Величайшая в мире ложь или Никому не отдам (СИ)
Прочистив горло отвечаю приветствием. Догадливый и умный Дима Нестеров, насквозь видит меня оторопелую, инициативу берёт в свои руки. Жестом приглашает пройти вглубь, иду. Куда правда не знаю, оборачиваюсь на него. Поравнялся и указывает путь. Открывает ключом дверь, входим в уютный, просторный кабинет. Светло зелёные стены, тёмная комфортабельная мебель, смотрится обжито, по домашнему. Тут конечно я совсем стушевалась.
— Проходи. Чай, кофе?
— Нет, спасибо, — тороплюсь ответить. — Я поговорить.
Краснею, опускаю глаза в пол. Школьница ей богу. Щёки жжёт стыд, сердце там громко стучит, что мне кажется он слышит его.
— Алис, что-то случилось? На тебе лица нет, — усаживает в кресло возле широкого стола из тёмного дерева.
Дура, готова разреветься от того, что не могу и слова вымолвить о том, зачем пришла. Позор какой. Бравада вся растерялась по пути. Быстро заморгала и решительно подняла на него взгляд. Тут же сел неподалёку на диван. Раз мы начали говорить как есть, значит так и буду, страшно, а что поделаешь.
— Давно случилось, — собралась с мыслями. — Боюсь ты не станешь меня слушать.
Смотрю в упор.
— Почему не стану? Я рад тебя видеть и всегда выслушаю.
— Дим… Я долго думала… Ты должен знать правду, — собственный пульс глушит. — Ты ни в чём передо мной не виноват.
Вскакивает и пересаживается на край стола, рядом со мной. Мне так говорить легче не стало. Теперь ещё его близость с мыслей сбивает, запах кружит голову.
— Ты не спал с Лизкой.
Смотрит не моргая. Алиса соберись! Приказываю себе.
— Встретила Лизку и она мне решила излить душу. Рассказала как они с Романец организовали наше с тобой расставание. Ты спал пьяный, она пришла и разыграла всё так, будто между вами что-то было. На самом деле ничего не было. Я сначала не особо поверила, но Романец подтвердил. Это правда.
Потирает лицо ладонью, прижимает пальцы к губам задумчиво, возвращается глазами ко мне.
— Сложно переварить подобное заявление.
— Извини, не решилась сразу рассказать как узнала. Да и своих проблем навалилось. А должна была, тебя это в первую очередь касается.
Вскакивает.
— Посиди, я всё-таки схожу за кофем. Голова аж разболелась, — вылетает из кабинета.
Дурочка, Дима Нестеров воспитанный молодой человек, он всегда выслушает. Зря боялась, не всё так страшно.
Возвращается быстро, с двумя стаканчиками. Один мне подаёт и садится в кресло за стол.
— Как-то странно ощущать себя невиновным, когда уверен, что виноват, — выдаёт удивлённо.
Я даже улыбаюсь, он подхватывает, сразив меня наповал. Спасает горячий стакан в руках, возвращает на землю.
— Алиса как всегда, нафантазировала, — посмеивается.
— А тебя смотрю ситуация веселит?
Глаза хитрые.
— Плакать точно поздно, остаётся истерично смеяться. Вот гады, как развели нас, — мотает головой, улыбаться не перестаёт.
Мне возвращается уверенность, паразит, насмехается сидит. Я так страдала по вине двух неугомонных, а ему смешно. Одариваю грозным взглядом.
— Алис, ну не надо. Разборок достаточно. К тому же подобные взгляды меня не пугают, а… Поехали перекусим, я очень голодный. Чуть не разминулись, увидел тебя и вернулся.
— Я тоже голодная, — признаюсь.
Так нервничала, кусок в горло не лез с утра.
Привёз меня в небольшой ресторанчик, направление кухни по интерьеру уловить не удалось, но атмосфера тёплая, как и приём от самых дверей. Заказывает едва открыв меню и то наверное для виду или по привычке. Наблюдаю за ним украдкой, Дима Нестеров изменился. Вроде тот же, насмехается, юморит, только если присмотреться, он другой уже. Разросся это точно, привлекательное тело будоражит воображение. Обаяние буквально окутывает, запросто влюбиться и второй раз.
— Кто-то сказал голодная, а салат размазываешь по тарелке с кислой миной. И я уверен дело не в салате.
В чём тогда дело? Я ждала большего, а всё вот так просто. Сидим словно старые друзья, болтаем о всякой ерунде, невинно шутим. На душе кошки скребут.
— Неприятный осадок, мыслей много, аппетит пропадает.
— Каких мыслей?
— Не важно, — совсем отодвигаю тарелку.
Не улыбаться не могу, общаться на любую тему с Нестеровым сплошное удовольствие. Рассказываем друг другу о работе, кто и где сейчас, оба избегаем тем о прошлом. Порою он пристально смотрит, взгляд плавно сползает к губам когда говорю и я тут же запинаюсь, на что он хитро улыбается. Сердце при этом ускоряет бег.
Лёгкий флирт присутствует, щекочет нервы, рождает надежду. Романец был прав, я побежала к Нестерову, однако поздно. Слишком поздно. Он будто почувствовал о ком думаю, неожиданно спросил.
— Как он отпустил тебя ко мне? Или не знает?
Ошарашенно смотрю во все глаза.
— Мы расстались.
Теперь его очередь вылететь из зоны комфорта. Выпрямляется, меняет позу, отставляет стакан. Не ожидал. Долгий взгляд в глаза, не отвожу своего, сейчас я смелая, и даю нам последний шанс. Если не получится, навсегда захлопну дверь и забуду.
— Неожиданно.
Последняя фраза и смена темы. Включаю актрису, улыбаюсь и даже съедаю десерт, внутри реву. А могло быть всё по другому. Если бы я тогда его простила, не сбежала из города…
Оба понимаем пора прощаться, жизнь несётся в бешеном ритме, у каждого дела, обязанности. Предлагает подвезти, соглашаюсь. Не готова так быстро расстаться, хочется обнять, тянет коснуться словно магнитом. Прижаться к широкой груди, вдохнуть пленящий его аромат. Расстояние же до дома моих родителей неумолимо тает. Убегают последние секунды. Память издевается, сейчас как никогда ярко помню минуты жадных поцелуев, тайных, желанных. Пальцы расцепляться не хотели, а нас оттягивало в разные стороны школа и работа. Продолжаю играть роль милой Алисы, весёлой и дружелюбной. Дима спокоен, не нахожу ни одного признака его чувств ко мне. Я же внутри пылаю, сгораю заживо. Каждый раз у нас всё слишком поздно. Нет, не признаюсь как нужен, раз пережила и два смогу. Надежда разлетелась на осколки, он понял, чувств нет давно, эхо прошлого. Сама старалась убедить и получилось. Меня кто убедит?!
— Значит не вернёшься?
— Нет Дим, у меня там вся жизнь, хорошая работа.
— Понимаю, я бы тоже не вернулся.
— Спасибо, что подвёз, — сама решаю оборвать последнюю ниточку.
— Совершенно не за что.
Улыбка Димы Нестерова убивает на повал, он такой единственный в целом мире. Бросаю последний взгляд и открываю дверь.
— Алис, — раздаётся в спину.
Резко обернулась.
— Спасибо.
— Совершенно не за что, — выдавливаю слабую улыбку.
Знаю за что, а иначе я не могла, он должен знать правду. Вот и всё, отвожу взгляд, скрываюсь за родным забором. Продолжаю играть милое равнодушие, теперь уже для себя. Пытаюсь улыбнуться себе в зеркало. Добро пожаловать в новую жизнь, Алиса. Значит не судьба, смирись и иди своим путём, прошлое не вернуть. На этот раз начинать заново лечу одна. Прогоняю навязчивые мысли о невзаимности. Когда клянутся никому не отдавать, запомните, это самая величайшая в мире ложь. Улетая в закат скажу прощай Дима Нестеров и забуду.
Глава 17 ч.1
Как только съёмки закончились, спешу домой. Морально жутко вымотана. Обычно смываю макияж, сегодня поленилась, нарушаю свои же строгие правила. Джинсы, футболка, поверх лёгкая куртка, удобные кроссовки. Теперь я обычная городская девчонка, не будущая жена успешного бизнесмена, не до платьев и туфель дорогих. Проблемы решаю самостоятельно, как и планирую бюджет, совершенно нет времени прогуливаться цокая каблуками и одёргивая задирающиеся юбки. Двери разбегаются передо мной, торопливо слетаю по ступенькам. Боковым зрением, справа, замечаю парня с цветами, тут же замираю. Поразила молния, прошла через всё тело и исчезла в недрах земли. Поворачиваюсь медленно, не верю своим глазам, сердце несётся бешено.
Идёт ко мне навстречу, в руках охапка светло-розовых, мелких бутонов, розы до того нежные на вид, что умиляют, порождая детский восторг. Почему при виде него всегда так трудно дышать?