Отличница для ректора. Запретная магия (СИ)

А меня снова выкидывает в чёрно-белое воспоминание.
  
Глава 28
 
– Ох, Джемма! ты меня напугала! – Катарина хватается за сердце. 
– Прости, я не хотела подслушивать, – оправдываюсь я. Это совсем неловко – быть застуканной в такой ситуации.
– Подслушивать? – хмурится она. – А что ты слышала?
– Я старалась не вникать, поверь. Ты же знаешь, меня чужие любовные дела не волнуют…
Лицо Катарины разглаживается.
– Я тебя, разумеется, прощаю, но ты что-то путаешь. У меня тут никаких романтических встреч не было.
– Да? – удивляюсь я. – А тот молодой человек…
– Какой молодой человек? – Катарина смотрит на меня широко раскрытыми голубыми глазами с недоумением.
– Вот только что я видела того, с кем ты разговаривала, – киваю я в сторону ушедшего. – Светлые волосы, широкие плечи…
Подруга оглядывается назад, хотя там, естественно эуже никого нет.
– Джемма, ты просто меня с кем-то перепутала. Ты давно тут торчишь? – уточняет Катарина, с беспокойством разглядывая моё виноватое лицо. – Наверное, просто переучилась.
Я растерянно смотрю на неё и не понимаю, почему она скрывает такую глупость, как свидание в библиотеке? У нас давно не мрачные века, девушкам встречаться с парнями не запрещено. Или… Мысль, пришедшая в голову, заставляет меня напрячься.
– Катарина, скажи мне честно. Ты же не спуталась с женатым мужчиной?
Это был бы ужаснейший скандал. Такая связь пятном ложится на юную девицу. Кругом полно любителей молоденьких, хорошеньких девушек. А Катарина слишком легкомысленна и доверчива, ей запросто могли задурить голову. Эта тяга к красавчикам однажды её погубит.
Подруга смотрит на меня снисходительно:
– Откуда ты этого набралась? Зачем мне женатый мужчина, когда в академии полно холостых и перспективных парней?
– Ты говоришь правду? – переспрашиваю я настойчивее и вижу, как Катарина прячет глаза. – Я всё пойму, осуждать не стану, но это не та ситуация, которую можно пустить на самотёк…
– Джем, ты просто перенапряглась, – твёрдо отвечает Катарина, но в глаза мне не смотрит. – Нет у меня никакого женатого.
– Тогда кто тот блондин? 
– Я не видела никакого блондина. Может, и был кто-то, но не со мной.
Подруга так категорична, что я начинаю уже сомневаться в своём уме. Я правда что-то перепутала? Но ведь я среагировала сначала на знакомый голос, узнала Катарину и только потом заметила этого человека.
Видя недоверие на моём лице, Кат всплёскивает руками:
– Джем, ты же знаешь, как я хочу стать невестой красивого успешного адепта или богатого, красивого лорда! Ну неужели я стану размениваться на жалкое положение любовницы.
Может, зря я паникую? В конце концов, она и правда совсем не дурочка. Чересчур влюбчива, но понимает, как важна репутация. К тому же Катарина и сама вполне успешная, подающая надежды адептка, шансы на удачную партию высоки. Возможно, придёт время, и она сама мне всё расскажет. Я смиряюсь с тайной подруги.
– Красивого – это необходимый атрибут? – усмехаюсь я. Она неисправима.
– Ну, разумеется! – искренне удивляется Катарина, берёт меня под руку и уводит от книжных полок. – Я бы с удовольствием стала невестой нового ректора или главного императорского дознавателя. Такие шикарные лорды, – она мечтательно закатывает глаза.
Да уж. Но на расстоянии.
– Ты тут ещё надолго? – спохватывается Кат.
– Нет, я уже собираюсь уходить.
Мы как раз подходим к моему рабочему столу. Она задумчиво перебирает отобранные мной книги.
– О, это всё, что ты набрала? Много? Тебе помочь донести? – Катарина застывает над раскрытым манускриптом Каэллы.
– Интересно? – да, зелья – это же больше по её части.
– Лучше б она написала мемуары, как выйти за короля, – отмахивается Катарина. – Ты иди запиши книги у мэтрессы Тилозо, а я буду ждать тебя с ними у выхода из библиотеки.
 
– Джемма! Проклятье!
– Не ори, Дельтиго, – сиплю я. – И перестань меня трясти!
Это воспоминание вышло длиннее прочих, стало быть, я двигаюсь к выздоровлению. Но пока возвращение памяти всё ещё причиняет мне боль, а Рамис от волнения в громкости себе не отказывает. Я пытаюсь собрать мысли в кучу. Как же неудобно, что память возвращается клочками, разными отрывками. Общую картину до сих пор не видно.
– Ты, что, всерьёз думаешь, что человек в обмороке тебя услышит, если ты покричишь погромче? – ворчливо интересуюсь я, растирая виски. – Со мной всё в порядке.
– В чём дело? – уже немного тише спрашивает он. – Это те самые обмороки?
Чего он устраивает переполох? Ну, отключилась на несколько минут, но я же сижу.
– Нет, это другое, через пару дней пройдёт.
– Ты меня напугала! – обвиняет меня Дельтиго, и тон у него такой склочный.
– Извинилась бы, если бы ты не напугал меня раньше! Какого Проклятого ты врываешься в занятую лабораторию? Жить надоело? – лучшая защита – нападение.
Рамис тут же вспоминает причину своего неосторожного поведения:
– Ты невеста дяди?
– Откуда ты это взял? – мне просто интересно, как эту информацию Кристиан умудрился донести до всех, а я ни сном, ни духом.
– Вся академия говорит об этом! – радует меня Дельтиго.
– Проклятье! Силы небесные! Всей академии больше нечем заняться?
– Ты мне зубы не заговаривай. Невеста?
– Ну невеста, – мямлю я, совсем не понимая, какую игру ведёт Кристиан. Он не рассказал, что помолвка фальшивая, Николасу, не рассказал Дельтиго. Будем надеяться, лорд сдержит слово, и моя репутация действительно не пострадает в этой страшной истории.
– Как ты могла? – возмущается Рамис.
– Запросто. Он мне нужен на опыты, – огрызаюсь я.
– А как же я?
– Ты тоже сгодишься, – соглашаюсь я и требую: – Закатывай рукав.
  
Глава 29
 
Серьёзно, на чём я собиралась испытывать антидот? Только на себе?
– Я не об этом, – упрямо смотрит на меня Дельтиго, но манжету расстёгивает.
– А «не об этом» говорить рано, пока твоё сердце не свободно, – пожимаю я плечами, выбирая иглу.
Подумать только: когда-то иглы ещё не изобрели, мэтры каждый раз резали подопытных и доноров кинжалом или скальпелем. Не удивительно, что у учёных прошлого дурная и кровавая репутация.
– Моё сердце свободно, – упёрся Рамис.
– А как же та милая менталистка?
– Какая менталистка? – неправдоподобно удивляется Дельтиго. В этот момент он очень похож на дядю. Прямо на одно интриганское лицо. – Ты единственная в моём сердце!
Настаёт моя очередь закатывать глаза.
– Руку давай.
Рамис слушается, продолжая сверлить меня взглядом:
– Как давно это у вас? Рассказывай! – требует он.
Нет, вы посмотрите на него! Разошёлся! Мстительно втыкаю иглу ему в вену.
– Все вопросы к ректору, – отправляю я Дельтиго к родственнику. Тот заварил кашу, пусть и расхлёбывает.
Ну что ж, у меня есть слепок ауры Рамиса и его кровь. Свою кровь я тоже получу без проблем. Остаётся Кристиан.
– Не расскажешь? – возвращает меня из размышлений к теме нашей беседы Дельтиго.
Качаю головой.
– Он тебя заставил? – я удивлённо поднимаю на него глаза. Какого интересного мнения Рамис о дяде. Хотя… Вообще-то, Дельтиго прав: Кристиан практически меня заставил.
Кольцо при упоминании о лорде Натори снова оживает.
Не зная, как работает передача сообщений, и видят ли их другие, я не рискую использовать артефакт при Дельтиго. Интуитивно поглаживаю ободок, и кольцо успокаивается.
Я обращаю внимание на то, что реакция с содержимым флаконов завершена. Порошок выделился и осел. Паршиво.
Рамис, который трётся за плечом, быстро соображает, что к чему.