Дитя Зла (СИ)

«Завид стоил и трёх таких сотен.» — постоянно твердил себе Алистер, заходя на новый круг рассуждений.
И всё же, если бы не его амбиции и гибель отряда, то он не познакомился бы с Мовиграной и не смог разобраться в тайне леса, а значит, не выполнил бы своё задание.
«Следовательно, я всё сделал правильно.» — этим доводом паладин заканчивал внутреннюю полемику и начинал по новой. Так и заснул, где–то посреди внутреннего монолога.
Позавтракав и спустившись во внутренний двор замка, паладин первым делом направился к воротам, дабы справиться о пришедших за ночь. Утренняя суета и порядок во внутреннем дворе выглядели немыслимыми, учитывая, в каком состоянии Алистер оставлял замок на исходе празднества нового тысячелетия. Покидая обитель ордена, он думал, что на восстановление прежнего уклада потребуется не менее полугода. Внутри всё было в настолько плачевном состоянии, после разгула пьяных паладинов, что у чужого человека могло сложиться впечатление, будто на замок кто–то напал и разграбил, не меньше!
Паладин прошёлся вдоль площадки для тренировки мальчишек, ‒ будущих оруженосцев, ‒ и заметил старшего паладина, облокотившегося на ограждение площадки и следящего за тренировочным поединком. Алистер подошёл к деревянной ограде и встал рядом, оперевшись на неё спиной.
— Я слышал, что ты вернулся. — начал Па́льгер, не отрывая взгляда от поединка. — Рад видеть тебя в добром здравии.
— А что, была вероятность, что я мог не вернуться? — ухмыльнулся Алистер.
— Ну, когда мы тебя отправляли, вероятность умереть здесь была выше, чем за стенами замка, гораздо выше. Но когда стали приходить первые беженцы, то мы поняли, — зная тебя, — что ты можешь встрять глубоко и наглухо.
— Ты хочешь сказать, что я мог бы остаться в замке, а на эту «прогулку» отправили бы кого–то другого?
— Конечно! — уверенно ответил Пальгер, растирая ладони. — И не просто кого–то, а человек тридцать наших и сотни две нормальных вояк из столицы, а не молокососов из гарнизона.
— Не такие уж они и молокососы. Так меня же в поход назначил сам Первый Мастер. — плохо скрывая надменность, ответил Алистер.
Старший паладин повернул к нему голову с придавленной усмешкой и поднятой правой бровью.
— Это я тебя ему рекомендовал, важный ты наш. Я же видел, что ты со дня на день сдохнешь от бухла и скуки, вот и подсуетил тебя на нехлопотное дельце.
— Дельце–то оказалось очень хлопотным, скажу тебе.
— Да, я всё хотел спросить, когда ты проснёшься: что ты там видел?
— Тебе с начала и по порядку, или сразу с самого интересного?
— Нет, ну можно и по порядку, но это лучше вечером, а сейчас…
Раздался звук упавших на землю туловищ, и Пальгер повернулся к двум сражающимся юнцам с деревянными мечами и щитами, одетые в великоватые для них гамбезоны.
— Ви́лмер, Иснуми́р! Что вы делаете?! Быстро поднялись с земли! Что вы устроили тут?
Юнцы, которым на вид лет по тринадцать, тут же расцепились и вскочили на ноги, подхватывая своё оружие.
— Мастер, он меня повалил! — заявил тот, что поменьше, указывая деревянным мечом на своего спарринг–партнёра.
— Неправда! Он сам зацепился за мой щит и потащил на себя! — тут же возразил второй.
— Иснумир, я прекрасно видел, как всё было! Если твой противник падает на землю, то ты не имеешь права наваливаться сверху и устраивать тут лежбище!
— Но мастер! — попытался возразить мальчик.
— Не оспаривается! Поднялись и работайте дальше! — жёстко пресёк дальнейшие возражения старший паладин. — И щит поднимите ближе к подбородку!
Мальчики продолжили отрабатывать приёмы. Пальгер, повернув голову к Алистеру, вернулся к прежнему разговору.
— О чём я говорил?
— Ты просил о чём–то рассказать. — Алистер нарочито беззаботно смотрел перед собой.
— А! Да. Ты мне вечером расскажешь о своём увлекательном путешествии подробно, но сейчас меня интересует другое. Мне сказали, что ты вернулся вчера днём, но к Первому Мастеру попал только вечером.
— Да, он только вечером вернулся в замок.
— Точно. Что ты ему такого наговорил? Мне сказали, что после твоего отчёта он был навеселе, если не сказать большего. Говорили, что он даже созвал к себе палма́сов и они ещё пол–ночи хохотали и заливались крепким хмелем.
 
«Конец моей репутации.» — протянул внутри себя Алистер.
— Ну и что тебя так удивило? Много ли ему поводов нужно, чтобы накидаться с палмасами–то?
— В том–то и дело, что поводов у него хоть и много, но после каждой такой попойки, он спит до обеда, если не дольше.
— А сейчас что? Он не в замке?
— Ну так вот слушай. Ночью я был в столице по делам. — Пальгер заметил косой взгляд Алистера. — Да–да, по важным делам, не смотри на меня так. Так вот, в замок я возвращался где–то с восходом солнца, может чуть позже, и в воротах пересёкся с Первым Мастером и его личной охраной. Не могу сказать, что я смог сильно разглядеть его на скакуне, — он меня и вовсе не заметил, — но в седле начальник держался ровно, даже напряжённо.
— Неужто к регенту ехал?
— Да. Я поговорил с одним из его телохранителей и тот сказал, что ночью из дворца прибыл гонец и Первый Мастер тут же подорвался.
— Может, великий князь умер? Или наоборот, выздоровел?
— Да уж вот не знаю, но видок у нашего начальника был, мягко говоря, настороженный.
— А почему ты думаешь, что это как–то связано со мной? Когда я шёл на юг, мне встречались люди, говорившие, что некоторые князья планируют восстание. Может, по этому поводу он и ехал?
— Да как бы не так, Алистер. Вчера утром, как раз–таки, по этому поводу он и встречался с Всеволодом. Они обсуждали угрозу трону со стороны восточных и юго–восточных князей.
— Княжество Ворсу́ньское снова волнуется аки бескрайнее море? — Алистер ухмыльнулся, закидывая голову.
— Какое княжество, такое и волнение. — угрюмо пробурчал Пальгер. — Радомир и вправду может доставить нам хлопот, мы только в прошлом году два раза с ним сражались в открытом поле.
— Помню, — Алистер махнул рукой, — я всё помню, ровно как и то, что в последний раз великий князь ввёл в бой только две сотни паладинов. Какую угрозу он может представлять?
— Вот и я об этом. — Пальгер щёлкнул пальцами. — Раз самая большая политическая угроза вызывает скепсис даже у простого паладина, то венценосцев она и вовсе забавляет. Тогда почему дёрнули во дворец Первого Мастера посреди ночи?
— Новая угроза? Я всё же думаю, что это как–то связано с великим князем.
— Так что ты ему такого рассказал? — заговорщицки спросил старший паладин.
— Да ничего я ему толком и не рассказывал. Сказал, что лес растёт, что дикие вооружаются, что юг охвачен разбоем и грабежом, про Тихомира рассказал.
— Ты и Тихомира видел? — удивился Пальгер.
— На дороге с ним пересёкся.
— И что он?
— На север к брату собрался. Тоже недоволен политикой регента, но ничего сделать не может, ибо уже практически лишился своего княжества.
— Хорошо. Тогда пойдём по другому пути. — Пальгер прищурил глаза. — С тобой в замок прибыла девушка. Да, мне рассказали и о ней. Кто она?
— Ой, да ну! — Алистер сморщил своё лицо. — И из–за этого ты так меня обложил?
— Ну это же женщины! — патетически ответил Пальгер, сделав загадочный жест правой рукой.
— Ничего особенного. Она мой проводник, помогла мне выбраться из леса, когда я потерял свой отряд. — Алистер резко оборвал себя, но понял, что уже поздно.
— Так ты ещё и отряд свой потерял?! — вскинув брови, Пальгер улыбнулся во весь приоткрытый рот..
— Ну да, в сражении.
— И из леса на равнину тебя вывела женщина, я всё правильно понимаю? — Пальгер слегка кивнул, сжимая губами усмешку.
 
— Да… — медленно протянул Алистер, — к чему ты клонишь?
— Клоню? Да тут все карты на руках. Ты же дурак! — пожав плечами, заявил старший паладин.
— В каком смысле?
— Что значит «в каком смысле»? Ты угробил сотню человек, заблудился в лесу и спасла тебя–заблу́жу из леса баба! Да ты не паладин, а клоун какой–то. Теперь я понимаю, почему Первый Мастер ухохатывался всю ночь.