Заключённыий волк (ЛП)

— Я думаю, заключенным нравится вид с третьего этажа. Там, наверху, ночью не так громко слышны крики с нижней площадки, — сказал Лайл, глядя на меня с таким веселым видом, словно я понятия не имела, во что ввязалась. Но в этом он ошибался.
— Ну ладно, — сказала я, разминая руки, чтобы кровь прилила к пальцам. — Пойдемте.
Лайл развернулся от меня к панели на стене, а я наблюдала, как он прижал к ней руку, отпирая дверь импульсом своей магии.
Раздалось глубокое жужжание, и над дверью зажегся оранжевый свет, когда она отворилась и скользнула вверх, открывая доступ в блок камер.
Я облизала губы, рассматривая огромное открытое пространство, раскинувшееся передо мной. Фейри в оранжевых комбинезонах слонялись вокруг общего пространства, сидя на металлических скамейках для пикника, прикрученных к земле, или боксировали в дальнем углу, где толпа зрителей делала ставки на то, кто, по их мнению, победит.
Все было построено из бледно-серого металла, сверкавшего какой-то магией, которая, несомненно, придавала ему прочность. Металлические лестницы вели наверх к дополнительным проходам, по которым можно было попасть в камеры трех уровней.
Со своего места на земле я могла видеть лишь ряды темных дверных проемов, над каждым из которых кроваво-красной краской был написан номер.
Несколько заключенных с любопытством смотрели в мою сторону, поднимались на ноги и подплывали ближе, как акулы, почуявшие кровь в воде. Большинство из них были полны мускулов, на их коже красовались татуировки, а в глазах был убийственный взгляд. Один даже послал мне насмешливый поцелуй и схватился за промежность. Я небрежно подмигнула ему, хотя, честно говоря, наполовину лысые чуваки лет на сорок старше меня были не в моем вкусе.
Передо мной выдвинулся металлический трап, уходящий в пол под моими ботинками и создающий мост в блок камер, отчего пол слегка задрожал. Я не стала ждать, пока стражники подтолкнут меня к действию, и шагнула на него, мои сапоги гулко стучали, когда я пересекала его. Под мостом была магическая пустота, которая, казалось, состояла только из черного дыма, но я знала, что это такое. Испарения вечной ночи могли вывести фейри из строя на шесть часов, если вдохнуть их, и все то время, пока вы находитесь без сознания, вам будет казаться, что вас сжигают заживо изнутри. Пустота простиралась на двадцать шагов, а когда дверь в блок камер закрывалась, мост втягивался в стену, и никто из заключенных не мог к нему приблизиться.
Я с любопытством оглядела свой новый дом и заметила парня, подвешенного за лодыжки, который раскачивался на лестничном пролете второго этажа, выкрикивая непристойности на всех, кто попадался ему на глаза.
По позвоночнику пробежала дрожь, и я мгновенно выделила в толпе еще несколько Оборотней, моя форма Ордена инстинктивно узнала их, находясь в пределах плоти фейри. Мой взгляд метался между ними, зверь во мне инстинктивно искал Альфу, а я сопротивлялась желанию предупреждающе зарычать. Настоящему Альфе не нужно было доказывать свое превосходство с помощью таких мелочных проявлений, как рычание или оскал зубов. Стая и без этого быстро подчинится мне.
По мере приближения я заметила символы на униформах некоторых других заключенных, обозначающие их Ордена и магические Элементы. Здесь были Гарпии, Кентавры, Сирены, Грифоны и даже стадо самых злобных Пегасов, которых я когда-либо видела. Для Ордена, который обычно излучал счастье и воодушевление, стадо Даркмора выглядело жалкой кучкой ублюдков. У одного из них даже была татуировка на бицепсе — Пегас, пронзающий рогом фейри до смерти. Мило.
Я не обращала особого внимания на ближайших ко мне фейри. Они были нижними обитателями, притаившимися поблизости, чтобы разглядеть меня, гадая, на какой ранг в иерархии клетки я могу претендовать, но не стремясь бросить мне вызов. Они выжидали и смотрели, как я справлюсь с более крупной рыбой в аквариуме, прежде чем рискнуть.
Четверо охранников провели меня через мост, но остановились на его краю.
— Это твое, — сказал Лайл, и я повернулась, взглянув на него, когда один из Минотавров протянул мне сверток с материалами. — Одно одеяло класса Б, одна простыня, одна подушка. Я предлагаю вам крепко держать их, если вы рассчитываете их сохранить.
 
Судя по его глазам, он не думал, что я справлюсь с этой простой задачей, и я приняла сверток с милой улыбкой.
Он отвернулся от меня, обхватил рот руками, и крикнул остальным каторжникам.
— Свежее мясо!
Этот призыв подхватили другие заключенные, и стены отозвались эхом их голосов, когда они объявили о моем прибытии. Некоторые из Волков завыли, заключенные на трапах забили ногами так, что металл зазвенел в такт. Послышались рычания и ворчание, крики и визг, когда заключенные дали знать о своих внутренних зверях мне, и я прошла прямо в центр толпы, словно мне не было до этого никакого дела.
Сзади раздался звук уходящих охранников, но я не оглянулась, чтобы посмотреть, как они уходят.
— Посмотри на себя, маленький щенок, — промурлыкала девушка с татуировками змей на руках, значок на комбинезоне обозначал ее как Медузу.
— Хочешь ко мне в койку, щенок? — Мантикора со слишком длинными волосами в носу хрюкнул, когда я проходила мимо него.
Мне предстояло быстро избавиться от этого прозвища.
— Это место сломает такого хорошенького щенка, как ты, — пообещал другой голос.
— Хочешь присоединиться к моему гарему, щенок?
— Почему бы тебе не отдать эти одеяла, пока ты не пострадала?
— Я собираюсь наблюдать, как ты истечешь кровью, щенок.
— Даркмор съест тебя заживо.
Я игнорировала их, заглушая их бессмысленные угрозы и обещания, пока они смыкались вокруг меня.
Рука вытянулась, чтобы схватить меня за руку, и я перехватила ее, роняя сверток одеял и скручивая его пальцы в своей хватке со злобным рывком, дробящим кости.
Фейри вскрикнул, но я отпихнула его от себя, не проявляя больше интереса, и мой взгляд упал на девушку Сирену с полными губами и злыми глазами.
— Двадцать Семь, — огрызнулась я, используя ее номер, чтобы обратиться к ней. — Подними это дерьмо для меня.
— Меня зовут Сандра, — прорычала она.
— Мне плевать, даже если тебя зовут Дарси Вега. Я говорю «прыгай», ты говоришь «как высоко». Так что подними мое дерьмо, Двадцать Семь.
Ее губы поджались, и казалось, что она может возразить, но когда я подняла подбородок и посмотрела на нее с вызовом во взгляде, она вдруг посмотрела под ноги и поспешила подхватить с пола одеяла для меня.
Шум в этом месте затих, пока заключенные наблюдали за происходящим, и более чем несколько обитателей дна отступили назад, давая мне свободно дышать.
Я игнорировала их. Никто из особо важных персон не будет спускаться сюда, разглядывая новенькую, словно стая блох в поисках шавки, которую можно укусить. Нет. Фейри, которые имели здесь значение, не стали бы опускаться до такого. Они бы послали своих людей проверить меня, а сами остались бы незаинтересованными. Насколько они знали, я была всего лишь очередным ничтожеством, пришедшим пополнить ряды, но в этом они ошибались.
И я собиралась заставить их принять это к сведению.
— Мне понадобится камера, — объявила я, достаточно громко, чтобы мой голос был слышен, но недостаточно, чтобы назвать это криком. — Одна с верхнего этажа, без сокамерника. Кто-нибудь хочет освободить ее?
Медленные шаги эхом разнеслись по проходу надо мной, и я откинула голову назад, чтобы посмотреть, как несколько обитателей верхнего этажа выходят из своих камер, чтобы взглянуть на меня.
В конце правого прохода из камеры, помеченной большой красной цифрой «двенадцать», выбралась огромная фигура, и мои губы дернулись, когда я его рассмотрела. Парень был массивным, сложенным как танк, с мускулами на мускулах. Я определила его как перевертыша Дракона еще до того, как он вышел на свет, и заметила значок, начертанный на его груди.
— Ты в моей камере, — сказала я, указывая на него. — Я номер двенадцать.