Книга монстров (СИ)

Меня это несколько удивило, но я не стала уточнять, каким это дамам Гус мог варить зелья. Одно я знала точно — среди жительниц богатых кварталов хватало таких дам, которые спокойно могли входить к герцогу, а их мужья в прямом смысле находились от них в зависимом положении. Не сказать, чтобы я видела этих дам в лицо, но их охранников примечала часто, и не приведи Тишь, чтобы они меня хоть раз заприметили.
Так или иначе, но у Гуса, в отличие от меня, были влиятельные покровительницы.
— Значит, ничего не скажешь? — спросила я. — Видно, придется самой все решать. Идем как стемнеет, в Козлиных болотах хоть и водится сплошь отребье, но и стража тоже попадается. А вот мне этого совсем не хочется. В смысле — им попадаться. Хорош уже носиться туда-сюда. Покажешь вход и расстанемся до завтра.
К тому же мне подумалось, что план — попади в логово минуталей и действуй по обстоятельствам — весьма отвратителен. Минутали могут остаться на следующую ночь внутри, и все, что мы сделаем — это просто обшарим их владения. И хорошо, если не попадемся в их лапы. Нужно было прочесть про них все, что найдется, и составить хоть какой-то разумный план. 
Гус, остановившись, растерянно, словно сова, мигнул разноцветными глазами и радостно кивнул.
— Конечно, кошечка!
Я сдалась.
 Глава четырнадцатая
Гус протащил меня по городу так, что нас никто не заметил, вообще ни единого подозрительного взгляда в нашу сторону. Я так умела — а как же иначе, какой от меня прок, если мой единственный талант не будет работать, но чтобы Гус мог так же, да безо всякой магии?
Он словно танцевал с тенями, и они, очарованные его уличной харизмой, отвечали безоговорочным согласием. Принимали его в свои жаркие объятия и ревностно хранили от чужих взглядов. Так я не умела, но тени при виде Гуса обнимали и меня.
Северный квартал мы покинули за пару десятков минут, и все, что я могла — это поспевать за юркой, гибкой фигурой в старом потрепанном плаще. Гус больше не шутил и не балагурил, казалось просто, что он слился с Фристадой, стал с ней единым целым — винтиком в огромном, наполненном магией механизме.
В конце концов, подавив неожиданно вспыхнувшую ревность к мастерству, я решила, что обучение у Теней дает кое-какие преимущества. Ведь Аттикуса я тоже едва-едва сумела заметить, так чем же Гус хуже него? Ничем, разве что маг отвратительный, в отличие от первого. Но это, опять же, заявление Аттикуса. Может, зависть, может, обида, может, что-то еще. Ухо надо держать востро — у меня здесь нет ни защитников, ни покровителей. Нет и не будет, напомнила я себе. 
Стоило послушаться Самуэля.
Козлиные болота швырнули в нас шум ночной уличной жизни, пьянства, потасовок и вони. Воняло хорошо хоть не кошками, а всего лишь рыбой и попыткой властей вычистить канализацию. А также рвотой и алкоголем.
— Уже недалеко, — шепнул Гус, зажимая меня в узкую щель между огромным товарным ящиком и стеной, сам он пристроился рядом и на мое раздраженное шипение внимания не обратил. — Стражи здесь кот наплакал, но все как один полные психи. Один как-то гнал меня до моря, не переставая вопить во всю глотку. Можешь себе это представить? Полный псих.
Я покосилась на него с недоумением, но ничего не сказала, потому как заслышала бряцанье меча. Мимо вразвалку, словно у себя дома, прошел стражник, обдавая нас перегаром и вонью немытого тела.
— Этот? — почти беззвучно поинтересовалась я.
— Думаешь, у меня было время останавливаться и рассматривать?
Я кивнула, принимая логичность довода, протиснулась между ящиком и Гусом и осторожно выглянула на улицу.
— За аркой в квартал Эрмет есть пара небольших тупичков, буквально небольших, только ты и поместишься. В одном из них и есть вход к минуталям. Если ты дождешься меня завтра в этом же прекрасном месте, я смогу провести тебя внутрь.
Я взглянула в разные глаза Гуса и слегка похолодела. Этот паршивец перехватывал всю инициативу на лету, я же могла лишь молча повиноваться. Ну разумеется, если пещеры закрыты магией Теней, то увидеть ее может только Тень. И Гус им являлся, несмотря ни на что. А значит, он мог меня провести внутрь, и вывести. А мог и нет. А я со своим талантом быть незаметной, выходит, была годна лишь на то, чтобы не сдохнуть в пещере первое время.
 
Я не знала, восхищаться ли талантом Теней просчитывать все наперед так, как будто это было давно известным пророчеством, или ужасаться тому, что от этих людей я сейчас так или иначе завишу. Пожалуй, и восхищение, и ужас владели мной поровну.
— Захочешь меня нагреть — вырву кадык, — ласково и тихо пообещала я, глядя в ухмыляющееся лицо Гуса.
Перевернутые боги знали, догадался ли он, отчего я так взбесилась или нет, но его поганая ухмылка слишком сильно действовала мне на нервы.
— Не понимаю, о чем это ты, кошечка. Мы ведь в одной лодке, помнишь? 
...Проснулась я от мягкого прикосновения к плечу. Это был Самуэль, и выглядел он точно таким же больным, как и вчера. Похороны всем обошлись дорого — в жизни каждого из нас Льюис поучаствовал, и каждый испытывал боль в той или иной степени. А мне же просто невыносимо было вспоминать его простодушное предложение. Знай я, что произойдет, ответила бы согласием, но… впрочем, знай я действительно, не допустила бы его смерти. 
Мы долго смотрели друг другу в глаза, думая каждый о своем, а потом я виновато улыбнулась и выбралась из-под одеяла. 
— Спасибо, что разбудил. Как раз вовремя, чтобы не опоздать. 
Вещи были собраны и стояли в углу комнаты в неприметной удобной сумке. Накануне я добралась до отложенных книг и вычитала о минуталях достаточно, чтобы понять, к чему готовиться. Это были обычные, но мощные твари — тогда, на месте побоища, я увидела это собственными глазами. Но ничем большим они не блистали, кроме зачатков интеллекта, которых и лишил их, по преданию, Древесный бог Раскаль, когда они его чем-то прогневали. Авторы писали, что минутали, в свое время властвуя землей, возгордились и выступили против бога. За что он их и покарал, оставив под землей, лишив могущества, разума и умения. Грустная судьба, но я была бы не против полного их истребления. 
— Я по-прежнему не вижу смысла в этой вылазке, Дайан, — сказал Самуэль, рассеянно присаживаясь на заваленный одеждой стул. — Отправляешься в логово тварей, чтобы посмотреть, куда они ползут. Ты должна помнить, что магический след от мощных артефактов так широк, что минутали долго еще будут не способны тебя привести к Книге. Они, должно быть, тычутся в углы, как слепые котята. Тебе-то это зачем?
— Это единственная зацепка, — призналась я, убирая волосы с лица и силясь проснуться. — Что нам еще делать? Вторгаться к Лесным чадам и ворошить их скудные записи? Ты же знаешь, они пишут с трудом. Это лучше, чем наобум искать Книгу в Поющем лесу или их парках, привлекая к себе внимание. 
— А еще лучше зайти к Теням и поспрашивать об источнике их информации, — возразил старик. — Тебе никогда не приходило в голову, что лучший путь — простой путь?
— Знаешь же, что нет, — улыбнулась я и запнулась, не зная, что еще сказать. Что я хочу выбирать сама? Что мое дело — мои решения, но ведь он был прав, и я обязательно вернусь в Цитадель Теней и последую мудрому совету. Но не идти — не почувствовать зова Книги, который, возможно, в пещерах ощущается сильнее, чем в заполненной магией Фристаде. А еще я должна была вникнуть во все это настолько, чтобы потом не быть… кошечкой. Проклятый Гус!
— Просто позволь мне решать самой, — наконец попросила я. — И не волнуйся, я не высуну носа туда, где будет слишком опасно, к тому же, я все-таки чего-то стою. 
 
Немного подумав, Самуэль кивнул, и вскоре я уже брела по городу, скрываясь в тенях, безотчетно вспоминая, насколько искусно Гус вчера с ними танцевал. Пусть он и не был приятной личностью, но думать о Льюисе было еще хуже. Я испытала к Гусу что-то вроде благодарности: он настолько меня раздражал, что тосковать и раздирать слишком свежую рану утраты и уже гноящуюся — вины было некогда.