Мои калифорнийские ночи (СИ)
— Теперь веришь? — спрашивает недовольным тоном.
— Да, но от этого легче не стало…
— И что теперь? — её голос дрожит от напряжения.
Я достаю сигареты и щёлкаю зажигалкой. Тэми отходит немного в сторону, и этот жест вызывает у меня улыбку. Решила уже сейчас начать играть в заботливую мамочку?
— Фостер, — качаю головой и устало тру глаза. — Мы с тобой по-крупному облажались.
— Может, стоит воспринимать это иначе? — осторожно советует она.
— Иначе? — я ухмыляюсь. — Поедем оформлять отношения, выбирать кроватку, коляску и прочую детскую ерунду?
Рыжая пожимает плечами, словно не видит в этом ничего такого…
— Может и так.
— Не смеши меня, Тэми. Мы переспали, будучи мертвецки пьяными. Это — едва ли самое лучшее начало, — серьёзно говорю ей я.
— Кто знает, — смотрит на свои старые кеды и теребит ручку от сумки. — Стоит попробовать, разве нет?
Поднимает на меня свои карие глаза. Наивная… Глупая маленькая девочка, которая, к сожалению, в меня влюблена. Да только мне абсолютно нечего сказать ей в ответ.
— Послушай, Фостер, — я крепко затягиваюсь и выбрасываю окурок. — Ни черта не выйдет. Мы слишком молоды, в мои планы не входило появление маленького человека в ближайшие лет десять.
— Не всегда всё идёт по плану, — звонко перебивает она.
— Да, — вздыхаю. — Но я — однозначно не тот, кто тебе нужен.
— Исайя, — делает шаг вперёд и утыкается лбом мне в плечо. — Мне нужен только ты! Я тебя люблю, и на первое время этого достаточно…
Что она несёт? Достаточно для чего?
— Тэми, — отодвигаю её и смотрю в раскрасневшееся и мокрое от слёз лицо.
— Я ничего к тебе не чувствую. Я не смогу быть хорошим отцом. И вообще, на минуту подумай о себе. Ты хотела учиться в медицинском…
— Да плевать, — в сердцах произносит она. — Я хочу быть с тобой.
— А я с тобой нет! — жестокая правда вырывается из меня прежде, чем я успеваю взвесить ту боль, которую могут принести ей эти слова…
Замирает, и мы смотрим друг другу в глаза. В её — нежность мгновенно сменяется разочарованием.
— А с кем? С ней? — зло интересуется Тэми.
— С кем с ней? — начинаю раздражаться.
— Тебе нужна Смит, верно? Я вижу, как ты на неё смотришь! — прищуривается, и кивает головой, словно соглашается сама с собой.
Я наблюдаю за тем, как по соседству паркуется какая-то старушенция на гелентвагене.
— Не твоё дело. Давай договоримся: не будем ломать жизнь ни мне, ни тебе, — прошу я, и она меняется в лице. Её брови взлетают вверх.
— И что это значит? Хочешь, чтобы я избавилась от твоего ребёнка? — громко возмущается, и та самая мадам из гелика с интересом поглядывает в нашу сторону, вылезая из авто.
— Не ори, — возвожу глаза к небу. — Это надо сделать, пока ещё не поздно…
— Хочешь убить его? — у неё трясутся руки, и глаза наполняются слезами
— Фостер, перестань, — привлекаю её к себе. Обнимаю, засунув подальше собственное эго. — Я знаю, что всё это звучит жестоко, но ты должна понимать, ничего хорошего из затеи оставить ребёнка не получится.
— Откуда ты знаешь? — вздрагивает она и начинает рыдать.
— Тебе семнадцать. Вся жизнь впереди, — пытаюсь объяснить ей, что ни она, ни я не готовы сделать такой серьёзный шаг.
— Мы могли бы попробовать, — отклоняется назад и заглядывает мне в глаза. Смотрит так, что я чувствую себя чудовищем. Потому что меня не трогают ни её слёзы, ни отчаяние…
— Нет смысла, Тэми…
— Ты привыкнешь ко мне, я буду хорошей женой.
Господи ты боже. О чём она вообще?
— Женой? Я не женюсь на тебе, понимаешь ты или нет? Да у меня девушки постоянной никогда толком не было, а ты хочешь сделать из меня порядочного семьянина? — смеюсь. Потому что её фантазии — полный бред.
— В ситуации с ней повёл бы себя так же? — ядовито бросает она.
— Опять? Тебя заклинило на Смит, что ли? — начинаю выходить из себя. — Раз уж на то пошло, с ней такой ситуации не возникло бы. Дженнифер не стала бы спать со мной, даже будучи нетрезвой.
Она хмыкает, размазывая слёзы по лицу. Тянет носом и тяжело вздыхает. А я, пожалуй, готов признаться. Не ей. Самому себе. Мне действительно нравится Дженнифер Смит. Слишком сильно, чтобы просто с ней дружить. Даже Фостер это заметила. Похоже, всё стало слишком очевидно…
— Ляжешь в хорошую клинику. Сделают всё, как надо, без последствий, поняла? — беру её за руку, но она её тут же резко выдёргивает.
— Не нужна мне твоя супер клиника.
— Фостер. Ты не можешь решать за нас двоих. Я против этого ребёнка.
— А ты значит, можешь? — кричит она.
— Успокойся, подумай сама. Это человек. На что ты обрекаешь его и себя? Меня ты рядом этим не удержишь, — трясу её, озвучивая свои подозрения. И по тому, как мелькает тень страха в её глазах, понимаю: так и есть. — Решила, что залёт сможет что-то изменить между нами?
— Да пошёл ты! — сбрасывает мои руки и стремительно уходит. Смотрю как огненная грива исчезает за поворотом. Ударяю по колесу и запрокидываю голову наверх к небу. Калифорнийское солнце выходит из-за облака и слепит своими лучами.
— Молодой человек, рискну пригласить вас и вашу спутницу к себе на консультацию, — неожиданно раздаётся справа.
Поворачиваюсь и замечаю, что рядом стоит та самая женщина преклонных лет. На ней какое-то идиотское платье с попугаями. Она жеманно улыбается, словно и правда рассчитывает что-то от меня услышать.
— Вы кто вообще?
— Психолог, — невозмутимо отвечает она и суёт мне в карман визитку странного вида. — Надумаете, позвоните. Гляжу, проблемы-то серьёзные…
— Мне не нужен мозгоправ, — фыркаю, открывая дверь мерседеса.
— Нет нет, мой прекрасный. Я скорее по делам душевным.
— Намекаете, что я душевнобольной? — хохочу, залезая в машину.
— Все мы немножечко больны, — пожимает плечами эта странная мадам. — Буду ждать звонка, Исайя.
— Ага, непременно, только если для того, чтобы пригласить вас на кофе.
Она заливается смехом и кокетливо отмахивается, а я завожу мотор и выезжаю с парковки.
*********Рождество пролетает. Один день сменяет другой и вот — на календаре уже февраль. Близится окончание года, а это значит, что Дженнифер уедет. Говорит, что всё для себя решила. Оставаться в Блу Бэй после сдачи экзаменов она не намерена. И это меня страшно пугает. Я не готов её отпустить. Кажется, что Смит всегда была рядом. Потому как я даже не помню то, что было до неё.
Наша дружба — едва ли не самое ценное, что у меня есть, но вот беда: я хочу её. Чем больше времени провожу с этой девушкой, тем сильнее меня затягивает. В то, чему объяснения я так и не нашёл. Одно знаю наверняка: мне надо видеть Дженнифер каждый день, слышать её смех и ловить момент, когда сверкают необыкновенные синие, с оттенком фиолетового глаза. Касаться невзначай, шутить, смотреть дурацкие комедии, да что угодно делать, лишь бы с ней… Ни в одном человеке я так не нуждался, и никого не боялся так потерять.
Намёков она не понимает, либо делает вид, что не замечает моего отношения к ней. Переводит всё на юмор и без конца твердит, что я самый-самый лучший друг на свете. Именно по этой причине решаю, что пора. Пора бы понять ей, что быть лучшим другом и всё — меня уже давно не устраивает.
Мы как раз тусим у меня дома. Решили прогулять скучную лабораторную и заодно все остальные уроки. Дженнифер прыгает в бассейн, поднимая тучу брызг. Веселится на пару с Роуз, которую тоже удалось утащить с собой. Похоже, у них с Лероем снова чёрная полоса в отношениях.
Улыбаюсь. Красивые нереально. Выглядят счастливыми, это ли не главное? Сижу на огромном розовом фламинго и наблюдаю за тем, как они дурачатся в воде. В последнее время Смит ведёт странно: часто «уходит в себя», молчит, постоянно о чём-то думает, но делиться своими размышлениями не спешит. Есть ощущение того, что происходит нечто, о чём она не хочет говорить. Надеюсь, это не касается Брукса. Если он снова её обидит, терпеть и молчать я не стану.