Демоны Вебера (СИ)
Крыса остановилась в полуметре от застывших мужчин, встав на задние лапы и издав звук отдаленно напоминающий шипение. Раскрывшееся брюхо озадачило присутствующих ничуть не меньше мясного месива за их спинами. Из распоротого живота тянулась тонкая линия кишок, оставляющая за собой скудный кровавый след.
Зашипев еще громче крыса неожиданно прытко прыгнула, набросившись на спутника Вебера. Жуткий зверек, покрасовавшись в воздухе колыхающимся нутром, вцепился в шею гвардейца, нещадно кромсая беззащитную кожу острыми коготками и зубами. Наемник болезненно всхлипнул не то от неожиданности, не то от боли, ухватил зверька за холку, со всего духу запуская шерстяную тушку в воздух. Вместе с ожившим трупом крысы в воздух отправился и кусочек выгрызенной плоти бравого бойца. Из открывшейся на шее раны тотчас хлынула кровь, темными потоками заливая кожаный воротник. Ранение выглядело ужасно, но у троицы не было времени его рассматривать, — ловко извернувшись в воздухе, кровожадный крыс успешно приземлился на лапы. Не тратя впустую времени он бросился уже на Верго.
Предсказатель довольно поздно сообразил, что вообще не взял с собой чего-нибудь пригодного в роли оружия, отбиваться же хрупкой и пожароопасной лампой ему совершенно не хотелось. Здоровый и более опытный в этом деле наемник, на счастье Вебера оказался смышленее и проворней, умелыми движениями пригвоздив вилами пушистую машину для убийств к земле. Неистово пища, зверек трепыхался будучи нанизанным на двое из трех зубьев.
— Схаррат! Что за дерьмо?! — возмущенно обратился к твари солдат, дивясь тому что искра жизни в изувеченном тельце все никак не угаснет.
Раненный гвардеец плавно осел на землю, безуспешно зажимая трясущимися руками жуткое отверстие на шее. Вся его одежда уже была в крови. Алая жидкость выбивала фонтанчиками из-под его пальцев, окрашивая собою близлежащую пустую бадью. Под телом еще трепыхающегося наемника уже растекалась немалая темная лужица. Предсказатель сломя голову бросился к нему, пытаясь молниеносно сорванным рукавом кафтана зажать рану. Все было напрасно — жизнь угасала в глазах бедняги, по обилию крови и силе кровяного напора Верго безошибочно определил, что была прокушена, точнее бессовестно разворочена, сонная артерия, также, судя по хрипам и странному бульканью досталось и трахее, в которую безостановочно заливалась кровь. Гвардейца было уже не спасти, даже если бы при Вебере был весь необходимых хирургический инструментарий.
Содрогаясь, раненный умирал, хватка его ослабевала, и вскоре руки плетью шлепнулись на холодный каменный пол. Наспех наложенная перевязка, побагровев и разбухнув, красным посмертным шарфом оплела шею бойца.
— Что там? Эй, вещун, что там происходит? Что с Генри?! Пережми ему рану! Сука, пережми ему рану! — с каждым словом все больше повышая тон кричал наемник, побелевшими руками сжимая вилы. Пригвожденная тварь все никак не унималась, на редкость сильными рывками вынуждая гвардейца и дальше удерживать импровизированное оружие, отдаляя окровавленные клыки грызуна от своих сапог.
Верго беспомощно встал, безвольно опустив вниз окровавленные руки. Тем самым он открыл своему еще живому спутнику обзор на неподвижное тело.
Генри. Только сейчас предсказатель услышал это имя. Нет, безусловно за все время пути оно не раз проскальзывало мимо него. Разумеется, он слышал многочисленные обращения путников друг к другу. Слышал, но не слушал. Зачем забивать себе голову именами людей, с которыми по истечению сотрудничества тебе не придется никогда более иметь дела? Зачем проникаться симпатией к тем, от кого не зависит ни планирование миссии, ни размер гонорара?
— Генри… — тихо вторил имени погибшего Вебер. Неподвижно лежащий юноша, метр семьдесят ростом, был обладателем коротких русых волос, длинного изящного носа, слегка узкого разреза голубых глаз. Глаз, что никогда более не сфокусируют свой взгляд. Пустым взором Генри бороздил чертоги посмертного, глядя куда-то далеко сквозь дырявую крышу обветшалого скотного двора.
Предсказатель повернувшись к своему спутнику хотел сказать что-то еще, на этот раз достаточно громко чтобы тот смог его расслышать, но непомерный грохот самым наглым образом расстроил его планы. Заскрипев и опасно покосившись, громадный сарай в котором они находились сильно содрогнулся, словно нечто огромное и очень массивное влетело в его стену. Удерживавшие крышу прогнившие балки предательски сдвинувшись, посыпались, с грохотом заваливая все помещение, обрушивая многочисленные стойла и сминая брошенную тут утварь. Мигом взвившаяся пыль не хуже тумана заволокла собой все видимое пространство.
Верго успел лишь закрыть руками голову, бросив стоявшую у его ног лампу. Что-то тяжелое и большое ударило ему по спине, повалив на землю и чудом не переломав хребет. Древесные щепки вперемешку с сеном и засохшим птичьим пометом посыпались ему на голову. Судя по звукам, большая часть обветшалого сарая обрушилась, погребая под собой всех, кто был внутри.
К удивлению предсказателя, он открыл глаза под все теми же обломками. Болезненно корчась от саднящей боли в ребрах, опираясь на руки он сумел приподнять свое тело, скидывая все что на нем лежало. Тугой струйкой древесная труха посыпалась с его волос, когда Верго отряхнул головой, пытаясь осмотреться.
«Что? Почему? Это же наверняка видение. Так почему я еще здесь? Почему оно не закончилось?» — силился найти ответы на свои вопросы Вебер. Слегка прихрамывая он окончательно выбрался из-под завала, пытаясь разглядеть в клубах тумана хоть что-нибудь. Очень смутно, с большим трудом, но он все же сумел усмотреть у края обломков сильно покосившуюся изгородь. Судя по его воспоминаниям этот и до завала изломанный забор вел куда-то в сторону мельницы.
«Генри. Интересно, как звали второго? И жив ли он?» — продолжив мысленно рассуждать, предсказатель медленно пробираясь сквозь завалы и обминал опасные от избытка торчащих ржавых гвоздей бревна. Добравшись до начала изгороди он облегченно положил на изъеденную осами древесину руку, пытаясь опереться. Словно только того и ждав, ограда со скрипом рухнула, не выдержав веса предсказателя. Верго схватился за вновь задетые при падении ребра, пытаясь не дышать чтобы не вызывать более болезненных спазмов. Немного полежав на земле он смог утихомирить боль, поднявшись сначала на четвереньки, а после и на обе, слегка неустойчивых ноги.
Далеко впереди раздался чей-то вопль. Тянущийся вой полный боли без всяких сомнений принадлежал человеку. Шатаясь, предсказатель уставился в ту сторону откуда доносился звук, тщетно пытаясь что-то разглядеть в неестественной дымке. Поблизости вновь так знакомо зашелестели рыбацкие сети. Это событие вызвало у Вебера неконтролируемую улыбку, плавно переросшую в громкий смешок. Он сам был не в состоянии объяснить, что можно найти смешного в подобной ситуации. Скорее всего, несвоевременный смех был вовсе не следствием извращенной шутки, но истерической реакцией, которую Верго был не в силах унять.
— Это видение. Точно же видение. Как плохой сон, кошмар. Да, кошмар, — невнятно бормотал предсказатель медленно хромая в направлении источника крика. — Когда осознаешь, что это кошмар, ужасы рассеиваются. Если это только иллюзия, к чему мне чего-то боятся? Пора развеять эти бредни. Пора проснутся. И есть… Есть для этого только один способ. Кошмар должен достичь своей кульминации…
И далее бормоча все более бессвязные и невнятные речи, периодически отпуская совсем уж несвоевременные смешки, Вебер целеустремленно двигался навстречу своей погибели. Вскоре от громких размышлений вслух он перешел к обрывкам старых полузабытых песен:
— Отважно ступая в последний поход, — Достаточно отдалившись от деревни, Верго ступил на порог окутанной туманом как никогда зловещей рощи. — Ни яд, ни клинок его не берет, — все громче напевал смертник, пробираясь глубже в ряды деревьев. — Солдат не сыскал себе славы в траншее…
Нечто массивное затрещало ветками позади предсказателя, но тот и не думал оборачиваться, все так же ошалело пробираясь сквозь засохшие, полные острых шипов кусты и длинные ломкие ветви.