Эффект пешки. Книга первая. Долгая дорога домой (СИ)

Александр подошёл к старичку и поинтересовался:
— Уважаемый, не подскажешь, как нам Фефилова Дмитрия Владимировича[ВС1] найти?
Дедок пыхнул в сторону нежданных гостей перегаром, а после трясущейся рукой молча указал на входную дверь. Опера перекинулись многозначительными взглядами, а после проследовали в здание, а наш герой принялся самым подробным образом изучать старика пьяницу:
— Проводи нас, Старый, — вежливо попросил Максимилиан, — чего мы тут плутать бесцельно будем?
Старик нехотя отставил метелку и двинулся следом за операми. Конечной точкой маршрута стала дверь возле кабинета Директора. Дворник указал на дверь кабинета и собрался было сбежать, вот только, Максимилиан ловко подсек эту рыбку на крючок:
— Уважаемый побудь здесь, возможно твои услуги нам еще понадобятся.
Дедок отошёл шагов на пять и потупил взор старался смотреть куда-то в сторону думая о своем.
— Ну и какой план, Шерлок? — Гриня и его напарник с интересом наблюдали за начинающим “Экстрасенсом”.
— Нет плана, — честно признался Макс, — Мне нужно поглядеть на его реакции, моторику и физиогномические особенности. Вам придется пообщаться с ним как у вас заведено. И еще при общение делайте упор на такой момент, что девочка скорее всего уже мертва. И поговорите о ситуации в коридоре, выбейте его из привычной зоны комфорта. И по возможности говорите громче, не орите, но чтоб я вас слышал вон с того места.
Макс указал место у окошка шагах в пяти с таким прицелом, чтоб видеть оперов директора и дворника нервно поглядывающего на дверь высокого начальника. Важный разговор много времени не занял. На всю беседу ушло минут десять. Саня и Гриня, как было оговорено, мирно побеседовали на различные вариации пребывания пропавшей бедняжки в школе, а после Григорий бесцеремонно заявил, что девочка скорее всего: “Того”. И вот на этом месте произошёл сбой, директор второго лицея по-настоящему загрустил. Эту эмоцию Макс не мог спутать, слишком часто он наблюдал ее у завсегдатаев шестерки. На ряду с грустью и скорбью на лице крестного бедняжки появилось и облегчение. И этот набор эмоций ввел в тупик нашего героя. Учитель натаскал Макса словно опасного пса. Наш герой мог запросто видеть многое, он мог по одним глазам вычислить социопата в плотной толпе, но работать с самыми простыми повседневными человеческими эмоциями он был не готов.
Помимо реакции директора удивила и реакция датого дворника. После слов о кончине девочки, глаза старика наполнились влагой. Не сильно, на характерный блеск проявился. Дворник собрался было подойти к директору, видимо хотел поддержать того, но вальяжный мужчина, заметив нерадивого сотрудника живо того отчитал:
— Фарид[ВС2], ты чего здесь делаешь? У тебя, я погляжу, работы совсем нет?
Бедолага Фарид живо сбился с мысли поддержать морально начальника и совершенно не интересуясь мнением Максимилиана поспешил скрыться из виду.
Беседа, на которую так сильно рассчитывал Максимилиан прошла в пустую. Крестный девочки искренне переживал ее пропажу и вместе с тем испытывал какое-то облегчение, словно она знала что-то нехорошее, постыдное, что серьезный мужчина — директор лицея старался всячески утаить. С дворником вообще все ясно, сочувствует начальнику, напился, девочку жалко. Эта дорожка вела в никуда.
— Ну и чего расскажешь? — живо поинтересовался Александр уже сидя в машине.
— Да хрен его поймешь, — скептически оценил набор новой информации Макс, — вроде, сожалеет, а вместе с тем и радуется. Хотя при Филатовой у него были совершенно другие мысли.
— Слушай Максим, ты ведь на самом деле не экстрасенс? — впервые за все время Александр обратился по имени, — там с числами был какой-то трюк.
— Разумеется, нет, просто я вижу то, чего не видят другие, а иногда читаю мысли.
Дальше наша детективная команда отправилась в гости к однокласснику пропавшей девочки, Андрею Свирину. Андрюша пухлый нервический паренёк лет четырнадцати, рассказал, как и при каких обстоятельствах нашел этот самый телефон. Присутствие матери на таких допросах всегда было строго обязательным, а по сему давить на пацана опытные опера не стали. Да в этом не было и смысла, парнишка и в самом деле нашел этот телефон практически в снегу, когда девочке звонила мать. Дело происходило на заднем дворе лицея, на небольшой парковке за спортзалом.
 
Следующим местом посещения оказалась именно та площадка. Максимилиан провозился с ней часа три, он нашел примерное место, где лежал телефон и с этого самого места внимательно оглядел округу. Одной своей стороной огромная коробка спортзала упиралась в небольшую аллею. Небольшая посадка из дубов и берез практически вплотную примыкала к зданию, Другой угол спортзала украшала небольшая тропинка, уходящая на парадную сторону лицея именно к тем воротам, где стоял Пассат Александра. Метрах в пятидесяти за спиной начиналась длинная улица в рядок, заставленная жилыми домами частного сектора. И самое обидное было в том, что огромные окна спортзала выходящие в сторону площадки находились слишком высоко. Еще одной надеждой Максима были курильщики, которые в этот угол частенько заглядывали. Вот только проверить всю школу было слегка самонадеянно. Дети не социопаты каждому из них есть, что скрывать. И уж тем более никто из них не захочет признаваться в том, что курит, это чревато. Нет, Максимилиан, конечно, разберется с ребятишками, вот только на работу с каждым уйдет уймища времени, а его как раз и нету.
Закончился первый рабочий день нашего героя в новом амплуа часиков в семь. Гриня и Саня вернулись в полицейский участок. Отчитались перед Сергеевной. Закончили необходимые дела. А Макс так и сидел в кабинете Грини размышляя над полученной информацией. Какая-то часть всей этой истории не давала ему покоя, а самое противное его собственное подсознание шутило над ним злую шутку. С времен обучения у Максимилиана обнаружилась одна незавидная особенность. Уникальная черта. Когда он не мог справиться с какой-нибудь очень трудной аналитической задачкой собственное подсознание ставило перед ним определенную цель. Эта цель могла быть какой угодно, починить розетку, вычистить до блеска зубной щеткой камеру в которой он обитал, выучить на зубок сутры Корана, ну или томик стихов Бродского. В общем обратная сторона нашего героя могла в любой момент подкинуть какую-либо забавную задачку. Самое обидное, что и над этой задачкой нужно было поломать голову, если угадать задание не удавалось подсознание подкидывало ответ во сне и что сейчас нужно было этой сволочи Максим не знал.
— На сегодня можешь быть свободен, — милостиво произнес Гриня, — дорогу к дому помнишь, или тебя проводить?
— Куда ты меня провожать собрался? Если ты забыл, ключи от двери остались лежать на кухонном столе, — не довольно напомнил угрюмый Макс, — на вокзал пойду. К Любашке в рюмочную.
— Ну давай я тебя подброшу, предложил Александр, — мне все равно в ту сторону.
Всю дальнейшую часть вечера Макс провел в глубоких раздумьях, сидя в рюмочной он раз за разом прогонял в памяти картину сегодняшних бесед и допросов препарируя каждую эмоцию допрошенных. Макс на столько погрузился в свои мысли, что совершенно не заметил, как пролетело время. Последние клиенты, слегка пошатываясь покинули заведение через черный ход. Люба закрыла вход со стороны зала ожидания оделась и пригласила любовника на выход. Предстояла вечерняя прогулка по морозному городу, вот только на этот раз Макс был одет как подобается. 
Мужчина и женщина неспеша прогуливались по заметенному холодному городу, морозное небо озарили мириады звезд, а скудность городского освещения играли этой идиллической картине на руку. Единственным неприятным моментом был сильный мороз, который неприятно щипал лицо. Любаша поплотней прижалась к Максу взяв того под руку прикрыла личико рукавичкой и уверенно повела мужчину в сторону дома на душе этой женщины было хорошо и тепло. Зато на душе у нашего юноши скреблись кошки. Ребус ему не давался. И почти всю дорогу домой он молчал, правда, молчал он и позже, в отличии от Любаши, та заливалась соловьем рассказывая разные не очень интересные вещи. По приходу домой был приятный ужин, душ и сон. Сегодня барышня изрядно утомилась на рабочем месте и свою законную сказку на ночь требовать не стала. К тому моменту, когда Макс выбрался из душа Любаша спала без задних ног что-то сопя и улыбаясь во сне.