Мои калифорнийские ночи (СИ)

Я не могу сдержать стон от внезапно разрастающегося возбуждения.
— Чёрт… Ты моей смерти хочешь?
Этот его голос звучит так по-особенному. Низко и невероятно сексуально…
Я не желаю думать о последствиях, сожалении и о чём бы то ни было ещё. Меня разрывает на кусочки. Он продолжает ласкать мой живот и одновременно с этим стягивает с меня лёгкие хлопковые шорты. Пальцы сжимают бёдра. Я дышу через раз. Судорожно и бессовестно громко.
А потом мы слышим это. Срабатывает сигнализация. Аксель забегает в гостиную и начинает громко лаять. Снаружи доносится какой-то грохот, шум.
Смотрим друг на друга в полутьме. Рид встаёт, идёт к окну, отодвигает занавеску. Я сажусь, начинаю второпях искать свои вещи и пытаюсь прийти в себя. Кожа всё ещё горит от его поцелуев, а голова напрочь отказывается соображать.
Слышу его нецензурную речь. Спешно одеваю майку, шорты и поднимаюсь с дивана.
— Кто там? В чём дело?
— Не пойму, — отвечает он.
Идёт в сторону парадной двери. Я хвостом следом.
— Тут сиди, поняла?
— Он на заднем дворе, — задумчиво говорю я, глядя на экран, транслирующий запись с камер. На газоне лежит человек. Как назло лица не видно. Да ещё и капюшон накинут.
Рид открывает дверь и уходит, оставляя меня нервничать и теряться в догадках. Время позднее, и вряд ли происходит что-то хорошее.
Брукс обходит бассейн, и я задерживаю взгляд на его широкой спине, к которой, наконец-то, сегодня имела возможность прикоснуться. Наблюдаю за тем, как он подходит к мужской фигуре. Сердце начинает стучать быстрее, и в секунду меня накрывает тревога. Я боюсь за него. Вдруг этот человек опасен? Что он делает около нашего дома в столь поздний час?
Вот Рид наклоняется к нему, стягивает капюшон, и я пытаюсь получше рассмотреть, кто скрывался под ним.
Да ну ладно…
Засовываю ноги в кеды и выбегаю на улицу.
— Что с ним? — кричу на ходу.
— Судя по тому, как от него несёт текилой — пьян.
Рид лупит одного очень знакомого нам блондина по щекам. Но тот только бессвязно бурчит.
— Эй, — сажусь рядом с ним на траву. Дотрагиваюсь до лица. — Исайя! Ты меня слышишь? А почему у него кровь на волосах?
— Ммм, — бормочет блондин.
— Похоже, это его туша упала с крыши гаража, — предполагает Рид.
— Что? — я в ужасе смотрю на Ричи, пытающегося улечься поудобнее.
— Жить будет, — заключает Рид и встаёт. — Пусть отсыпается, придурок.
— Прямо здесь? — широко распахиваю глаза. — Исайя, ты слышишь меня?
Блондин сопит, а я озадаченно смотрю на Рида.
— Погоди минуту, — ухмыляется он.
Отходит в сторону. Туда, где располагаются аккуратные клумбы с экзотическими деревьями, посаженными Грейс. Я уже догадываюсь, что он собирается сделать.
— Может, не надо, — прошу я, но Рид уже несёт поливочный шланг.
— Это точно поможет ему прийти в себя, отойди-ка, Смит.
Я встаю с газона и наблюдаю за тем, как он репетирует режим «распыления», а потом разворачивается к блондину, присаживается и окатывает его холодной водой. В том что она именно такая, я даже не сомневаюсь. Особенно, когда Исайя в шоке открывает глаза и ругается отборными словечками, пытаясь отползти.
— Вашу мать!
— Ну вот…
— Ричи, — громко зову его.
— Дже… Дженнифер, — он садится и растерянно моргая, касается рукой мокрых волос.
— Ты что здесь делаешь, идиот?
— Я… мне… мы… надо было… это…
— Какой содержательный монолог, — замечает Рид и снова брызгает на него водой.
— Ну перестань над ним издеваться! — висну у него на руке в тот момент, когда Исайя начинает истошно орать.
— Я тебя… у… убью Брукс! — заплетающимся языком произносит блондин.
— Слышь, терминатор, ты на ноги для начала поднимись!
Я наклоняюсь к Исайе.
— Встать можешь? Пошли в дом, иначе заболеешь.
— Малыш… я… на крышу и потом…
— Понятно. Давай, обопрись на меня.
— Смит, уйди, — Рид настойчиво отодвигает меня в сторону и щёлкает блондина по носу. — Давай, вставай, пьяная морда.
Он сам поднимает его и закидывает руку себе на шею.
— Брууукс, дружбааан, ты я… да я за тебя…! — Исайя склоняет к нему голову, и я едва сдерживаюсь, чтобы в голос не рассмеяться. — Дай поцелууую тебя, друг.
 
— Сделай одолжение, заткнись!
Пока добираемся до гостиной, Ричи начинает петь песню. Про рождественских оленей. Включаю боковой свет и Рид бросает его непослушное тело на диван.
— Вот эээто вот всё неплооооохо, — Ричи выставляет вперёд кулак и пытается засадить им другу в живот. — Видааала какой рельеф!
— Замолчи, клоун!
— Это ж надо было так накидаться! Исайя, я надеюсь ты пешком пришёл?
— А ты сомневаешься? — поворачивается ко мне Рид.
— Чёрт! — ругается блондин, хлопая себя по лбу. — Цветы на на этой… на крыше там… остались.
Рид вскидывает бровь.
— Водыыы, — хнычет пьянчуга.
— Ты не у себя во дворце, кретин, — засовывая руки в карманы шорт, замечает Брукс.
— Я принесу, — вздыхаю и направляюсь на кухню.
Вот же чудик! Достаю бутылку Evian, наливаю воду в стакан. Снимаю с холодильника аптечку и возвращаюсь в комнату. Ричи в этот момент не очень грациозно валится с дивана и громко хохочет.
– *******, — качает головой Рид.
— Эй, Исайя! — присаживаюсь и помогаю выпить воды.
— Голова трещит, — морщится он.
— Меньше пить надо! Дай я посмотрю, что там. И локти стесал… Ходячее несчастье, — смачиваю вату спиртом и обрабатываю царапины. — Наклони голову. Разбил до крови. Какой же ты дурачок!
— Спасииибо, ангел, — лезет, чтобы погладить меня по волосам. — Джен ни фер, они же… врут да?
Не понимаю, чего он там лепечет себе под нос.
— Исайя, забирайся на диван.
Но блондин продолжает трогать мои волосы и смотреть очень странным взглядом. Рид подходит и молча поднимает его, вынуждая меня отпустить.
— Нууу, — жалобно скулит блондин. — Джен, мне надо… надо знать.
— Ну что ещё? — начинаю раздражаться я, укладывая его в горизонтальное положение.
— Ты и… отчим твой… это правда?
Я замираю.
— В школе. Говорят такое. Мерзкое. О тебе и…
— Ну хватит, заткнись, Ричи. Это уже перебор. Иди наверх, Смит, — тут же вмешивается Рид.
Он точно сейчас не потерпит возражений, так что я послушно отступаю. Напоследок укрываю блондина тонким пледом и поднимаюсь к себе. Стараюсь не думать о его последних словах, дослушать которые я не успела…
  
Глава 63
 
Дженнифер
Я сплю хорошо. Даже нет не так: слишком хорошо. Без привычных кошмаров и каких-бы то ни было сновидений. А утром долго лежу… Просто глядя в потолок. И если на секунду закрыть глаза, то сразу же вспоминается вчерашний вечер. Вечер, полный острых и невероятных ощущений…
Я не из робкого десятка, но рядом с ним постоянно чувствую опасность и странное незнакомое предвкушение. Абсолютно ненормальное, будоражащее и… весьма неоднозначное. Даже думать страшно в каком именно ключе идёт ход моих мыслей.
Я переворачиваюсь на бок и зажмуриваясь, вздыхаю. Если сегодня он сделает вид, что между нами ничего не происходит, то я просто умру. Знаете, дурацких бабочек ведь не придумали. Они действительно существуют. Безмятежно порхают внутри. А мои бешеные насекомые и вовсе неистово бьются крылышками друг о друга…
Нехотя поднимаюсь с кровати, целый час принимаю ванну и неспешно одеваюсь. Тянула время, как могла, но не прятаться же весь день в своей комнате? Нацепив самое невозмутимое лицо, я всё же спускаюсь.
Первое, что слышу — дикий храп на всю гостиную. Аксель беспомощно смотрит в мою сторону, явно недоумевая, почему наш поздний гость всё ещё спит. Причём именно там, где привык спать он.
 
Тихо подхожу к дивану, перегибаюсь и замираю, глядя на блондина. Дрыхнет в позе эмбриона, подложив ладонь под щёку. Ногами сжимает огромного игрушечного жирафа Бэт. И выглядит это весьма комично, потому что морда у жирафа та ещё… Делаю пару снимков на память. Его инстаграм взорвётся!