Астрид - хозяйка Рождества (СИ)
— Ты притащил его сюда, чтобы твой чертов потомок приревновал ее и сделал предложение? — в голосе Харальда прозвучало ехидство. — Это вся идея?
— Если бы ты не витал в облаках и иногда прислушивался к нашим разговорам, то знал бы, что Агнар Вик — сын конюха, от которого Тильда родила Валентина! — рявкнула на супруга Кристайн. — Наш план куда глубже, чем ты можешь себе представить! Поэтому займись… кхм… сближением Астрид и Эрлинга!
— Сын конюха с такими средствами? — недоверчиво протянул Харальд. — Он продавал конский навоз?
— Когда его отца выгнали из поместья графа, он устроился на корабль и три года ходил в море, пока не пропал без вести. Вернулся он через пять лет с приличным состоянием и поговаривали, что бывший конюх грабил суда с драгоценными товарами, но доказательств этому, конечно, не было. Мужчина выкупил несколько кораблей и занялся торговлей. Вот так вот, Харальд, — рассказала Кристайн и, склонившись к уху мужа, спросила: — Теперь ясно? Харальд неверующий!
— Так что же это получается, Агнар брат Валентина? — маркиз удивленно покачал головой. — И как же вы хотите это использовать?
— Да, Агнар младше Валентина на пять лет, — ответил Эйрик и с довольным видом потер белоснежные руки. — Его отец должен появиться здесь и вывести Тильду на чистую воду.
— Святой Олаф! — воскликнул Харальд, хватаясь за голову. — Насколько я помню, вы собирались всего лишь поженить наших голубков, а не расследовать тайны этих прелюбодеев!
— Тильда хочет зла Астрид! — Кристайн похоже нравилась вся эта история. — И мы должны помочь! Тем более, покойный граф тоже хочет справедливости! У него есть настоящий наследник! Бернард! Вот тогда можно будет отправляться на покой!
Глава 23
После того, как герцог и маркиз отбыли, имение охватил шквал эмоций. Новость о том, что Эрлинг сделал мне предложение, привела всех домочадцев в полнейший восторг. Тетушка Лонджина чуть ли не танцевала от радости, ведь сбывалась её мечта — я не останусь одна и, возможно, вскоре обзаведусь толпой орущих детишек. Мужчины даже отпраздновали это дело несколькими стаканами вина, громко желая нам с герцогом счастья. Сесиль постоянно утирала слезы, глядя на меня, и мне приходилось ее обнимать и утешать тем, что я еще не скоро покину ее.
— Все это так неожиданно! — она не находила слов, чтобы выразить свои эмоции. — Герцог оказался настоящим мужчиной! Скажи, он признался тебе в своих чувствах?
— Нет, — я вдруг действительно поняла, что Эрлинг ни разу не обмолвился по поводу чувств. — Но ведь это не так важно в нашем случае. Мне кажется, взрослым людям достаточно хорошо ладить между собой, и можно обойтись без страстных признаний. Но признаюсь тебе — герцог меня поцеловал.
— Оооо… — протянула Сесиль, мечтательно прикрыв глаза. — Значит, все-таки он влюблен! Хотя я это давно подозревала… Астрид, но Эрлинг ведь нравится тебе?
— Он привлекательный мужчина и, несмотря на некоторые недостатки, благороден и честен, — ответила я, стесняясь признаться, что да — Эрлинг ужасно мне нравился!
— Я уверена, что у вас все будет хорошо! — баронесса снова всплакнула, но быстро успокоилась и, тяжело вздохнув, спросила: — А как же Агнар Вик? Ты не боишься его мести?
— Мне кажется он не такой человек… Не знаю почему, но у меня есть чувство, что Агнар справедливый и рассудительный мужчина.
— Но твой отец сказал, что он опасен… И эти бандиты, которых он прислал… — в голосе Сесиль звучало недоверие. — Возможно, ты ошибаешься насчет него.
— Конечно, он опасен для барона! — хмыкнула я и покраснела, вспомнив момент, когда открылась правда о воровстве драгоценностей. — Потому что он подлец! Хорошо, что ты напомнила мне об отце, мне нужно серьезно поговорить с ним.
Я не стала оттягивать неприятный разговор и отправилась в его комнату.
Барон сидел возле камина и, когда я вошла, заговорил первым.
— Ты имеешь полное право злиться на меня, но я не мог тебе этого сказать! Я побоялся! Одно дело плут, пройдоха и грубиян, а другое — вор… Мне казалось, что я больше никогда не увижу этого человека, но он нашел меня даже тут! Астрид, я не могу изменить случившееся, но я ведь могу просить о снисхождении? Ты же не выгонишь своего отца из дома?
Барон стремительно поднялся и рухнул на колени, после чего пополз ко мне и принялся цепляться за ноги, заливаясь слезами. В этот момент он был жалок и омерзителен.
— Прекратите! — резко сказала я, не желая более называть его на «ты» и с трудом оторвав от себя цепкие руки, отошла на шаг. — Куда вы дели драгоценности Агнара Вика? Отвечайте!
— Я продал их ростовщику, контора которого находится на улице Гарминг! — всхлипнул барон, раскачиваясь из стороны в сторону. — Этот человек славится тем, что никогда не выдает тех, кто приносит ему краденые вещи, и все, кто незаконно овладевает такими вещами, всегда обращаются к нему! Но он мог их перепродать кому-то!
— Что именно вы украли у Агнара Вика? — я с трудом сдерживалась, чтобы не дать ему затрещину.
— Браслет, кольцо и серьги! — отец прекрасно понимал, что я не вышвырну его из дома, и было заметно, что он присматривается ко мне, пытаясь понять, о чем я думаю.
— Что ж, хорошо, — я с трудом могла смотреть на него, не то, что говорить. — Я постараюсь вернуть Агнару драгоценности его супруги, а на вас у меня есть свои планы.
— Какие? — барон напрягся. — Что за планы?
— Вы отправитесь в деревню к отцу Мадсону. Я поговорю с ним и попрошу, чтобы он позволил вам пожить при церкви, где вы будете помогать преподобному по хозяйству, а также посещать каждую службу, — ответила я и, растерянный и испуганный, он вскочил на ноги.
— Но я…
— А если вы против, то собирайте вещи и убирайтесь из моего дома! — рявкнула я, устав притворяться спокойной. — Если я еще могла терпеть обманщика и игрока, то вора терпеть не стану! Вы подвергли опасности мою семью, и я считаю, что слишком милостива к вам, предлагая отправиться в церковь, где у вас будет возможность обратиться к Богу!
Не желая более слушать его, я вышла из комнаты и уже в коридоре глубоко выдохнула, глядя на свои дрожащие руки. Так и до нервного срыва недалеко.
В эту ночь я не могла заснуть и вертелась в кровати, вспоминая все события этого дня. Неприглядный поступок моего отца, предложение Агнара Вика, мое согласие на брак с герцогом, магазин — все это не давало мне расслабиться, и я села, опустив ноги на пушистый ковер. Нужно как-то отвлечься.
Накинув халат, я зажгла свечи и села за стол, на котором лежал мой будущий рождественский венок. Можно обматывать проволоку лентой, ведь монотонное занятие успокаивает…
Если ростовщик не продал драгоценности Агнара Вика, я выкуплю их и верну ему с извинениями. Другого выхода я не видела. Хорошо, что я нашла сокровища и у меня есть возможность воплотить свой план. Пусть меня простит доброе привидение, но я хотела отмыться от этой грязи и как можно скорее.
Постепенно мои мысли перенеслись с неприятных вещей на более радостные, и я принялась размышлять по поводу магазина. Завтра утром нужно отправиться в деревню и все хорошенько рассмотреть. Что это за помещение? Большое оно или маленькое? Есть ли там какая-то мебель или мне придется заказывать витрину, стеллажи, полки и остальное?
Эти мысли были куда приятнее, и вскоре я полностью углубилась в них, позабыв о неприятностях.
Проснулась я от холода. Камин потух, а я заснула в неудобной позе, положив голову на венок, отчего на моей щеке отпечатались невероятные узоры. Растирая кожу ладошкой, я быстро развела огонь и подошла к колыбели. Бернард сладко спал под теплым одеялом, и я немного успокоилась. Часы показывали шесть утра и скоро все домочадцы потянутся на кухню, чтобы выпить горячего чаю и перекинуться парой словечек перед тем, как каждый займется своим делом.
В дверь постучали, и в спальню заглянула тетушка Лонджина.
— Не спите уже, ваше сиятельство?
— Нет, входи, — я заметила, что она чем-то взволнованна. — Что-то случилось?