Семья. Измена. Развод (СИ)

— Он плакал. Просился гулять. Я сдалась. Температуры нет же. Мы буквально на десять минут вышли. Марк водички захотел, я пошла налить, вернулась, а его нет.
— А охранник?
— И охранника тоже нет, Даш.
Выпрямляюсь, и рассеянно смотрю вокруг себя. Паника накатывает волнами.
— Дарья, проходите.
Слышу голос врача, смотрю на нее и делаю шаг назад. Мотаю головой, крепко прижимая к груди сумку.
— Извините, мне нужно идти, — стискиваю в пальцах телефон. — Нужно… Мам, — теперь уже в трубку говорю, — я уже еду.
Выбегаю на парковку, где меня ждет водитель.
— Домой, — сдуваю со лба волосы, как только оказываюсь в машине — Быстрее!
— Все в порядке?
— Нет. Не в порядке. Мне нужно домой, срочно.
Снова хватаюсь за телефон, хочу позвонить Мише. Но что-то меня останавливает. Зависаю.
Кто мог это сделать? Марк не мог уйти сам. Еще и охранника нет. Это Миша? Нет, или…
Папа? Он мог? Он правда мог выкрасть внука? Получается, мама с ним заодно?
Это я виновата. Во всем виновата я!
Вытираю слезы и замечаю, что водитель с кем-то говорит по телефону. И как только он прекращает разговор, мне звонит Миша.
  
Глава 15
 
— Что случилось?
Слышу в трубке голос мужа, но ответить ничего не могу. Язык будто к небу прилип. Единственно, на что хватает сил, это не расплакаться. Хоть слезы и душат.
— Даш, — Миша нервничает. Злится. Слышу это прекрасно, но все равно не могу и слова произнести.
Делаю глубокий вдох. В легкие будто стекла набилось.
— Не кричи, — сдавливаю пальцами переносицу. — Марк пропал. Мама только что позвонила.
— Еду.
Князев бросает трубку, а я только сейчас замечаю, что водитель уже выехал за город. Снова стараюсь дышать, через глубокие, размеренные вдохи.
Все будет хорошо. Будет! Убеждаю себя, но ни черта в это не верю.
Мой маленький мальчик. Как же так?
Низ живота тянет. Морщусь еще и от этой боли, но игнорирую ее.
Как только заезжаем во двор, выбегаю из машины. Мама сидит на кухне. Вся бледная. Ее трясёт, меня тоже. Сразу нападаю. Во мне столько злости и отчаяния, что контролировать эмоции попросту невозможно.
— Зачем? Зачем ты вообще повела его на улицу? — кричу на нее, но легче не становится.
Мама понуро смотрит в пол, всхлипывает. Именно в этот момент понимаю, что перегибаю палку.
— Я папе уже позвонила, — шепчет, — он едет сюда
— Миша тоже, — выпаливаю отрывисто и наливаю себе воды. Руки дрожат.
Князев влетает в дом, минут через пять. Взмыленный, в расстёгнутом пиджаке, без галстука. Если бы я его не знала, подумала что он просто зол. Но нет, у него в глазах плещется паника, полное отражение моей.
Зажимаю рот ладонью. Почему-то до появления Миши я держалась, и слезы не проронила, но, как только его увидела, сразу заревела.
Стараюсь успокоиться, но слезы все текут и текут.
Миша подходит ко мне, резко притягивает к своей груди. Трогает мои волосы, лицо что-то спрашивает, но я вижу лишь шевеления его губ. Голоса не слышу. Будто оглохла.
— Даш! — легонько встряхивает, и я начинаю медленно приходить в себе. — Его уже ищут, — заверяет твердо. — Все будет хорошо.
Часто киваю.
Когда появляется папа, Миша бросает на него гневный взгляд. Отец во всем этом бедламе чувств, выглядит максимально спокойным. Сосредоточенным.
— Ты совсем дура? — почти с порога наезжает на мать. — Все мозги прожрала со своими пирогами! А ты? — переводит взгляд на меня. — Не мать, а кукушка! Как тебе вообще ребенка можно было доверить? Так и знал. Так и знал!
— Рот закройте.
Испуганно смотрю на Мишу, пока он припечатывает взглядом моего отца.
— Полегче на поворотах, Юрий Николаевич.
— А я не прав, хочешь сказать? Эти бабы, ребенка потеряли. Идиотки безмозглые. Если с моим внуком что-нибудь случится, вы обе у меня до конца жизнь будете жалеть, что вообще на свет появились.
Миша полностью игнорирует папу. Тянет меня за руку в ванную.
— Умойся, — сам открывает кран и подталкивает меня к раковине. — И не слушай его. Все на нервах сейчас.
 
— Это он? — смотрю на мужа. — Он?
— Не знаю. Не похоже.
Князев прикрывает глаза и давит пальцами на виски. Агрессивно растирает лицо.
Наблюдаю за ним в зеркало, пока пытаюсь умыться. Убираю потекшую тушь под глазами, мочу ладони и провожу ими по волосам.
Мише кто-то звонит. Он отвечает молниеносно. Слушает. Кивает.
— Что там?
— Нашли машину Димы.
Дима — это наш охранник.
— Где?
— В двадцати километрах. Засветился под камерами один раз. И на этом все.
— Это он увез Марка?
Миша что-то открывает на телефоне и показывает мне. Это видео с домашних камер наблюдения во дворе.
Вот мама заходит в дом, вот Дима подходит к Марку, что-то ему говорит, и он идет за ним. Сам. Они садятся в машину и скрываются за воротами.
Все это буквально за две минуты. Когда мама выходит на улицу со стаканом воды в руках, ни Марка, ни охранника уже нет.
Издаю какой-то страшный звук. То ли писк, то ли вой. Разницы никакой.
Голова начинает кружиться, потому что в нее лезет такое, что раньше вообразить было практически невозможно.
— Мы его найдем.
Чувствую Мишино прикосновение. Он положил ладонь мне между лопаток.
— Его уже ищут. Полиция, мои люди. Также мы пытаемся выяснить, кому вообще понадобилось красть Марка.
— А папа?
— Его тоже проверяют.
Киваю, вытираю руки полотенцем. И, наверное, впервые в жизни чувствую поддержку от человека, стоящего рядом со мной.
— Спасибо, — проговариваю шепотом.
Миша не реагирует, лишь когда выходим из ванной, так же тихо, как и я, произносит:
— Марк и мой сын тоже.
Знаю. Конечно, я это знаю. Как и то, что Миша тоже, сильно переживает.
— Если хоть волос. Ты меня понял! — папа кричит в трубку, а потом бросает телефон на пол. Он всегда был вспыльчивым, импульсивным. Не на людях кончено.
— Что там? — спрашивает Миша и давит на мои плечи, вынуждая присесть на диван. Подчиняюсь.
— Нет у него свободных людей, видите ли, — отец рвет и мечет.
Кому он звонил, я так и не понимаю.
Валяющийся на полу отцовский телефон взрывается от мелодии звонка. Папа отвечает. Матерится и выходит за дверь с громким хлопком. Мама бежит следом. Слышно как отъезжает машина.
— Что нам делать, Миш? — устало смотрю на мужа.
В голове вакуум. Я разбита и полностью потеряна. Меня все еще трясет. Перед глазами то и дело скачут темные пятна.
— Давай сами его поищем? Поехали. Вдруг все не так. Вдруг он где-то прячется? Дома. Точно, мы сегодня поссорились. Он обиделся. Может быть, прячется на чердаке. Да.
Абсолютно уверенная в своей правоте иду на второй этаж, а оттуда поднимаюсь на чердак. Заглядываю в каждый угол, но Марка там нет.
Спускаюсь обратно и слышу Мишин голос.
— …да, в синем спортивном костюме. Пять лет. Когда? Где?
— Что там? Что?
Вырываю у Князева на телефон и ставлю на громкую.
— Сорок минут назад. Авария. Тебе нужно подъехать посмотреть.
Мир в ту же секунды превращается в густую, осязаемую тьму. Я проваливаюсь в нее с какой-то невероятной скоростью.
Что все это значит? Мой мальчик…
Резко распахиваю глаза от раздражающего запаха — это нашатырь, вперемешку с Мишиными духами. Чувствую тошноту, вытягиваю руку вперед и упираюсь Князеву в плечи.
— Отойди. Отойди, пожалуйста, — бормочу еле связно.
Если он не отойдет, меня точно вырвет.
Миша делает, как прошу. Между нами появляется дистанция.
Замечаю, как он надевает кожаную куртку вместо пиджака, убирает телефон в карман. Собирается уйти? Сейчас? Хочет оставить меня одну в такой момент?
— Ты куда?
— Нужно посмотреть, Даш.
— Это правда, да? Они нашли Марка и…
— Еще ничего не ясно. Останься дома, как будут новости, я сразу тебе позвоню.
— Нет. Я не останусь. Нет. С тобой поеду, — резко поднимаюсь на ноги. В голову ударяет едкая боль, колени подкашиваются, и я падаю обратно на диван.