Довериться Судьбе (СИ)
А чего я тут собственно сопли жую?
Мне ещё никто не предлагал остаться. Пришёл, понимаешь под покровом ночи, чёрный плащ меховой, напугал до коликов в животе, туману напустил своими признаньями, душу растревожил и смылся!
Вот где он?
Эй, медведятина, ау!
Нет его.
Блин, что за детский сад? Ведь я уже почти согласна его простить, что ему стоило остаться?
Ну и ладно, пусть тогда побегает, может ума наберётся.
Я была полностью готова, когда ко мне постучали.
— Яна, — послышалось за дверью, — пора выдвигаться.
— Иду! — крикнула я, хотя можно было спокойно ответить, всё равно бы услышали. Но человеческая привычка давала о себе знать.
Перекинула через плечо два связанных вместе узла и покинула комнату. Пока спускалась вниз, уговаривала себя не злиться заранее, если оборотни начнут надо мной смеяться. Они же ещё не видели меня в «синем цвете».
Трое крепких ребят сидели за одним столом и тихо перешёптывались: двое спиной ко мне, один лицом. И вот это лицо приняло такое умильно удивлённое выражение, что, не выдержав, я первая улыбнулась.
— Маску делала вчера, — объяснила ребятам, когда они все уставились на моё синее личико, — чтобы кожа стала нежнее и шелковистее.
Или это лозунг из рекламы про волосы? Не суть.
Надо отдать им должное, оборотни не смеялись. Совсем. Даже не улыбнулись. Скорее приняли меня за чокнутую и просто посочувствовали.
Странные они какие-то, я бы не сдержалась. Ну, прикольно же! Синяя, словно смурфик. Это они просто мультика не видели, вот и не поняли прикола.
— Пора, — сказал своё слово старший в группе, и мы все дружно кивнули в ответ.
Шли через деревню по-деловому быстро, и по сторонам не оглядывались. Они. Я то и дело отставала, приходилось догонять.
— Яна, — не выдержал самый молодой, — ты кого-то ждёшь?
Я понуро опустила взгляд. Сама понимаю глупо надеяться, только отчего-то продолжала надеяться.
— Нет. Уже нет.
После этого я не отставала и сопровождающих не отвлекала.
Примерно через полчаса мы вошли в лес и, немного углубившись, начали готовиться к обороту. Я привычно спряталась за деревом, наплевав на недоумённые взгляды, и стала снимать одежду.
Было раннее утро и редкие солнечные лучи ещё не проникали сквозь раскидистые ветви лиственных деревьев, но холода я не чувствовала. Всё-таки кровь оборотней давала о себе знать даже в человеческом обличии и награждала острым слухом и зрением, чувствительным носом и устойчивостью к погодным условиям.
— Яна, — позвал меня старший, оставаясь за деревом, — ты уже не первый раз передвигаешься с патрулём и знаешь правила.
— Да, — отозвалась я, стягивая штаны, — один направляющий, двое замыкающих и я посередине. С тропы не сходить, пасть не открывать, хвостом не вилять. — Это я пошутить так пыталась, но видимо не вышло, потому что в ответ получила лишь недовольное молчание. Пришлось быстренько извиняться — отношение с ребятами портить не хотелось. — Простите, неудачно пошутила.
— Яна, мы не на прогулку идём, — укорил меня старший, — будь добра, выполняй все правила.
— Хорошо.
Покачав головой и мысленно посетовав на несправедливость жизни, распихала одежду по узлам.
Мы остановились на ночёвку, когда я не чувствовала уже ни лап, ни хвоста. Тоскливо глядя на бодрых волков, без сил свалилась прямо там, где меня настигла радостная новость об отдыхе. Так и лежала, тяжело дыша и хрипло глотая воздух открытой пастью.
Ребята из патруля быстро сменили облик и начали готовить лежанку из еловых веток, припасённых прежним патрулём. Старший побежал осматривать окрестности.
Я прикрыла веки, чтобы не смущаться от мелькания голых тел перед глазами и ждала, пока немного приду в себя, чтобы принять человеческий облик. А мохнатые «роботы», словно и не они только что отмахали несколько десятков километров без перерыва, уже соорудили небольшой перекус.
Почуяв еле слышный аромат еды, я чуть не подавилась слюной и обрадовано облизнулась: нюх постепенно начал возвращаться. Пришлось ползти в сторону дерева, где лежали мои вещи и оборачиваться. Несмотря на усталость, есть хотелось дико.
В мою сторону ребята бросали хмурые взгляды. Я же чихала на их взгляды и, опустив очи долу, взяла свою порцию и снова ушла за дерево, чтобы не портить себе аппетит, глазея на такие же аппетитные задницы.
Главный дядька вернулся, когда я уже слизывала с пальцев солёные остатки от мясных полосок. Быстро сменив личину, он обозрел наш «раздельный» ужин и шикнул на парней. Те беспрекословно натянули штаны, и стали решать, кто будет дежурить первым.
Я благодарно улыбнулась старшему волку и пошла в сторону настила. Пора ложиться, чтобы хоть немного отойти от долгого бега.
Первый раз мне попался такой резвый патруль. С другими ребятами передвигаться по лесу было легче. Мы чаще делали остановки, и я не ощущала себя словно выжатый досуха лимон.
— К нам гости, — тихо бросил старший и повернулся в ту сторону, откуда мы пришли.
Я же застыла на полпути к вожделенной лесной постели и чуть не лишилась чувств, услышав знакомый до боли голос:
— Приветствую, Ким.
Пришёл. Он всё-таки пришёл. За мной? Блин, конечно за мной! Не за Кимом же.
Не оборачиваясь, чтобы никто не увидел сумасшедшую улыбку, против воли растянувшую мои губы, прижала ладонь к груди, пытаясь унять, бешено бьющееся сердце. Когда это не помогло, сделала несколько глубоких вздохов, параллельно утихомиривая скачущие мысли.
«Он пришёл. А вдруг снова уйдёт? Ха, да кто ж его теперь отпустит?» — И всё в таком духе.
— Здравствуй, Яна.
Услышав прямо за своей спиной тихий, но пронзивший всё моё нутро, голос, улыбаться резко расхотелось. Зато захотелось прыгнуть этому дурному оборотню на шею и разрыдаться от счастья.
Нет, это я не влюбилась, я просто сошла с ума!
С трудом подавив в себе противоестественные желания, повернулась к медведю.
— Вечер добрый, Бреннан. Что ты тут делаешь?
Оборотень легко улыбнулся и взял меня за руку:
— Единственную свою догоняю, — ответил он, сверкая очами. — Шустрая она у меня слишком.
Эти слова вышибли из меня последний воздух. Голова закружилась, и я чуть позорно не свалилась в обморок.
— Яна? — растерялся Брен, обнимая меня за плечи и не давая упасть. — Ты… не рада мне?
Да рада я, рада… Только кто ж сразу такими словами бросается? Надо сначала поздороваться, обсудить погоду, курс доллара, а уж потом…
В крепких, но бережных объятиях, было на удивление тепло и удобно. Словно его руки созданы, чтобы обнимать именно меня.
И пригревшись в этих тёплых объятиях, я приняла решение дать нам шанс. А что? Сколько можно бегать? Пора уже взглянуть правде в глаза, что нас тянет друг к другу, и попробовать вести себя как взрослые. Да, мы почти не знакомы, но у нас впереди столько времени, чтобы сблизиться.
Я глубоко вздохнула и, отстранившись, смело взглянула в тревожные глаза:
— Я…
И только собиралась сказать ему что-то хорошее, случилось нечто такое, что никто не ожидал. Прямо за моей спиной вспыхнул яркий свет, ослепивший Брена и стоявших неподалёку оборотней. Что-то бумкнуло, потом лопнуло, хрустнуло и меня начало утягивать назад.
Я беспомощно хватала пальцами воздух, пытаясь дотянуться до своего мужчины, но тщетно. Таинственный «пылесос» работал исправно, и я быстро удалялась от медведя.
Наконец, оборотни отмерли и кинулись ко мне. Бреннан бежал впереди всех, но было поздно, меня уже затягивало в холодную белую дымку.
Глава 21
Попав в белую дымку, я вмиг продрогла до самых косточек, не спасала даже выносливость оборотней. Чтобы согреться, обхватила себя за плечи, но и это мало помогло. Наконец, поняла, что стою на месте, и ничего меня больше не утягивает. Собравшись с силами, сделала шаг вперёд и… увидела солнце.
— Дева Небесная… где это я?
Там, откуда меня забрали, была глубокая ночь, здесь день в самом разгаре.