Мои калифорнийские ночи (СИ)
— Я…
— Когда ты научишься думать своей головой? — зло продолжает он, не давая вставить и слово.
— Он ведь…
— Дура конченная, — хватает меня за плечи, — этот ублюдок — пьяница и наркоман. Он неоднократно сидел в тюрьме.
Я изумлённо распахиваю глаза, а потом вспоминаю странные татуировки на пальцах его отца.
— И да, несмотря на всё это, он всё ещё умеет производить благоприятное впечатление…
— Он сказал, что хочет тебя поздравить… Мы пили чай, а потом он спросил, где уборная, — я качаю головой, всё ещё отказываясь верить в происходящее.
— Поздравить меня? Пили чай? — он устало трёт переносицу. — Смит, Паркер сидел за разбойное нападение! Напал с ножом на беременную женщину, чтобы снять с неё серьги и кольца. Ты ***** понимаешь, о чём я говорю? Хладнокровно ударил её ножом в живот!
Брукс больно сжимает плечо и ощутимо встряхивает меня, заставляя посмотреть ему в глаза. Я невольно морщусь, и это заставляет его отступить.
— Прости, — тихо шепчу я, и, сквозь мутную пелену подступивших слёз, смотрю на то, как он поворачивается ко мне спиной.
— Запри двери и сделай одолжение, никому не открывай больше!
Он уходит, но, слава богу, не к машине. Ключи, выпавшие из его кармана, всё ещё лежат на газоне. С минуту наблюдаю за тем, как он идёт прямо по дороге, по привычке спрятав руки в карманы. Только когда его фигура исчезает за углом, сажусь на траву и собираю украшения, всё ещё пребывая в шоке от того, что произошло. Хватаю брелок и захожу в дом, заперевшись на все замки.
Расстраиваюсь из-за собственной глупости. И в мыслях не было, что родной отец может быть способен на такое. Вдруг вспоминаю тот случай на побережье. Когда он бросил меня в холодный океан.
«У вас общий отец?»
Моё презрительное «нет», его уверенное «да».
«Вообще-то Бен Смит — мой отец, а чья дурная кровь течёт по его венам — мне неизвестно!»
Именно эти слова я бросила ему в лицо, желая зацепить как можно больнее. И ведь даже не представляла, насколько попала в цель…
Жутко болит голова. Пью таблетку и чтобы отвлечься от навязчивых мыслей, привожу в порядок кухню. Затем поднимаюсь на второй этаж и обнаруживаю следы грабителя: выдвинутые ящики, разбросанные вещи. Прибираюсь, в очередной раз обвиняя себя в случившемся.
Снова спускаюсь вниз. Забираю Акселя со двора. Задумываюсь о том, насколько животным присуще шестое чувство. Ведь пёс, в отличие от меня, сразу учуял опасность…
От нечего делать принимаюсь за готовку. Ставлю в духовку мясо по-французски, и после недолгих раздумий не выдерживаю. Достаю телефон и начинаю звонить Риду. Сначала один раз, потом второй. Третий, четвёртый. Я знаю, он нарочно не поднимает трубку. Возможно, хочет побыть один, но, чёрт возьми, мне настолько не по себе, что я хочу его увидеть. Хочу, чтобы он просто вернулся домой. Хочу извиниться за свои слова, даже если ему плевать на это…
Но он не приходит. Ни в девять, ни в десять, ни в одиннадцать… Поглаживая блестящую шёрстку Акселя, я, в конце-концов, засыпаю. И сны мои весьма тревожны. Паркер Брукс гоняется за мной с ножом по дому, а когда я в ужасе замираю у стены, понимая, что отступать мне некуда, слышу рингтон. И не сразу понимаю, что мелодия звучит в реальности.
Резко открываю глаза и сажусь на постели. Аксель нервно подёргивает купированными ушами и настороженно поднимает голову. Тянусь к телефону и несколько раз моргаю, пытаясь убедиться, что и впрямь вижу пропущенные от Брукса. Целых три. А потом внезапно начинают сыпаться сообщения.
«Смит, какого дьявола…»
«Ты там уснула к чертям собачьим что ли?»
Фыркаю. Только собираюсь ответить, как он снова присылает текст.
«Фрэнки, я вижу, что ты в сети»
Придурок!
«Не сплю уже, благодаря тебе»
Читает и печатает.
«Ривердрайв, 11»
И что это значит? Пялюсь на адрес, который он мне прислал.
«Не поняла…»
«Вечно до тебя туго доходит»
Смайл с высунутым языком.
«Подними свою задницу и забери меня отсюда, Смит»
Мои брови взлетают вверх. На часах пятнадцать минут второго. Издевается он что ли?
«Это шутка?»
«Шевелись. Я как-никак именинник»
«Обратись к друзьям»
«Лерой и Ричи в хлам)))»
Вот ведь идиоты!
«А такси???»
«Не не не, мы ждём, Смит»
Присылает фото. Мама дорогая! По лицам видно, что там — полный финиш. Перелезаю через Акселя и быстро осматриваю себя в зеркале. Выходить всё равно не придётся, так что поеду прямо так: в домашних шортах и майке. Наспех расчёсываю вымытые на ночь волосы. Что касалась их щётка, что нет. Извечное кудрявое безобразие… И сейчас это бесит как никогда.
Спускаюсь вниз, просовываю руки в джинсовую куртку и снимаю с крючка брелок от бмв.
— Жди, — приказываю Акселю, растерянно взирающего на меня своими блестящими глазками-пуговками.
Запираю дверь и быстро иду в сторону внедорожника. На улице безмолвная ночь. Прохладно, но уже чувствуется, что настоящее лето на пороге, несмотря на то, что в Калифорнии по большому счёту, нет особого разделения на сезоны.
Задорные обезьянки, проживающие у меня в голове, просыпаются и начинают восторженно стучать в бубны. Я только сейчас понимаю, что, наконец-то, сяду за руль этого красавца! Брукс — точно непозволительно пьян, потому что на трезвую в его голову не пришла бы подобная затея.
Благодарю звёзды за то, что сошлись в каком-нибудь астрологическом орионе, и, улыбаясь во все тридцать два, завожу мотор. Да, детка! Это будут самые обалденные двадцать минут в твоей жизни, как обещает навигатор.
К счастью, мои пострадавшие пальцы не доставляют особого дискомфорта при управлении этим замечательным автомобилем. Получаю удовольствие по полной: опускаю окно, наслаждаясь свежим воздухом, в колонках играет Night Lovell, а нога всё смелее жмёт на педаль газа. Теперь понятно, почему Рид так прикипел к этой машине. Отцовский лексус не вызывает у него такого трепета, как этот зверь…
До места добираюсь минут за пятнадцать. Как и предполагала, это — чей-то дом. Шикарный, надо сказать. Сигналю пару раз, оповещая о своём прибытии, но там настолько шумно, что вряд ли хоть кто-то меня слышит.
— Чёрт…
Ненавижу вечеринки. Лезу за телефоном в карман и внезапно понимаю, что оставила его наверху в спальне. Вот же дура, а!
Сижу с минуту, а потом вылезаю из внедорожника. Ставлю машину на сигнализацию и направляюсь к особняку внушительных размеров. У неприлично огромного бассейна тусуется толпа ребят. Незнакомые девушки и парни хохочут, пьют и купаются.
— Эй, мне нужен Рид Брукс… Или Картер Лерой… Ричи…
Молодой человек смотрит на меня осоловевшим взглядом и растерянно пожимает плечами. Не знаю под чем он, но глаза с увеличившимися зрачками изрядно меня пугают.
Вот же угораздило забыть телефон! Разглядываю беззаботные лица, но мальчишек среди них не вижу. Иду искать их в доме. Здесь из колонок неистово грохочет музыка, а народу ещё больше, чем на улице.
— Иисусе… Ты в боях без правил участвуешь что ли? — интересуется парень, чья девушка, (воспитание у которой, судя по всему напрочь отсутствует), бесцеремонно машет рукой в мою сторону.
Прохожу мимо, вскинув средний палец. Растерянно сканирую толпу, а потом замечаю Лероя. Он хмуро курит кальян, сидя в одиночестве. И надо сказать, уже не выглядит таким весёлым, как на фото.
— Привет, Картер, — присаживаясь рядом, здороваюсь я.
— Дженнифер? — удивляется и выдыхает густой дым с ароматом дыни.
— Развлекаетесь?
— Типа того, — безрадостно заявляет он.
— Как дела? Виделся с Роуз?
— Она под домашним арестом, — недовольно отвечает он.
— Окна? — вздёргиваю бровь, намекая на то, что в курсе их ночных свиданий.
— Плотно закрывает. Не хочет меня видеть.
— Салют! — на диван приземляется какой-то пассажир.
Мы с Картером продолжаем разговаривать.