Теург (СИ)

  
Глава 19
 
Взбудораженный потрясениями прошедшего дня, мозг отказывался отключаться. Тщетно пытаясь хоть чуть-чуть поспать, я ворочалась, вздыхала, голова раскалывалась от боли, а тело бросало то в холод, то в жар.
Беспокойным и мучительным сном я забылась лишь незадолго до рассвета. Обрывки последних событий мелькали перед мысленным взором, кружась то в водовороте осенней листвы, то в неспокойных волнах Аустмарра.
Я бежала по камням, которые сыпались градом с небес, падала в пропасть, не в силах кричать, хваталась за уступы и пыталась выбраться, раня руки об острые выступы скал, снова срывалась и уносилась в водоворот событий и незнакомых мне лиц. Облегченно выдыхала, чувствуя на себе сильные руки Теурга, видела перед собой его губы и тянулась к ним, но не могла дотянуться. Его темные глаза заглядывали мне прямо в душу, потом окрашивались в янтарный цвет и хищно подмигивали. Я пыталась позвать его по имени, но не могла вымолвить не звука.
В круговороте этого кошмара я слышала утробный смех каменного исполина, который огромными горстями сыпал на меня драгоценные камни, как в диадеме. Они засыпали меня по пояс, потом по грудь и поднимались все выше, рассыпались искрящейся пылью. Каменное крошево застилало глаза, попадало в рот, я почувствовала, что задыхаюсь и отчаянно закричала.
Подскочив на кровати, я глубоко вдохнула, схватившись руками за горло. Сердце бешено колотилось, а волосы прилипли ко лбу.
Распахнув окно, захлебнулась свежим воздухом и попыталась успокоиться. В отличие от Агвида, я не тешила себя никакими надеждами. Теург прав. Против нас восстали силы, с которыми мы бороться не сможем. Да и нужно ли? Меня принесут в жертву, а он… Он будет жить дальше, даже если и не полюбит, но женится, заведет детей. Со временем эти события станут нежелательными воспоминаниями и сотрутся у него из памяти. Теург достаточно жесток и не столь сентиментален, чтобы всю жизнь горевать и биться головой о стену. Возможно, они даже просчитались со своим наказанием. Так чего тянуть?
Я оглянулась в поисках диадемы, но ее нигде не было. Увлекшись поисками, залезла под стол, пошарила рукой под креслами и кроватью. За этим занятием меня и застал Теург.
— Чего потеряла? Не думаю, что Яра отдаст ее тебе, — бросил он, усаживаясь на край кровати.
Уставший, с синяками под глазами, но все равно неимоверно красивый и притягательный, сильный, но одновременно такой беззащитный в своем горе.
С трудом подавив желание броситься ему на шею, приласкать и утешить, я присела рядом и взяла его ладони в свои.
— Фел, ты возвращаешься к отцу, — не глядя на меня проговорил он.
— Что?
— Я отправил гонца к Лауффу.
— Он пришлет тебе его голову, — зная характер отца, я не ожидала ничего другого.
— Лауфф довольно давно ожидает моих условий, я просто тянул… Из-за тебя, — голос его дрогнул, а ладони сжали мои пальцы.
— Какой смысл, Теург?
— Не знаю! — воскликнул он, и глаза его заблестели. — Возможно, смысл в том, чтобы ты оказалась подальше от меня, кто знает, может это сработает? Возможно, Агвид был прав, и мы еще сможем поискать какое-то решение!
— Где он?
— Ушел. И я не буду в обиде, если он не захочет ввязываться в это дело, для него здесь нет никакого интереса.
Неправда! По глазам вижу, что он не верит в то, что говорит. Брат никогда не бросал его в беде, и сейчас не бросит. Но тешить себя или меня какими бы то ни было иллюзиями сейчас самое последнее дело.
Ладонями я развернула к себе его лицо и заглянула в глаза. Не похоже, чтобы он сдался. Что он надумал? Спрячет меня, а сам полезет на верную смерть?
— Я не поеду, Теург.
— Фел, не дури! — он отнял мои руки от лица, сжав запястья. — Я отвезу тебя лично и сдам с рук на руки Лауффу! И твоего согласия мне не требуется! Я — король, поняла? Подчинись!
— Ты спятил?! — я ахнула. — Ты собрался заявиться к нему лично? Да тебе жить надоело? Теург, поверь мне, пожалуйста! Он не станет даже слушать тебя, а просто прикажет убить, как только ты ступишь на его землю!
 
Теург усмехнулся:
— Милая, ты ничего не смыслишь ни в стратегии, ни в государственных делах. Не считай своего отца идиотом. Я возвращаю тебя не просто так, а на условиях. Но в отличие от первоначального плана, на условиях обоюдовыгодных. Поэтому он будет говорить со мной, и я даже уверен, что мы поладим. Поверь, мне гораздо сложнее будет утрясти вопросы по этому поводу со своими людьми, нежели с ним.
— Блеск! Я уже представляю этот разговор: «Король Лауфф! Заберите, пожалуйста, обратно вашу непутевую дочку, пока она у меня всю посуду не перебила. И я еще щедро приплачу, чтобы вы вдруг не передумали!» — я сглотнула набежавшие слезы. — И да, передай Агвиду, это самое блистательное фиаско в его жизни!
Уперевшись локтями в колени, Теург с улыбкой смотрел на меня:
— Ты уверена, что не умеешь оборачиваться? Иногда мне кажется, что такая зубастая особа больше подходит ему, нежели мне.
После отчаяния и слез на меня медленно накатывала знакомая злоба.
— А Верховному Пантеону кажется, что я больше подхожу каменному исполину! Не иначе, чтобы зубы об него обломать. Почему? Почему они не учитывают его мнение по этому поводу, объясни мне? Я не нужна ему, он пытается избавиться от меня, но они настойчиво требуют исполнения этого решения!
— Нууу, возможно он тоже в чем-то провинился, и его пытаются наказать… Фел!!!
— Ах так?! — я повалила Теурга на кровать и, забравшись на него сверху, пригвоздила подушкой. — Ты с самого первого дня моего пребывания здесь только и твердишь о моей никчемности! Ты тоже считаешь меня наказанием?
— А то нет?! — ухмыляясь, Теург выбрался из-под подушки. — Причем и в прямом и переносном смысле!
— Ах ты! Выходит, судьи Пантеона ошибаются, и я вовсе не являюсь… ммм… как он там сказал? — Изобразив вытянутую морду козла, я поправила воображаемые очки на носу, — объектом исполнительного судопроизводства! Ты просто не любишь меня, а значит, и волноваться не о чем!
Теург ловко вывернулся и, подхватив за плечи, опрокинул меня на кровать. Зарылся лицом на груди:
— Люблю… — шепотом выдохнул он.
Словно ножом по сердцу прошелся. Дикая волна всепоглощающего отчаяния прокатилась по телу, обожгла внутренности и схлынула, оставив после себя пустоту. Шутим, смеемся от безысходности, в реальности же меня душили невыплаканные слезы.
Безмолвно всхлипнув, обвила его руками. Каждой клеточкой своего тела я ощущала его чувства, считывала их со струн его сердца и тонула в океане его любви. Невероятно, как я не заметила этого раньше? Затягиваемая в торнадо противоречивых эмоций, моя душа взывала к действию:
— Я никуда не поеду!
Теург медленно поднялся, опираясь на руки:
— Не начинай, вопрос закрыт!
— Пусть! Пусть меня отдадут этому Кретту! Я сделаю его жизнь невыносимой, и он тоже вернет меня с доплатой! В таком случае решение будет считаться исполненным?
Вскочив на ноги, Теург метнул на меня яростный взгляд. Все, шутки кончились. Я прекрасно его понимала, в отличие от меня он живет с этим знанием уже несколько дней и измотан до предела. Предвосхищая неизбежную схватку, я приготовилась к обороне.
— Ты подчинишься, поняла? А если нет, я свяжу тебя веревками и отправлю через море с мешком на голове! Почему ты не позволяешь мне хоть что-нибудь исправить? Это моя вина и мое проклятье, я не хочу, чтобы ты страдала!
— Страдала? Ты полагаешь, я не буду страдать в разлуке с тобой? Да лучше убей меня сразу!
— Собирайся! — приказал, не терпя возражений. — Мы выходим, как только драккары будут на месте.
Ну, нееееет! Подскочив с кровати, я оказалась рядом и, обхватив руками его шею, опасно приблизилась к губам.
— Мы ведь не расстанемся просто так, Теург, верно? — прошептала я, потеревшись о его губы. Мне сейчас было абсолютно плевать, что будет дальше со мной и с моей жизнью, но я не собиралась отпускать своего мужчину в неизвестность, не изведав хоть раз, каково это — быть с ним, чувствовать его, принадлежать ему. А потом… к дьяволу! Или к Кретту, мне все равно, но он не будет первым!