Кингчесс (СИ)

— Нет! Все именно так.
— Рионер! Вы слишком импульсивны! — старик покачал головой. — надеюсь, вы не совершили глупость и не нажали клавишу?
Рионер осекся и замолчал, стыдливо пряча глаза.
— Нет, магистр. Не нажимали. — встряла в разговор Ника.
— Отлично. — кивнул старик. — и не нажимайте. Наш флот идет к вам. И я лично спущусь на планету и посещу этот «ковчег».
— Хорошо, магистр…
***
Предстоящая атака на Эдем совершенно не заботила Рионера. Он словно одержимый готовился в экспедиции и поднял всех задолго до утра. Ника пыталась было возмутиться, но Рионер пресек любые ее протесты.
— У нас слишком мало времени. Только ты знаешь, где находиться вход в ту пещеру. Ты должна показать мне его. И до того, как планета окажется в осаде.
— Ты надеешься сбежать, если дела пойдут плохо? — холодно поинтересовалась Ника?
— Я пообещал Слону вывезти тебя в случае, если дела пойдут плохо. Ты вообще уже должна была быть за несколько парсеков отсюда, и уж тем более, когда начнется атака…
— Никуда я отсюда не полечу. Это мой дом. Кто вообще дал право решать за меня, что де…
— Послушай… — Рионер устало вздохнул и взял ее за плечи. — то, что ты еще здесь — исключительно заслуга моего дара убеждения. Слон забрал бы тебя с собой и высадил бы на какой-нибудь станции в глуши.
— Так бы я и согласилась… — фыркнула Ника.
— Ты действительно думаешь, что он интересовался бы твоим мнением в данной ситуации?
— Я…
— Ты в положении. И для Слона сейчас главное — сохранить тебя и ребенка. А обидишься ты на него или нет — это вторично.
— Но…
— Хватит спорить. Или ты сейчас ведешь нас к пещере, или я выпровожу тебя с планеты прямо сейчас.
— И как ты меня заставишь? — Ника сложила руки на груди, всем видом показывая, что сдвинуть ее с места не смогут все флоты вместе взятые.
Мантия Рионера зашевелилась и над его плечами взвились две металлических жгута-щупальца, с ужасного вида щипцами на концах. Эти щупальца начали покачиваться из стороны в сторону, словно змеи, готовящиеся для броска. А Ника с удивлением и ужасом уставилась на них.
— Что это такое!? — наконец выдавила она из себя. — что ты такое?
— Обычный модификант. — пожал плечами Рионер, которого щупальца, торчащие из спины совершенно не беспокоили. — среди служителей ордена это вполне нормально. Я бы даже сказал, что выделяюсь среди своих — у меня подобных «апгрейдов» намного меньше, чем даже у техника-послушника.
Ника открыв рот все еще не отрываясь разглядывала манипуляторы.
— Зачем они тебе?
— Для работы. Обычных рук не всегда хватает. — усмехнулся Рионер. — а иногда обычными руками просто неудобно работать. Ну а конкретно сейчас — они мне очень помогут доставить одну крайне строптивую особу на корабль и отправить куда подальше.
— Я… — Ника сглотнула. — ты не посмеешь!
Было видно, что она испугалась, но собрав всю волю в кулак решила стоять на своем.
— Посмею. — спокойно ответил Рионер. — это для твоего блага и, к тому же, с разрешения Слона.
— Вы оба будете жалеть, что… — начала Ника, задохнувшись от злости.
— Так ну все, хватит. — прикрикнул на нее Рионер. — Даю полминуты на размышления! Либо мы идем к твоей находке, либо я доставляю тебя на корабль! Время пошло!
— Я не буду ничего показывать, пока ты не…
— У тебя 25 секунд.
— Послушай, ну давай хотя бы…
— 20 секунд.
— Ты можешь меня хотя бы выслушать?! — прикрикнула девушка.
— Нет. Я уже слушал тебя. Сейчас нужно сделать выбор! — покачал головой Рионер и добавил. — у тебя 10 секунд.
Ника бросила испуганный взгляд на манипуляторы, которые перестали раскачиваться и медленно расходились в разные стороны. Естественно для того, чтобы наброситься на нее и скрутить.
— Ладно….-она опустила плечи и тяжело вздохнула. — я покажу где пещера…
— Славно. — Манипуляторы перестали двигаться и начали медленно втягиваться назад, пока не исчезли за спиной Рионера.
***
Вышли они затемно. Оказалось, все орденцы, сопровождающие Рионера и Нику уже были собраны и готовы. Ждали лишь чем закончится разговор между их лидером и строптивой девушкой-землянкой.
 
Сейчас, растянувшись по узкой тропе, они шагали прочь от еще спящего поселка, освещенного дежурными фонарями.
Шли молча, но не в полной тишине: где-то вдалеке орал какой-то лесной зверь, очень приглушенно, но тем не менее отчетливо, слышался звук прибоя. Где-то под кромками деревьев порхали ночные птицы. Листва и трава под ногами экспедиции похрустывала, шуршала.
Ника вдохнула ночной воздух. Какой же он приятный. Даже на земле ей нравилось вставать рано. Она просыпалась и тут же выходила на балкон, надеясь насладиться темнотой, той необычной атмосферой, когда ночь еще в силе, но уже чувствуется приближение утра. Очень часто она стояла на балконе до того момента, пока небо не светлело, не начинали бить в глаза первые лучи восходящего солнца, пока не начинали щебетать проснувшиеся птицы.
Из года в год она получала все меньше и меньше удовольствия от подобных любований. Сначала не стало слышно птиц — город не приветлив для пернатых, здесь не так много мест, где они могут жить, разве что в парке. Затем была утрачена та самая атмосфера, потерялся переход от ночи к утру, не было ощущения, что все замерло, заснуло и вот-вот очнется. Постоянно снующие глайдеры, гудки, рокот и прочее портили впечатление. И почему они появились, или, быть может, были и раньше, но Ника почему-то их не замечала?
Восход солнца тоже перестал радовать — яркие огни города не давали увидеть контраст, не позволяли оценить тень и отследить момент, когда начинает светлеть. Солнечные лучи стали отражаться от никелированных и хромированных корпусов глайдеров, спешащих по своим делам, увидеть поднимающееся солнце тоже было сложно — горизонт закрывали новенькие небоскребы.
И все это угнетало ее, делало несчастной. Все же, как бы там не говорили, а человек должен достигнуть единения с природой, должен научиться радоваться мелочам, вроде чистого и прохладного ночного воздуха, наслаждаться такими простыми вещами, как закаты и рассветы, видеть, как ночь переходит в день, или как тьма укрывает землю для сна. Без всего этого он не способен оценить все прелести жизни. Без всего этого он просто машина, запрограммированная на работу, сон и поглощение пищи.
Плохо, когда человек этого никогда не видел и не знает, что потерял. И намного хуже, если человек знает о своей утрате. Так случилось и с Никой. Все детство она провела вдали от мегаполисов и у нее была возможность любоваться зелеными лугами и всходящими ростками пшеницы, наслаждаться чистым вечерним воздухом, блаженствовать, гуляя пешком по мокрой от росы траве.
Все это исчезло как дым. И мир поблек. Он словно умирал, а вместе с ним чахла Ника.
Но произошло чудо — она оказалась на Эдеме и все ее детские воспоминания вдруг стали реальностью, причем реальностью, которая многократно, в сотни раз была лучше тех моментов, что были запечатлены в ее памяти.
Легкий бриз, треплющий волосы, волнующий и успокаивающий одновременно, шум волны, накатывающий на берег, ласкающий голые ступни, голени, бедра… Убаюкивающий и умиротворяющий гомон лесной братии и неимоверные, яркие и привлекательные цвета местной флоры заставили забыть Нику о прошлом. Она уже с трудом себе представляла, что где-то может быть нечто столь убогое, как крупный земной мегаполис, в котором всегда отвратительная погода, всегда чувствуется мерзкий запах гари, копоти, где всегда есть неприятные ощущения пыли во рту, на зубах, где никогда нельзя насладиться тишиной. И где все цвета будто бы теряют свою силу, превращаясь в один из многих, безликих и похожих друг на друга, практически одинаковых оттенков серого, где все грязное и выцветшее, где нет места ничему яркому и красивому.
 
Когда она впервые попала на Эдем, ей показалось, будто бы оказалась в сказке, в собственной мечте. После стальной коробки, корабля, в котором ей довелось лететь сюда, ярко голубое небо, появившееся в проеме, прямо таки ударило в глаза. Яркий солнечный свет был настолько сильным, что в первые секунды она подумала, что дизайнеры игры переборщили — слишком уж нереалистичным было светило.