Путь. Автобиография западного йога

По прошествии лет все больше и больше учеников по всей стране осознали, что Мастер дал им нечто гораздо большее, чем дополнения к церковным учениям, с которыми они выросли: это был целостный, самодостаточный духовный путь. Йогананда всегда советовал своим ученикам оставаться верными собственной церкви, если они этого хотели. Но многие начинали воспринимать его дело как единственную церковь, в которой они нуждались. Так продвигалось его дело — не путем миссионерского обращения, но через личный опыт самих учеников, испытавших эффективность его учений. Все больше и больше людей, которым мирские обязанности не позволяли присоединиться к его монастырю, объединялись в своих городах, образуя центры Общества Самоосознания. В Маунт-Вашингтоне составлялись уроки, представляющие собой подборку его наставлений и записей, [За эту любовную работу несла основную ответственность Луиза Ройстон — ученица, о которой я уже упоминал в этой главе.] и рассылались последователям по всей стране. К 1935 году эта работа вполне установилась и процветала.
В том же самом году гуру Йогананды, Свами Шри Юктешвар, призвал его назад в Индию. Ставший знаменитостью ученик провел там год, путешествуя по стране и собирая большие аудитории.
Посетитель ашрама Шри Юктешвара в Серампуре однажды сравнил Свами Йогананду с другим свами, широко известным в Индии. Великий гуру, редко снисходивший даже до небольшой похвалы, на этот раз ответил со скрытой гордостью: «Йогананда значительно выше».
В том году Шри Юктешвар удостоил своего возлюбленного ученика высшего в Индии духовного титула: Парамаханса [Буквально: «Высший Лебедь». С древних времен лебедь был символом божественного просветления. Тому есть три причины. Во-первых, подобно лебедю, равным образом чувствующему себя дома и на земле, и на воде, просветленный йог как дома и в этом мире, и в океане Духа. Во-вторых, есть поверье, что лебедь обладает способностью разделять смесь молока с водой и выпивать только молоко (возможно, он делает это путем сворачивания молока). Сходным образом хамса, просветленный йог, проводит ясное различие между «молоком» божественной реальности и «водой» заблуждений. В-третьих, «хамса» (лебедь) на санскрите означает также хан са (Я есть Он): выражение, обозначающее благословенное осознание истинного мастера. (Слово «хамса» в стиле «наивного этимологизирования» можно представить как сочетание лишенного отрицательного префикса «a» слова «aham» (я) со словом «sah» (он); таким образом, получается: «Лишенное эгоизма «я» — это Он. — Прим. ред.) Высший среди этих «хамс» — парама (высший) хамса. Уже достигший освобождения, парамаханса не нуждается в борьбе с земными заблуждениями при помощи меча распознавания, ибо без всяких усилий всегда и во всем видит Божественное.].
Йогананда писал свой титул как «Paramhansa», без a в середине. Именно так это слово обычно произносят в Индии. По мнению ученых-санскритологов, правильнее писать «парамаханса». Но ученая строгость не всегда согласуется с неученым восприятием. Многие индийцы надеялись, что теперь Йогананда останется в Индии. Но Бог уже призывал его назад в Америку. Еще одним, внешним знаком того, что Бог отпускает его в путь, была смерть его гуру. Поэтому в 1936 году он возвращается в Маунт-Вашингтон, и здесь начинается новый этап его миссии.
В своих прежних видениях вместе с образом Маунт-Вашингтона Йогананда всегда видел два других здания. Первым из них был главный зал его школы в Ранчи. Второе еще предстояло найти. Это была прекрасная обитель где-то возле моря.
Несколько раз, проезжая вниз по берегу Калифорнии в Сан-Диего, он чувствовал притяжение к одному месту в маленьком городке Инсинитас. Каждый раз он получал внутреннее предупреждение: «Подожди. Еще рано». Покорный божественному водительству, он никогда больше не интересовался этим вопросом. Но по возвращении из Индии его ожидал сюрприз. На том самом месте, которое притягивало его в тех поездках, мистер Джеймс Дж. Линн, богатый и высоко духовно продвинутый ученик, построил обитель его видений! Именно здесь Парамахансаджи [В Индии к именам в знак уважения обычно добавляется суффикс «джи».], как теперь его называли многие люди, в течение нескольких последующих лет проводил большую часть времени. Здесь он написал свои книги, включая «Автобиографию Йога», ставшую духовной классикой.
 
Теперь его дни протекали в идиллии божественного спокойствия. После многих лет путешествий, духовных «кампаний» и мужественной борьбы с непрекращающимися трудностями на пути исполнения его миссии, на некоторое время он получил возможность насладиться плодами своих трудов. Трудности, которые он встречал теперь, лежали в сфере духовных идей.
Чтобы поделиться этой идиллией с преданными учениками, в 1938 году он построил в окрестностях Инсинитаса небольшой красивый храм. «Храм Золотого Лотоса» — так назвал он это здание. Расположенное неподалеку от главного здания, оно было обращено к океану. Здесь Мастер проводил групповые медитации, вместе с океаном напоминавшие об обширности Духа, и делился с наиболее преданными учениками некоторыми глубокими откровениями, которые днем изливались пером на бумагу. Храм Золотого Лотоса привлек широкий общественный интерес. Посетители иногда сравнивали его с Тадж-Махалом. Один человек сказал о нем: «Это — как увидеть рай еще при жизни».
Но для Мастера эта идиллия продолжалась недолго. В 1939 году в Европе началась Вторая мировая война. Ее разрушительные вибрации не могли не повлиять на работу Йогананды, направленную на служение всему человечеству. В 1942 году, вскоре после вступления Америки во Вторую мировую войну, оползень погрузил Храм Золотого Лотоса в море. Его фундамент был подточен почвенной эрозией, вызванной водой, просачивавшейся с дороги, пролегавшей за пределами принадлежавших храму земель. О потере этого прославленного строения сообщалось на первых полосах сотен газет по всей стране. Однако для Парамахансаджи эта потеря была не трагедией, а знаком Божественной воли. Пришло время для следующей стадии его миссии.
Создается впечатление, что на долю истинных возлюбленных Бога на земле выпадает больше испытаний, чем они заслуживают. Может быть, причина этого в том, что другие могут научиться на их примере: несчастья, встречаемые с божественной верой, неизбежно оказываются благословением. Лишения — это только кратчайший путь, туннель, пробитый через горы, чтобы быстрее достичь плодородных лугов за ними. Парамахансаджи заявил, что вместо разрушенного Храма Золотого Лотоса появятся другие и что для него эта потеря означает, что пришло время расширить деятельность его организации, которая к тому времени прочно встала на ноги.
Через год и два месяца после потери храма в Инсинитасе были приобретены два новых здания для богослужений. Одно из них в Голливуде, 4860 по бульвару Сансет, было освящено в августе 1942 года, второе находилось в Сан-Диего, 3072 по Первой Авеню, и освящено в сентябре 1943 года. Теперь по воскресеньям Мастер по очереди читал лекции в этих церквах.
Такое расширение его общественной деятельности привлекло в церкви множество учеников-мирян в дополнение к тем, которые становились монахами в ашрамах Маунт-Вашингтона и Инсинитаса. Именно сейчас давняя мечта, которую он часто описывал в лекциях и журнальных статьях, начала принимать определенную форму.
Одной из первостепенных целей его работы было «распространение духа братства среди всех людей и помощь в организации во многих странах самодостаточных общин для простой жизни и возвышенного мышления». Именно на установление такой «общины всемирного братства» он направлял теперь большую часть своих усилий.
Проблема, к которой он обратился, была сходна с той, что впервые возбудила его интерес к детскому образованию. «Окружение, — часто говорил он, — сильнее, чем сила воли». Окружающая обстановка, в которой живет ребенок, в значительной степени определяет его установки и поведение, когда он вырастает. Подобным же образом окружение, в котором живет взрослый, может полностью определить успех или неудачу его усилий по изменению своих старых вредных привычек. Парамахансаджи убеждал людей жить, по возможности, в гармоничной окружающей обстановке. Одиноким людям с глубоким стремлением к Богу он предлагал жить в монастыре. Но, рекомендуя ученикам, связанным мирскими обязательствами, регулярно посещать церкви Общества Самоосознания или службы в центрах, он с грустью осознавал препятствия, с которыми они сталкивались. Увы, современное окружение, даже когда оно внешне выглядит гармоничным, в большинстве своем не способствует духовному восхождению.