Всегда лишь ты (СИ)
Машины в правой полосе покорно уступают дорогу служителям закона.
– 6MBW229, чёрная тойота прадо, прижмитесь к обочине, – раздаётся голосом Брукса на всю улицу.
– Чё?
– Это, похоже, нам, – хихикает Онил.
– Ну не идиот, ли? – вспыхиваю от злости. – Превышение полномочий! И почему они до сих пор его не уволили?!
– Повторяю, 6MBW229, чёрная тойота прадо, прижмитесь к обочине! – ещё раз требует этот засранец.
– Ага, щас!
Показываю ему в окно средний палец. Нарочно, воспользовавшись моментом, протискиваюсь между расползающимися машинами.
От гула сирены уже начинает болеть голова, но наши змеиные шашечки длятся ещё какое-то время. Это мои обезьянки с бубенцами хулиганят.
Рид прибавляет газу и, пока водитель на тахо тупит, перекрывает мне полосу, вынуждая свернуть на обочину.
– Козёл! – с досады бью ладонями по рулю.
– Сдавайся, Джен, – веселится Онил, глядя на Брукса, вышедшего из машины.
Поправочка. Злющего Брукса.
– Пусть только попробует опять достать свои наручники. Тресну! – угрожающе сжимаю пальцы в кулаки.
Рид подходит к моему автомобилю и открывает дверь с водительской стороны.
– Вы арестованы, – объявляет на полном серьёзе.
– И за что? – барабаню пальцами по рулевому колесу.
– За неподчинение, – гаркает, блеснув потемневшим взглядом.
Ой мамочки… Аж душно стало.
– Я не могу с вас, ребят, – прыскает в ладошку Роуз.
– Выходи, Джен. Ты поедешь со мной! – требовательно произносит Рид.
– На основании чего? Давай-ка всё обрисуй по закону! Назови мне пункт статьи, например, – не остаюсь в долгу я.
– Садись в машину.
– Нет. Пока не обоснуешь мне причину остановки! – шиплю в ответ.
– Млять. Ну ладно!
Это его «ну ладно» не сулит ничего хорошего. Аж кипит весь, я чувствую.
– Ой, Смит, любишь ты с огнём играть, – вздыхает подруга, вместе со мной наблюдая за тем, как Рид возвращается и садится в служебную машину.
– А нечего необоснованно пользоваться своим положением. И вообще…
Мою болтовню заглушает его голос в рации.
– Дженнифер Смит? ТАК тебе мои объяснения слышно? – уточняет зачем-то.
– Так слышно всему городу, идиот! – ошарашенно комментирую происходящее и параллельно грызу от волнения ногти.
– Выходи из чёртовой машины! – вещает он.
– Да щаз! – шепчу я.
– Выходи или я достану тебя оттуда силой!
– Угрозы. Ожидаемо, – бормочу себе под нос.
– Смит…
– Привееет, – активно машу людям, заглядывающим в окно.
– Ты должна поехать со мной, – разносится по всему району.
– Угу и почему же? – фыркаю насмешливо.
Забавный у нас диалог получается. Я его слышу, он меня нет.
– Я просто хочу поговорить с тобой. У нас с этими всегда были проблемы.
Сердце начинает стучать чаще.
– Это точно, – хмыкаю я.
Нет ну что устроил! Целое шоу! Все четыре полосы нас слушают.
– Ты… нужна мне, Джен.
Неотрывно смотрю на мигалки. Не моргая. Потому что в глазах стоят предатели-слёзы.
– Дай мне один чёртов шанс всё исправить.
– Джен… – Роуз посылает мне умоляющий взгляд, и я не выдерживаю.
Может и пожалею, но…
– Пересядь за руль. Я поговорю с ним и потом заеду к тебе.
Выхожу из машины и, стараясь не замечать любопытные взгляды, прикованные к моей скромной персоне, иду к нему…
*********
До Ист-Гарден добираемся молча. Правда быстро, учитывая тот факт, что Рид до последнего использует мигалки не по назначению.
– Ну слава богу ты их выключил! Голова разболелась! – высказываю недовольно, пока он паркуется у моего дома.
– И у меня. Есть колёса?
– Наверху, – вздыхаю обречённо.
– А кофе не найдётся? Мне бы взбодриться.
– А ещё что хочешь? – уточняю, вылезая из его служебки.
– Лучше тебе не знать, Дженнифер, – отзывается вымученно.
И почему мне во всём слышится эротический подтекст. Не подскажете?
Заходим в дом и поднимаемся на второй этаж. Достаю ключи и отчего-то не могу попасть в замок с первого раза.
– В чём дело?
– Не входит! – отзываюсь через плечо.
– Дай-ка мне, – забирает связку из моих трясущихся рук и уже через несколько секунд, вуаля, дверь открыта.
– Спасибо.
– Дело техники. Обращайся! А вообще, надо как следует смазать личинку.
– Поняла.
Краснею. Хорошо, что тут полутьма на лестничной площадке.
– Разувайся сразу на пороге, я только полы помыла утром!
– Я и раздеться могу, если надо, – отвечает он, захлопывая дверь. – Тесно тут в этой твоей конуре.
– Это не конура, а мой дом! – ворчу обиженно.
– Твой дом там, где я. А я на Хоуп Стрит.
И снова этот тоскующий взгляд.
– Иди пей свою таблетку, рассказывай, что хотел и до свиданья!
Вешаю сумку на крючок и прохожу на кухню. Маленькую, но вполне себе милую и уютную.
Заходит туда следом за мной. Становится у окна.
– О чём собирался говорить со мной? – вкладываю блистер ему в ладонь и набираю стакан воды.
– Спасибо.
Включаю чайник. Всё же решаю налить ему кофе. Выглядит и правда неважно. Будто давно нормально не спал.
Так и есть, Дженнифер. Ты же знаешь, сколько всего навалилось на его плечи.
– Зачем ты сегодня ходила в поликлинику?
От неожиданности роняю ложку.
Чёрт…
– Эмм. Навещали с Роуз подругу, – зачем-то лгу.
Ну не готова, наверное, сообщить ему о том, что беременна.
– Ты меня обманываешь, – его интонация выдаёт подозрение.
– Нееет.
– Я пришёл разузнать о твоём диагнозе! Тебе не отвертеться! – произносит строго.
– Что? О моём диагнозе? – нервно хихикаю, отступая назад. Потому что он надвигается прямо на меня.
Ошибкой было впустить его на свою территорию. Бооольшой ошибкой.
– Ну-ка стой, где стоишь и не подходи!
– Быстро сказала мне, зачем ходила в поликлинику.
– Брукс… – выставляю вперёд руку. Как бы разграничивая дистанцию между нами.
– Говори, Дженнифер! Фостер прямым текстом озвучила, что ты сама должна мне признаться.
– Фостер?
– Там у тебя что-то серьёзное? Что-то плохое? Пожалуйста, не молчи.
Мне становится стыдно. В его глазах плещется самая настоящая тревога. Могу только представить, что он там в своей больной головушке напридумывал.
Диагноз.
– Ладно, Брукс, я скажу.
Набираю в грудь побольше воздуха. Что ж так сложно-то?
– Ну?
– Всё серьёзно, да.
Склоняется ближе. На лице – печать озабоченности.
– Помнишь, как меня тошнило?
– Да.
– Это был далеко не единичный случай.
– Последствия отравления? – хмурит широкие брови.
– Я стала остро реагировать на запахи. Есть как слон. Не переношу запах сигарет, да и нельзя сейчас дышать дымом... И пить тоже нельзя.
Намекаю, как могу. А винтики в его голове как-то совсем не крутятся. Но оно и не мудрено, в свете последних событий.
– Дело было не в креветках, Брукс. Точнее в одной, – говорю уже тише, неотрывно наблюдая за его реакцией. – Нашей креветке уже почти три месяца.
А вот сейчас, похоже, дошло...
Резко меняется в лице.
В глазах всего за несколько секунд мелькает целый спектр эмоций. Эмоций, которые я не могу разгадать.
Впадает в ступор.
И мне вдруг становится страшно.
– Рид…
Отходит. Садится на стул. Встаёт. Принимается расхаживать по кухне туда-сюда.
– Аборт делать уже поздно... – говорю, ощущая, как по щекам льются слёзы. – Не стану делать, ясно тебе?
Останавливается.
Поднимает на меня растерянный взгляд.
– Чего? Что ты сказала?
Приближается. Зажимает меня в угол.
– Какой ещё аборт, Смит? – угрожающе прищуривается. – Спятила? Да как тебе вообще такая мысль пришла в голову?!
Пауза. А потом я начинаю плакать. Не могу больше сдерживаться.
– Джен. Эй, ну всё, – обнимает меня, зарывается носом в волосы. – Прости дурака. Я просто… в шоке. Почему ты столько молчала? Почему не призналась сразу?