Заключённыий волк (ЛП)

Дирк бросился на меня с ужасом в глазах, вскинув кулак, который я отразил с яростным рычанием. Он снова потянулся к моему карману, и я оттолкнул его на шаг, но он продолжал наступать, как сумасшедший.
Я схватил его за воротник и прошипел ему в лицо:
— Заткнись, блять!
Я отбросил его в сторону входа в библиотеку, отступил назад и поднял руки, чтобы создать еще одну ледяную стену, способную скрыть нас, а по моей плоти побежали мурашки. Когда чудовище пробило первую ледяную стену, раздался треск, похожий на звон бьющегося стекла, и я замер, когда вновь воцарилась тишина.
Монстр втянул воздух, который вызвал булькающий звук в его груди, и я в ужасе застыл на месте, когда он снова глубоко вдохнул.
Оно могло учуять нас.
— Впустите нас! — Дирк вскочил, ударив кулаком по двери библиотеки.
Белориан издал вопль, и я судорожно набросил на Дирка пузырь тишины, пытаясь заглушить его, моя магия была на пределе. Я не лежал на солнце, чтобы восстановить силы, со вчерашнего утра, и с тех пор израсходовал слишком много в Зоне. Замораживание трубы для Розы еще больше истощило мои резервы. Если бы я знал, что они понадобятся мне для борьбы с этим гребаным Белорианом, я был бы более осторожен.
Зверь навалился всем весом на стену, и я выругался, подняв руки, собираясь добавить больше льда, чтобы сохранить ее целой. Сильное сжатие в груди подсказало мне, что я приближаюсь к последним остаткам своей силы, и страх царапнул мое сердце.
Блять, что мне делать, что мне делать?
Я пришел к единственному решению, которое мог придумать. Я потянулся в карман за ключом, чтобы освободить силу Дирка. Мне нужна помощь, если я хочу выжить. Когда я вытащил ключ, лимон, который дал мне Син, выпал из кармана и покатился по земле между нами. Я с абсолютной ясностью осознал, что это дело рук Сина. Он выпустил Белориана, как гребаный маньяк, несмотря на то, что Роза сказала не делать этого.
Я проигнорировал лимон, протягивая ключ Дирку, одновременно борясь за целостность стены.
— Сюда! — позвал я, и он побежал ко мне с надеждой в глазах. Я расстегнул наручники, не желая расставаться с ключом, и сунул его обратно в карман. Магия огня ожила в его ладонях, и я открыл рот, предупреждая не использовать ее, как раз в тот момент, когда Белориан на полном ходу налетел на стену. Монстр прорвался сквозь нее, разбрасывая повсюду ледяные осколки. С воплем тревоги я обратил их в воду, прежде чем они попали в нас, и брызги обрушились на меня, растопив часть льда, покрывавшего мою кожу.
Белориан кинулся в сторону Дирка, когда в его ладонях вспыхнул огонь, и он с воплем страха рухнул на землю. Дирк метнул огромный огненный шар в мою сторону, направив его над моей головой, и чудовище отпрянуло от него, набросившись на меня.
— Ублюдок! — выругался я, покрывая свою кожу льдом и уворачиваясь от несущегося зверя.
Он врезался в стену под пламенем, не в силах найти меня, но моя магия зашипела, и я уже чувствовал, как лед тает на моей плоти. Черт!
Дирк поднялся с колен и бросился бежать, но чудовище метнулось в сторону, преграждая ему путь. Белориан бросился на него, а затем с воплем отпрыгнул в сторону, когда его морда приблизилась к лежащему на земле лимону. Он задрал голову к потолку и яростно затряс ею, словно фрукт причинил ему какую-то боль.
Мои глаза встретились с глазами Дирка, когда мы оба осознали силу этого лимона, и он схватил его, вскочив на ноги. Он протянул его перед собой, и Белориан отступил назад с гневным ревом, его шипастый хвост пронесся по воздуху и полоснул меня по предплечью. Издав вопль боли, я зажал рану и попятился назад. Чудовище повернуло свою мерзкую голову, его взор остановился на мне, и я бросился прочь от него, используя последние крупицы своей силы, чтобы вновь покрыть свою кожу льдом.
Оно слепо бросилось вперед, охотясь на меня по одному лишь запаху, щелкая в воздухе своими ужасными зубами. Дирк попытался пробежать мимо него, но шипастый хвост Белориана ударил его в живот и повалил на землю. Он застонал, когда кровь хлынула из ран на его животе, а Белориан дернулся к нему, металлический запах наполнил воздух. Парень закричал в агонии, и лимон выпал из его руки, покатившись ко мне. Монстр сделал выпад, впиваясь острыми зубами в грудь Дирка, и я скривился от звука трескающихся костей.
 
Я попытался исцелить руку, но моя магия иссякла, даже не успев толком подействовать, и вместе с ней угасли все заклинания вокруг меня. Мое сердце заколотилось от шума в библиотеке, наполнившего мои уши, и я понял, что больше не могу терять ни секунды.
Я рванулся вперед и подхватил лимон, промчавшись мимо чудовища с колотящимся в груди сердцем. Дирк был в полной заднице, но у меня впереди еще целая жизнь, поэтому я не мог оглядываться назад.
Я разгрыз лимон зубами, выжав сок на руки и шею, и помчался к лестнице, сопровождаемый предсмертными криками. Засунув лимон обратно в карман, я оставил достаточно сока для Розы и сосредоточился на том, что должен был сделать, так как адреналин в моей крови достиг пика. Я держал руку над раной на руке и старался не обращать внимания на жжение, проникающее в кровь.
Я должен найти ее. Я должен вернуть ее в камеру. И я должен выбить из Сина Уайлдера всю душу за то, что он освободил этого гребаного монстра.
Глава 39
Розали
Вентиляционное отверстие постепенно сужалось, по мере того как оно углублялось в Психушку, и я железным кулаком отогнала любые мысли о клаустрофобии. Я не собиралась поворачивать назад. Черт, я не могла повернуть назад, учитывая, насколько тесной была эта гребаная шахта. Вперед или ничего. Мои бедра и плечи были плотно прижаты к стенкам металлической шахты, пока я ползла по ней, и единственный свет, который доносился до меня, проникал через редкие решетки, которые открывали вид на пустой коридор внизу.
Все в Психушке было белым, что показалось мне очень банальным, но так оно и было. Белый пол, белые стены, белые двери. Не то чтобы я могла разглядеть что-то дальше уровня пола.
Вентиляция продолжала плотно сжиматься вокруг меня, и я застыла на месте, когда достигла очередной решетки. Я не могла двигаться дальше. Это означало, что я должна спуститься вниз.
Но это легче сказать, чем сделать, поскольку коридор подо мной, скорее всего, находился под контролем камер видеонаблюдения.
Я выгнула шею, пытаясь заглянуть сквозь толстые прутья, закрывавшие решетку подо мной, но это было бесполезно. Я не могла разглядеть ничего, кроме пола и нескольких дюймов стены по обе стороны коридора.
Выругавшись под нос, я произнесла усиливающее заклинание, чтобы было легче услышать кого-нибудь поблизости.
Долгое мгновение ничего не было слышно, но затем издалека до меня донесся истошный крик. От этого звука по позвоночнику пробежала дрожь, но я сжала челюсти вопреки страху, который хотел укорениться во мне. Сейчас не время давать волю бесполезным эмоциям. Чтобы выполнить задание, мне нужно сохранять ясную голову и не поддаваться эмоциям.
Мне нужно сбежать из этой тюрьмы. Для этого мне нужен Крот-перевертыш Полетиус. И мой Крот Полетиус находился в этом гребаном блоке.
Я потянулась к решетке, обхватила ее пальцами и высвободила свою магию земли, отчего металл подчинился моим командам и ослабил свою хватку на вентиляционном отверстии. Я подняла решетку из отверстия, которое она занимала, и отбросила ее в дальнюю часть вентиляционного отверстия, мой заглушающий пузырь скрыл шум.
Выдохнув, я медленно опустила голову вниз, пока не смогла разглядеть коридор.
По обе стороны коридора вдоль стен располагались окна, сквозь стекло виднелись края белых комнат. В дальнем конце коридора располагалась массивная дверь, ведущая обратно в главную тюрьму, а над ней находилась камера, наблюдавшая за коридором.
К счастью для меня, она наблюдала за коридором, а не за потолком, и я подняла руку, прицеливаясь в нее. Из моей ладони вырвалась лоза, которая пронеслась по потолку, а затем обвилась вокруг камеры. Я сжала кулак, и лоза сомкнулась, сорвав камеру и с грохотом уронив ее внутрь клетки, в которой она находилась.