Интервьюировать Торна (СИ)

— Ты… и он… — слабо прошептала она, а затем послышался тихий грохот, какой бывает, когда тело оседает на пол.
Вот теперь уже мне стало настолько интересно, что я не побоялась повернуться к потенциальному противнику своей небородатой физиономией. Айрис лежала на полу и, кажется, даже не притворялась. По крайней мере, поза была очень не похожа на фиктивный обморок. Мы с Джейсоном синхронно подошли к рыжей курице, внимательно изучая открывшуюся нам картину.
— Хм… Предлагаю спрятать тело. Значит, смотри, какие у нас есть варианты, — с воодушевлением начала я.
— Харли, я безумно рад, что ты собралась выполнить свои обещания, которые озвучила на собеседовании. Но мне кажется, прятать тело рановато, потому что она еще жива.
— Да? — с сожалением протянула я и, едва удержавшись от того, чтобы предложить это исправить, добавила. — Это радует.
— Ага, я вижу, как ты прям светишься, — фыркнул Торн.
— Едва сдерживаюсь, чтобы не начать танцевать от счастья, — скривилась я. — Ну серьезно, что делать будем? Она же нас видела. Или эта девица из тех, кто трепетно хранит чужие секреты, — с весомой долей скепсиса протянула я.
— Вот это точно не про Айрис.
— Ясно, песец снова пришел. Хотя о чем это я… Он и не уходил никуда!
  
Глава 27
 
Сплетникам должен быть уготован отдельный котел в аду! Это факт! Многие ошибочно считают, что профессия журналиста идет рука об руку как раз со сплетнями. Но это правда только отчасти. Собирают сплетни и копаются в грязном белье только низкопробные писаки, работающие в желтых газетах о знаменитостях. Настоящие журналисты опираются на проверенные данные и уже потом делают выводы… Проблема состояла в том, что рыжая курица в своих сплетнях будет опираться на такой непреложный факт, что опровергнуть его можно будет исключительно вместе с моим разоблачением.
— Итак, ты по-прежнему считаешь, что прятать тело преждевременно? — уточнила я, глядя на тушку обморочной домашней птицы.
— Какая ты кровожадная, — прищелкнул Торн языком. — Уверен. Ты лучше не лопату точи, чтобы кого-нибудь закопать, а бороду обратно приклей. Или спрячься куда-нибудь, если не можешь.
— Бороду? — я застыла в шоке. — Но… она ведь сейчас очнется…
— Поразительная догадливость. Долго шла к такому умозаключению?
— Слушай, я ведь серьезно! — начала злиться я. — Если я сейчас нацеплю бороду, она ведь будет считать тебя… ну…
— Геем? — подсказал Торн. — И что? Это единственный адекватный выход… Или ты морально готова прекратить весь этот маскарад уже сейчас?
— Я…
Голос сорвался и договорить не получилось. Честно говоря, да, я была к этому готова. Не потому что сама дошла до этого решения и морально к нему подготовилась. Просто я не могла позволить, чтобы про Джейсона распускали сплетни. Я только надеялась, что Тимоти вычислит меня уже после того, как я признаюсь Торну в характере своей профессии.
— Да, готова, — кивнула я с уверенностью, которой совсем не испытывала.
— Почему? — он слегка склонил голову в изучающем жесте.
— Ну, ты ведь сам сказал, что молчать она не будет. А в этом случае информация о твоей якобы ориентации просочится в прессу…
Кто бы мог подумать, что я буду заботиться о том, что в газетах не написали о том, что Торн гей. Жизненная ирония не знает границ!
— Ты правда думаешь, что меня это волнует? — улыбнулся он.
— Ты же ненавидишь журналистов.
— Мою ориентацию они могут обсуждать столько, сколько им заблагорассудится, — отмахнулся Джейсон. — У тебя есть десять секунд, чтобы наклеить бороду. Она вроде дергаться начинает, — Торн перевел взгляд на полудохлую курицу, которая уже пыталась подавать признаки жизни.
Еще секунду подумав, я бросилась к элементам моей гримировки, пытаясь как можно скорее нацепить все на законное место. Не знаю, что именно мной двигало — нежелание раскрываться перед курицей, или любопытство. Скорее второе. Было интересно — Торн действительно выставит себя геем или здесь скрыт какой-то подвох и у него есть план.
 
Пока я возилась с бородой и бровями, Джейсон придумал, как реанимировать наше рыжее чудо. Теоретически, обморочных девиц можно привести в себя несколькими способами. Самый надежный — нашатырь. К сожалению, этого полезного алхимического ингредиента у нас с собой не было. Исторические романы утверждают, что также в таких ситуациях можно сжечь под носом перо. Но судьба снова была против нас, и конференц-зал не был заполнен перьевыми подушками, которые можно было раздербанить для доброго дела. Третий вариант — пощечины. Безотказный и действенный. Только немного неэтичный.
Но Торн выбрал четвертый вариант. Убедившись, что я уже загримировалась, он взял со стола бокал с водой, а потом выплеснул его на курицу.
Она сразу же взвизгнула, открыла глаза и забилась, как рыба, выброшенная на берег, подтверждая мои догадки о том, что последние секунд тридцать обморок был постановочным, и кто-то просто хотел что-то подслушать.
— Еще раз привет, Айрис, — плотоядно улыбнулся Джейсон, глядя на мокрую курицу, распластавшуюся у его ног.
— Джей-йсон… Что со мной произошло? Мне, наверное, показалось…
— Не знаю, что именно тебе показалось, Айрис, но в следующий раз, будь добра, стучи, прежде чем вламываться, иначе можешь застать не только поцелуй, а кое-что поинтереснее, — продолжал ухмыляться Торн.
Курица поднялась, но вид у нее был жалкий. Мокрые волосы слиплись, одежда съехала и уже не смотрелась так идеально, а тушь, хоть и не потекла, но склеила ресницы. Шикарно! А где подписать петицию, чтобы она всегда так ходила?
— П-поцелуй?
— Да, Айрис, поцелуй, — закатил глаза Джейсон. — Ну, знаешь, когда двое людей любят друг друга, им хочется много времени проводить вместе, а еще возникает внезапное непреодолимое желание к обмену слюной и другими телесными жидкостями. В интернете об этом подробно написано, я тебе скину ссылку.
— Джейсон! Но ты же… И он…
— Геи? — фыркнул Торн. — Ну да. И что? За это вроде на костре инквизиции уже не сжигают.
Мокрая представительница домашней птицы еще некоторое время переводила шокированный взгляд с меня на Джейсона, а потом всхлипнула, развернулась и выбежала из конференц-зала. Не то чтобы мне было ее жаль. Лично я бы ей еще и пинка отвесила. Но вот мотивы Торна оставались такой же загадкой, как Стоунхендж, Черная дыра и закон одинокого носка, который остается после стирки.
— Зачем ты это сделал? Ты ведь мог притвориться, что ничего не было. Она сама была готова в это поверить!
— Не была. Она бы все равно осталась при своем мнении, а я его только подтвердил. К тому же, ты даже представить себе не можешь, какой это подарок! — с чувством проговорил он. — Да я же теперь до конца жизни избавлен от преследований этой… этой…
— Рыжей курицы, — подсказала я.
— Ну вроде того, — фыркнул Джейсон.
— А ничего, что ее мнение о твоей якобы нестандартной ориентации сохранится только до тех пор, пока я не сниму грим?
— А это уже проблемы будущего Джейсона, — подмигнул он мне. — К тому же, от злого и страшного дракона в лице Айрис меня всегда сможешь защитить ты.
— Эй, ты ничего не перепутал? Вообще действовать полагается наоборот!
— Ничего не знаю. У кого борода на лице, тот и сражается с драконом. И как удачно, что я всегда гладко выбрит, правда?
Я взглянула на сияющее счастьем лицо Торн, примеряясь, куда бы врезать. Конечно, у любой девушки есть беспроигрышный вариант. Но бить в пах мне не хотелось. А вдруг ширинка утратит свои гипнотические действия? По лицу тоже не тянуло ударить. Слишком уж смазливое. Вот так сейчас влеплю пощечину, и вся симметрия нарушится. Непорядок! Корпус тоже отпадал — там же кубики. И дело не в том, что мне их жалко… Точнее жалко, но с ними все равно ничего не случится. Просто я уже знала, насколько у него там твердые мышцы. Да я себе кулак отобью, а ему даже щекотно не станет!
Вот же сволочь! Везде подстраховался!