Истории из рюкзака (СИ)
Сашка купил в книжном магазине огромную карту России с областями. Отметил типографию — как исходную точку. И день за днем, а теперь уже неделя за неделей — закрашивал маркером на карте: область за областью. Край за краем. Республику за республикой. По спирали…
Выходя на улицу, Сашка всегда прислушивался к ощущениям. Ему казалось, что мир меняется. Становится словно теплее и ярче. Хотя может — это только кажется. Все же весна наступает, март месяц.
Вот и в этот раз, прежде чем выскочить за дверь, Сашка глянул в окно. Сегодня суббота. Завтра выходной. В типографии кроме них с дедом никого не оставалось. Дед уходил вообще последним. А иногда и совсем не уходил. Хотя квартиру с продажи снял, и задаток агентству недвижимости вернул. Сашка по поводу «ночевок в рабочих условиях» хотел было уже ругаться со стариком. Но потом подумал что это неважно. Вот не важно — и всё. И, в конце концов, дед — человек взрослый. Как-нибудь сам разберется. Без сопливых подсказок.
На этот раз Сашка смотрел в окно долго. Сначала он думал, что ему почудилось.
— Деда! — позвал он. — Иди сюда.
Милослав Мстиславович подошел к окну.
— Чего там? — спросил он внука.
— Это кто? — Сашка ткнул пальцем в стекло. — Ты этого звал?
— Которого? — дед подслеповато сощурился. А потом резким голосом приказал:
— А ну, выключай свет, соколик…
Теперь, когда свет в помещении потух, было ясно видно, что напротив крыльца стоит тень. В черном плаще, с капюшоном. Из-под капюшона вроде даже поблескивает что-то. Недобрым адским пламенем.
— Это кто? — шепотом спросил Александр.
— А я почем знаю? — также шепотом отозвался дед. — Где дудка княжеская?
Сашка передал деду манок.
Тот дунул. Один раз. Второй. И третий.
Ничего. Вообще ничего. Только тень чуть пошевелилась, словно мотнула головой в усмешке.
— Плохо дело, — сказал дед и полез в карман за мобильным телефоном.
— Иван? — сказал он вполголоса в трубку. — Мы тут застряли. На базе, с Сашкой. Да, тут у нас внештатная ситуация. Я бы даже сказал Чэ-Пэ. Подарочек «соловьиный» захвати. Да, все очень серьезно… Пока вроде один… Ждем…
Дед мягким шагом подошел к своему столу, вытащил саблю в ножнах.
— Эх, хороша сабелька, — сказал он довольно громко, освобождая лезвие из ножен.
— Жалко, что не заточена, — добавил он куда тише.
— Сашка, глаз не отрывай от этого «ситха», — продолжал говорить дед. — Даже не моргай. Если пошевелится — сразу кричи и прячься. Слышал меня? Крикнул, и спрятался.
— Слышал, — коротко отозвался Александр.
Дед зашел в мастерскую, и оттуда послышался шум наждака. Вот только Саша знал, что наждак у них маленький, и круг на нем — алмазный. И нормально на нем заточить саблю… затруднительно, в общем. Как минимум минут десять надо.
Александр, не отрывая взгляд от тени на улице, нащупал на четвертой полке книгу. Вытащил ее. То, что надо. Формат «А-три». Прикроет всю руку. И достаточно толстая. Называется (Сашке не нужно было смотреть на обложку) — «Реактивные самолеты». Автора Александр не помнил. Ну да это не важно…
Теперь надо взять с подоконника моток бечевки. Не глядя, действуя только на память…
Петля. Подняли. Пропустили. Подтянули. Перевязали… Неудобно в одиночку, но когда есть опыт… Все получится.
И еще раз.
Вот и отлично. Теперь здесь две «ручки», а не одна.
Александр натянул импровизированный щит на левую руку. Сразу стало как-то легче дышать…
Так. Теперь осторожно поднять с пола обрезок пластиковой трубы. Он валялся здесь давно, не первый год. С тех пор как отопление с чугунного на современное меняли. Прямо здесь, под ногами. С одного конца труба треснута…
— Отлично, — просипел Сашка.
— Ты только не шевелись, — это он уже обращался к фигуре за стеклом. — Сейчас приедет Иван Детдомовский. И если с нами к этому моменту что-то случится… То я тебе, гражданин ситх, сильно не завидую…
Он говорил, а сам отступал от окна, шаг за шагом, аккуратно, стараясь ни на что не наткнуться. А вот и нож для вскрытия писем. Тунисский кинжал, как говорит дедушка. Лезвие всего сантиметров десять, обоюдоострое. Хорошо заточенное. Рукоятка узкая. Идеальный наконечник для копья. И (чудо великое!) — рукоять плотно влезала в отверстие пластиковой трубы.
Красная изолента тоже где-то на подоконнике.
— Крепче наматывай, — говорил сам себе Сашка. — На обратном ходу, так крепче прилегает.
Вот и сердце стало биться гораздо ровней. Щит, копье и сабля — против одинокого меча. А если еще будет кистень…
— В общем, ты попал, — сказал Сашка злобно.
— Однако! — сказал с удивлением голос сзади.
Сашка от неожиданности чуть не подпрыгнул.
— Дед, я от твоих шуточек сейчас инфаркт миокарда заработаю, — сказал внук сипло.
— Не дрейфь, Санёк. Подъехала тяжелая артиллерия. Отец уже на той стороне улицы, наблюдает. Сообщение прислал, — дед говорил вполголоса, но чувствовалось, что его тоже "потряхивало". — Написал нам с тобой стучать в дверь с нашей стороны. Это он, я понимаю, будет внимание отвлекать. На нас. Типа, мы громко стучим-развлекаемся, а он тихо подходит-разбирается. В общем, там уж посмотрим…
Саша с дедом встали напротив двери. Дед уже собирался бухать в неё кулаком, но мальчик вручил старику свое копьё.
— Если это настоящий ситх, то лучше к двери близко не стоять, — пояснил Сашка. — Лазерный меч ее насквозь прошьет, и не заметит…
— Ага, — сказал дед. И через секунду уже колотил древком по железу двери. Сначала ничего не происходило. Со стороны, наверно, это выглядело смешно и глупо. Но потом по окнам ударили красные блики. Раздался гул, который Александр не раз слышал. Тогда, в кино, этот звук казался олицетворением мощи. А сейчас от него захолодела спина, и в голове не осталось ни одной мысли. Послышалась невнятная ругань и возня. Потом — тяжкий удар. Мальчик бросился к окну, но там никого не было. Ни тени, ни отца…
Зато в дверь с той, уличной стороны, раздались удары.
— Открывайте! — громко сказал такой знакомый и спокойный голос. — Хватит барабанить. Все кончилось.
— Папка! — заорал Сашка. Дверь отворилась, и в темноту помещения ввалился капитан спецназа в полном обмундировании. В правой руке он держал разбойничий кистень, а в левой — кусок тряпки и сверкающую трубку. Которую искушённый Александр сразу опознал как рукоять джедайского меча!
— Папка! Ты ситха завалил! — вне себя от радости и гордости завопил Сашка.
— Ну, не знаю, кто это был, — спокойно ответил отец. — Может и ситх. Я так-то в эти штучки джедайские не очень верю. И потом, есть у меня серьезные сомнения, что какие-то непонятные бактерии в теле могут заменить годы физических тренировок…
— Да и не "валил" я его совсем. Так, слегка пристукнул. Он и исчез, вот это оставил, — добавил Иван Иванович, и помахал в воздухе куском тряпки и рукоятью светового меча. — А сам испарился, будто и не было. А вы, я гляжу, уж собрались дать последний бой и погибнуть смертью храбрых, — хмыкнул "краповый берет", оценив вооружение тестя и сына.
— Да мы знаешь, чуть тут не описались со страху, — говорил ещё не пришедший в себя Сашка. — Полные штаны ощущений!
— Вы, молодой человек, — сказал дед насмешливо. — Постарайтесь только за себя говорить. Что за мода? Как по девкам шастать — так это «я-я». А мокрые подштаники — так сразу "мы".
— Так, отцы и дети, пройдёмте в кабинет. Есть одна загвоздка, — с этими словами офицер спецназа вытащил из внутреннего кармана разгрузки большой овальный предмет.
— Зеркальце, — воскликнул Сашка.
— Оно самое, — подтвердил отец. — И вести в нем совсем плохие. В общем, не только тут у нас одних проблемы. Короче, сами слушайте.
Он поставил зеркало на стол, предварительно несколько раз протерев его рукой. После каждого движения хрип и писки внутри зеркальца усиливались, пока окончательно не приобрели формат слов.
— Внимание! Смертельная опасность, — проникновенно вещало зеркальце. — Зафиксирован крупнейший прорыв нестандартных существ в мир Лукоморья. Всем, способным держать оружие, необходимо немедленно собраться в Стольном Граде. Прятаться бесполезно. Речь идёт о существовании самого Лукоморья. Повторяю ещё раз — всем способным сражаться — оставить оборону второстепенных рубежей и прибыть в полной боевой готовности в Стольный Град…