндиллом Тарли и лордом Пакстером Редвином.
Поначалу Уиллас был склонен и махать рукой, и съеживаться. С одной стороны, лорд Пакстер приходился племянником своей бабушке, Оленне Тирелл, а также дядей по браку с тетей Уилласа, Миной Тирелл. Так что ему всегда нравилось общество лорда Пакстера. Лорд Рендилл, с другой стороны, не так уж и сильно. Как будущий лорд-парамаунт, Уиллас знал, что он должен быть исключительно храбрым. Несмотря на это, глава дома Тарли тайно запугивал его. Многие считали лорда Рендилла справедливым человеком; так же, как лорд Станниса Баратеона. Тем не менее, он был известен как еще менее прощающий и сострадательный, чем стоический брат короля. Уиллас слышал о том, как он мучил собственного сына Сэмвелла, пытаясь сделать из него мужчину.
Тем не менее, когда он подошел к трем мужчинам, Уиллас не позволил своему лицу выразить ни малейшего признака страха. Когда он, Мать и его братья и сестры подошли к ним, он склонил голову перед лордом Мейсом Тиреллом, приветствуя его их домашними словами:
— «Становится сильным, отец».
Хранитель Юга усмехнулся и положил руку на плечо наследника. Он весело заметил:
— «Здесь нет необходимости в формальностях, мой мальчик. Это праздник, а не совещание».
Уиллас подавил желание закатить глаза. Как бы он ни любил своего отца, лорд Мейс Тирелл имел привычку игнорировать протокол и иногда забывать о своих знаках внимания. Если бы он продемонстрировал такое поведение только перед своими ближайшими родственниками и ни перед кем другим, Уиллас, вероятно, смог бы это терпеть. Увы, отец имел обыкновение вести себя так перед знаменосцами своих лордов, что раздражало и беспокоило Уилласа.
К счастью для него, лорды Редвин и Тарли не обращали внимания на поведение своего сюзерена. Они оба склонили головы перед Уилласом и Матерью и приветствовали их с обычной вежливостью.
— Как прошло ваше путешествие, миледи? — дружелюбно спросил у матери лорд Пакстер.
— «Все прошло хорошо, милорд, — ответила она, снова улыбаясь, — я ценю вашу заботу, милорд».
— От нас ожидается забота, леди Алери, — пробормотал лорд Рэндилл не неуважительно, — вы — леди Хайгардена. Таким образом, ваше благополучие и благополучие ваших детей должно быть нашей первостепенной заботой.
— «Да, лорд Рендилл, — подтвердила Мать, пытаясь сдержать улыбку, — и все же, пожалуйста, знайте, что я благодарна вам за то, что вы с готовностью откликнулись на призыв моего мужа, когда он ушел на войну».
— Я просто сделал то, что от меня требовалось, — равнодушно произнес лорд Хорн-Хилла.
«Я не думаю, что я видел, чтобы человек проявлял столько презрения к благодарности.»
Судя по всему, Мать очень хотела сменить тему. Она спросила отца и двух других лордов:
— «Лорд Старк здесь?»
Большинство людей, возможно, были склонны задаться вопросом, почему Алери Тирелл вдруг так заинтересовалась местонахождением Верховного лорда Севера. Конечно, Уиллас знал, что она задала этот вопрос только потому, что на самом деле ее больше интересовал Робб Старк, сын и наследник лорда Эддарда. В частности, ее, должно быть, заинтересовало предложение, сделанное в отношении Робба и Маргери. Глядя на сестру, Уиллас задумался. Мне тоже было бы очень интересно узнать, чем это обернется.
— «Да, я думаю, что он с королем Робертом», — сообщил Пакстер Редвин.
— Так где же король? — радостно спросил Лорас. Казалось, он был в восторге от одного только упоминания о Роберте Баратеоне.
— Он занят посвящением в рыцари нескольких сотен человек, — заявил отец.
— Значит, церемония посвящения в рыцари уже началась? — предположил Гарлан.
— Пока нет, — прямо сказал Рендилл Тарли. Он посмотрел на Мать и добавил:
— «Между прочим, кажется, я видел вашего лорда-отца среди зрителей церемонии, миледи».
— «Это так?» — пробормотала мать, в ее голосе звучала нотка счастья. Лорд Рэндилл кивнул, и она пробормотала с легким ликованием:
— «Спасибо, что сообщили мне об этом».
Лорд Хорн-Хилл ничего не ответил. Он и Лорд Арбора были отпущены Лордом Хайгардена, и тогда Отец предложил им отправиться на церемонию посвящения в рыцари. Жена и дети не возражали. Впоследствии Уиллас отправился на церемонию посвящения в рыцари вместе с Отцом, Матерью, Гарланом, Лорасом и Маргери.
Когда они приблизились к огромной сцене, Уиллас мельком увидел отца своей матери, лорда Лейтона из дома Хайтауэр. Он был в конце собрания, в окружении своих детей. На турнире его сопровождали дяди Уилласа Бейелор, Гюнтор и Хамфри, а также его тёти Малора и Линесс. Очевидно, его тёти Лейла, Дениз и Алисанна не смогли присутствовать. И его дядя Гарт, конечно.
Дедушка Лейтон смеялся над чем-то, что сказал дядя Гюнтор, когда заметил Тиреллов. Он обратил внимание своих пятерых детей на Уилласа и его семью. Все они ухмыльнулись своей сестре, ее мужу и детям.
— «Алери!»
Лорд Лейтон Хайтауэр весело позвал свою вторую дочь, когда она оказалась в пределах слышимости.
Мать широко улыбнулась, подошла к отцу и обняла его. Он крепко держал ее, как будто не видел ее больше десяти лет. На самом деле прошло всего несколько месяцев.
Долгое время Виллас подозревал, что его мать была любимой дочерью его дедушки (еще до того, как она вышла замуж за его сюзерена). По понятным причинам он никогда не спрашивал никого из них, верны ли его подозрения. Тем не менее, он был несколько убежден, что они были.
После того, как мать рассталась с лордом Лейтоном, она, отец и Уиллас обменялись любезностями с ее братьями и сестрами. Дядя Бейелор и дядя Хамфри были так же любезны, как всегда, тетя Малора и дядя Гюнтор были менее взволнованы, но все же приятны, а тетя Линесса… она просто сказала
— «Привет»
и на этом остановилась. Она не была из тех, кто становится сентиментальным, даже на встречах между членами семьи.
— Мы ничего не пропустили? — спросил Гарлан.
— «Нет, вы прибыли как раз вовремя, — сказал дядя Гюнтор, — церемония должна начаться очень скоро».
— О, успокойтесь, успокойтесь, — поманила остальных тетя Малора. — Сейчас начинается!
При этом Уиллас и другие присутствующие члены его семьи посмотрели на сцену. Действительно, король Роберт только что ступил на него. Публика замолчала вся как один, когда он вышел к краю сцены. В стороне от сцены стоял высокий мужчина с темными волосами и изображением лютоволка на камзоле.
Лорд Эддард Старк из Винтерфелла.
Уилласу стало интересно, с какой целью лорд Эддард появился на сцене. Он слышал, что на Севере мало рыцарей, так как они держатся за Древних Богов. Они предпочли преклонить колени перед древними деревьями, чем перед семью статуями.
В любом случае, Уиллас заметил, что лорд Эддард, похоже, не слишком заботится о том, чтобы быть там.
Возможно, он здесь просто по долгу службы.
Учитывая то, что Эддард Старк считался лучшим другом Роберта Баратеона на всю жизнь, это было вполне вероятно.
Уиллас быстро обнаружил истинную причину пребывания здесь лорда Эддарда. Когда король остановился в центре сцены, несколько человек из толпы поднялись на нее. Когда они вышли на сцену, глашатай назвал их имена. Грегор Клиган. Дэйси Мормонт. Оберин Мартелл. Герион Ланнистер.