Астрид - хозяйка Рождества (СИ)

— Вот это да… — прошептала Кристайн. — Но как это может нам помочь?
— Это еще не все, — Харальд довольно улыбнулся. — Возможно, из-за своей глупости, а, возможно, из-за страха и желания быстрее покончить с этим, Тильда и Валентин забыли обыскать мертвеца, во внутреннем кармане которого лежала заверенная копия документа. Почему он не оставил ее в конторе, остается только догадываться, но, тем не менее, своим поступком он лишил Астрид всего, что ей причитается.
— Значит, бумага и сейчас находится там? — взволнованно произнесла маркиза, и ее супруг медленно кивнул. — Но как ее добыть?!
— Единственная возможность — послать ей вещий сон, — подал голос Эйрик. — Но вы сами понимаете, чем это закончится, и не факт, что Астрид воспримет его, как руководство к действию.
— Сон??? — маркиз недовольно нахмурился. — На это уйдет много сил, а их у нас и так слишком мало!
— У меня есть идея! — вдруг воскликнула Кристайн и ее глаза вспыхнули. — Нашу красавицу нужно снова заманить в комнату с хламом! Там в одном из сундуков, на самом дне лежит доска для общения с духами!
— Откуда она там? — маркиз с подозрением уставился на супругу. — Что эта гадость делает в моем доме, ваша светлость?! Это вы ее притащили?!
— Да! — маркиза вздернула подбородок. — И что? Мы с дамами иногда развлекались таким образом! Но разве сейчас об этом речь?
— Ладно, поговорим об этом позже, — прошипел Харальд, чуть ли не топая ногами от злости. — И что ты хочешь?
— Мы сможем связаться с нею и все рассказать! — воскликнула Кристайн и посмотрела на герцога, ища поддержки.
— Маркиза права, Харальд, — сказал он и незаметно улыбнулся ей. — Сон она воспримет, как обычное ночное видение, а вот разговор с духами вряд ли. Тем более, Кристайн уже показалась нашей Астрид и помогла отыскать драгоценности.
— Что ж, давайте займемся этой ерундой, если больше нет никаких идей, — проворчал маркиз, и Кристайн радостно захлопала в ладоши.
— Это будет настоящее приключение! Наконец, мы поговорим с нашей милой графиней!
* * *
— Вот это новости… — Тильда растерянно посмотрела на Валентина, который ужасно побледнел. — Наша дорогая Астрид вскоре станет герцогиней Хоконсон…
— Да! — возмущенно подтвердила Ханна, сидя в гостиной особняка Расмуссен. — Вы представляете, ваше сиятельство? Я вообще не понимаю, как такой человек, как герцог, решил связать себя узами брака не с молодой и невинной девушкой из хорошей семьи, а с вдовой, которая пренебрегает всеми правилами нашего общества?
— Что тут скажешь? — Тильда взяла себя в руки и язвительно произнесла: — Герцог пал под чарами этой бесстыжей, как и мой покойный сын, спаси Господь его душу… Она умеет расположить к себе мужчин!
— И кто знает, какими методами она пользуется! — возмущенно прошептала Ханна и покосилась на Эмму, на лице которой застыла скорбь всего мира. — Наверняка не самыми приличными!
— Ваше сиятельство, — вдовствующая графиня повернулась к сыну. — Покажите Эмме наш зимний сад. Думаю, она придет в восхищение от распустившегося Антуриума.
— Прошу вас, — Валентин поднялся и девушка поднялась следом. — Матушка права, это действительно удивительное зрелище.
Молодые люди вышли и женщины остались наедине.
— И какие последние новости вы знаете о моей снохе? — поинтересовалась Тильда, едва заметно волнуясь. — Кроме помолвки с герцогом?
— Она открывает магазин в деревне, — фыркнула баронесса. — Будет продавать игрушки, вы представляете?
— Игрушки… игрушки… — задумчиво произнесла Тильда, думая о том, получилось ли у Рика Торнварда убрать Астрид с ее пути. Может, он еще не брался за дело? Но она ведь приказала ему сделать это, не откладывая! — Какие еще игрушки?
— Все, что она ни затевает, граничит с несусветной глупостью! — Ханна заглянула Тильде в глаза и улыбнулась. — Давайте не будем говорить о ней, а лучше поговорим о наших детях… Эмма намекнула мне, что его сиятельство показался ей очень милым и воспитанным.
— Дорогая Ханна, Валентин тоже говорил об Эмме, — улыбнулась ей Тильда, но ее мысли витали очень далеко. — Надеюсь, они найдут общий язык.
 
— Это моя мечта, графиня! — защебетала Ханна, не замечая отстраненности своей собеседницы. — Вы меня простите за наглость, но мне кажется, что они будут замечательной парой!
— Нет, нет, баронесса, я тоже так думаю… — Тильда отрешенно посмотрела на нее. — Не стану скрывать свои желания и скажу, что я была бы не против назвать Эмму своей невесткой.
— Оооо… — протянула Ханна, переполняясь эмоциями. — Это было бы чудесно!
Когда гости отбыли, Тильда и Валентин уединились в кабинете и, уже не скрывая своего волнения, она быстро заговорила:
— Почему от Торнварда нет известий? Он должен был разобраться с Астрид еще ночью и сообщить нам об этом! Господи, я чувствую, что у него ничего не вышло!
— Прекратите паниковать! — визгливо оборвал ее Валентин. — Разве у этого человека хоть когда-то что-то не получалось? Для такого, как он, нет никаких преград, и уж, тем более, ему не помешают три старика, толстая повариха и безусый юнец!
— Я знаю это, но меня гложут дурные предчувствия! — Тильда не могла успокоиться. — Не знаю почему, но я не могу спокойно спать! Мне кажется, будто над нами сгущаются тучи, и случится что-то непоправимое!
— Что может случиться? — Валентин налил себе вина и глазами указал на графин. — Выпьете со мной?
— Выпью, — буркнула Тильда и почти упала в кресло. — Случиться может все, что угодно! Мы сделали слишком много, из-за чего стоит бояться!
— Мы всегда подчищали за собой следы! — возразил ей сын, протягивая полный бокал. — Случай с экипажем никто ни привяжет к нам, а напавшего на Астрид во время этих глупых походов за грибами все посчитали за обычного грабителя или насильника! И поверьте мне, матушка, когда известие о смерти вашей снохи разлетится по Дорвегии, ни одному человеку в голову не придет, что мы как-то причастны к этому.
— Вместе с ней покинет этот мир и маленький ублюдок, — Тильда усмехнулась с такой злобой, что Валентин даже отшатнулся. — Ничего не должно мешать тебе, мой сынок, стать настоящим графом Расмуссеном.
— Да, матушка, вы правы, — вздохнул он и с жадностью опрокинул в себя бокал. — Вы всегда правы…
— Как вы провели время с Эммой? — Тильда поменяла тему, но вдруг замерла и уставилась на двери. — Что это?
— Где? — Валентин недоуменно проследил за ее взглядом.
— Мне показалось, что я услышала какой-то звук, за дверями, — графиня поднялась и быстрым шагом преодолев расстояние до дверей, резко распахнула их. — Кто здесь?!
Но в коридоре было пусто, лишь по окнам бил колючий снег, с шорохом осыпаясь на каменный карниз. Она немного постояла, прислушиваясь к этой тишине, и вернулась обратно.
Когда за Тильдой закрылась дверь, прятавшаяся за ней фигура, отделилась от стены и, ступая на носочках, помчалась прочь, приподняв юбки. Она метнулась в темнеющий поворот, ведущий к лестнице на второй этаж, и коридор вновь опустел.
Несмотря на травы тетушки Лонджины я плохо спала этой ночью, мне удалось немного задремать только под утро. Я все время думала о Тильде и гадала, что она предпримет в следующий раз. С охраной мне было намного спокойнее, но нет-нет, да червячок страха все же пробирался в мою душу. Я ни секунды не сомневалась, что моей смерти хочет именно свекровь, только не понимала, чем я это заслужила. Какая тайна заставляет ее действовать таким образом? Ведь не может же она это делать только из-за чувства личной неприязни?
Я вспомнила, что обещала герцогу подумать о дне свадьбы, и решила занять свои мысли куда более приятными размышлениями. Итак, какое число? А что, если обвенчаться под самое Рождество? Устроить себе сразу два праздника… Точно, так и скажу, что хочу свадьбу под Рождество. Это романтично… Мои глаза стали слипаться, и я провалилась в короткий, но глубокий сон.
После завтрака мы с Сесиль собрались в деревню. Герцог должен был прибыть к обеду, и у нас было время, чтобы заняться делами магазина.