Теург (СИ)

— Фел, ты даже не представляешь, как это забавно — наблюдать то, что я сейчас вижу, — на его губах играла порочная улыбка. — Как мне нравится это наблюдать! Твои затуманенные страстью глаза, этот пунцовый румянец на щеках, к поцелуям зовущие губы, которые ты так страстно закусываешь. Все это твое возбуждение вкупе с наивной невинностью, которое ты совсем не умеешь выплеснуть.
— Теург!
— Тише! Не бойся! Я ничего тебе не сделаю. Просто чуть-чуть поучу…
Он снова накрыл мои губы поцелуем, сквозь жесткую кожу брюк бедром ощутила его восставшую плоть. От этого открытия кровь ударила в голову, я вспомнила его в ванной и задохнулась от нахлынувшего желания. Повинуясь зову плоти, скользнула руками по его животу, спустилась ниже, царапнула пальцами по грубой натянутой ткани, но испугавшись своих же эмоций, одернула руку.
С пониманием хмыкнув, он легким жестом ослабил ремень на брюках:
— Ну же, смелее… — он вернул мою руку на прежний маршрут. Жгучее желание, любопытство, я уже не могла бороться ни с тем, ни с другим. Повинуясь его жесту, ощутила под пальцами горячую, жесткую, пульсирующую мужскую плоть. Теург издал хрипловатый стон, от которого по телу побежали мурашки, я захлебнулась воздухом, ощущая низом живота дикие животные позывы.
Не успела осознать, когда его рука оказалась у меня под платьем, а лишь почувствовала обжигающие прикосновения на внутренней поверхности бедра. Теплые пальцы Теурга медленно и нежно поглаживали нежную кожу, поднимаясь все выше и выше. Прикусив губу, напряглась. К таким ласкам я была не готова!
— Расслабься, — шепнул он, — я оставлю тебе твою невинность, по крайней мере пока… Верь мне, Фел, или вели остановиться.
Остановиться, это значит обречь себя на бессонную ночь, ломоту в суставах и волчий вой внизу живота. Это я уже понимала. Голова гудела и не соображала, а тело просто жило своей жизнью, отказываясь подчиняться мне, моему разуму, оно реагировало только на ласки Теурга, пульсировало, горело, плавилось.
Сделав правильные выводы, он продолжил свой натиск. Вжав в диван, он уверенным жестом раздвинул мои бедра, коснувшись пальцами средоточия женского естества. Я дернулась, но он прижал меня своим телом, заставив повиноваться.
— Милая, да ты давно созрела, осталось лишь сорвать этот сочный плод, — хищно улыбнулся он.
Смысла его слов я уже не понимала. Много дней копившаяся страсть заполнила собой всю меня до краев и требовала немедленного выхода. А ведь он планомерно подводил меня к этому моменту уже довольно долго, соблазняя и дразня, распаляя своим видом, своими поцелуями, заставляя страдать по ночам, вцепившись зубами в подушку. От осознания, какой он негодяй, я почему-то распалялась еще сильнее, до боли кусая губы.
Свободной рукой Теург расправился со шнуровкой на рубашке, высвобождая мою грудь. Со знанием дела, чувственно и умело он доводил меня до крайней точки возбуждения, а я полностью и с готовностью отдавалась в его власть, наслаждаясь новым, доселе не виданным ощущением.
Подернутыми дымкой глазами, я смотрела на его лицо, упиваясь не столько плотскими удовольствием, сколько осознанием того, что это делает со мной именно он, столь желанный и обожаемый мною мужчина. Надавив пальцами на известные ему, но не мне чувствительные точки, он впился губами в мою грудь, а я провалилась в сияющую бездну. Огорошенная водопадом новых эмоций, я едва успела закрыть ладонью рот, чтобы не закричать, в последний момент вспомнив, что за стеллажами спит старик.
— Тссссс. Вот так. Теперь тебе легче будет смотреть на меня. Чего не скажешь обо мне, ну да ладно… — Теург нежно прижимал меня к груди, пока меня била крупная дрожь.
В дверь библиотеки постучали. Вовремя, ничего не скажешь.
— Хозяин, госпожа Яра приехала, — колокольчиком зазвенел голосок Марты.
Глаза Теурга засияли. Он поцеловал меня и поднялся, поправляя одежду. Оглядев себя, несколько раз прошелся от окна к двери, пару раз присел.
— Сейчас бы в море окунуться в самый раз, — подмигнул он мне. — Я оставлю тебя, Фел, уж извини. Посиди, почитай. Придешь, если позову, — бросил он уже на ходу.
 
Еще не оправившись от испытанных эмоций, я, тем не менее, быстро вскочила следом. Ничего себе! Почитай. Как же! И что же это за госпожа, что нашего монстра просто ветром сдуло? Любопытство настолько распирало меня, что я просто не могла усидеть на месте. Быстро поправив одежду, я рванула к лестнице, ведущей вниз в гостиную, и замерла, спрятавшись за гардинами.
  
Глава 9
 
Изящная, невероятной красоты девушка с длинными черными волосами изумила меня своим видом. Я с любопытством вперилась в нее глазами хотя бы потому, что никогда не видела, чтобы женщина носила штаны!
Яркая изящная рубашка и кожаные узкие брюки на ремнях подчеркивали изящество ее фигурки, высокие сапоги из черной кожи добавляли длины и так бесконечным ногам. Она бросилась в объятия Теурга, едва войдя в дверь.
— Теу! Солнце мое, как же я скучала! Она обхватила его лицо руками и жадно расцеловала в обе щеки.
Теу? Такого я не ожидала. Кто же она такая, что может позволить себе обращаться к нему подобным образом? Сестра? Жена? Не слышала о наличии таковых.
Расцепив крепкие объятия, Теург взял ее руки в свои и поцеловал ладони.
Сердце пропустило глухой удар и затормозило, живот предательски свело, в висках застучало. Та-ак. Я вовсе не хочу этого видеть! Ведь невооруженным взглядом видно, как он любит эту женщину. Я что, ревную? «Ну а чего ты хотела? И что тут удивительного? Ты чужая в его жизни. А вот она — своя», — противно подсказал внутренний голос.
— Как холодно стало, ты видел? Того и гляди снег пойдет! — стрекотала девица, стряхивая с плеч плащ из шкуры белого волка. Теург сам принял у нее плащ и, не сводя с нее какого-то преданно собачьего взгляда, усадил за стол.
— Почему тебя так долго не было? Ты не присылала даже вестей! — проговорил он укоризненно.
— Зато я все о тебе знаю. Теу, я сразу к делу. Зачем ты связался с Лауффом? Вернее, не так, зачем сейчас? Мы же собирались сначала заключить договор с конунгами северных земель. Ты ведь понимаешь, что этого твоего набега, а я именно так это и назову — набег, Лауфф тебе не спустит?
— Я отдаю отчет своим действиям, мама! Ему понадобится время, чтобы выступить против меня, мне хватит этого с лихвой!
Мама?! Я ухватилась за гардину, чтобы не упасть. Мама??!! Постаралась как следует разглядеть Яру. Действительно, такой же черный холодный взгляд из-под длинной густой челки, смуглая кожа. Но, святые старцы, эта женщина не может быть старше его! По крайней мере настолько, чтобы быть его матерью! Невозможно!
— Я не собираюсь тебя ни учить не спорить, что сделано, то сделано. И сделано красиво, — она улыбнулась и подмигнула Теургу. — Но это и меня касается, и я буду настаивать, чтобы впредь ты хотя бы ставил меня в известность!
Дверь распахнулась, впустив порыв холодного ветра. Стряхивая с плаща редкие снежинки, в дом вошел Агвид.
— Яра! Какой сюрприз! А я все думал, когда ты уже появишься? — Агвид сбросил плащ на пол и подскочил к Яре, целуя ее в щеку. — Привет!
— Для тебя сюрпризов не бывает, — улыбнулась Яра. — Ты давным — давно меня учуял. Итак, прекрасно, что вы оба здесь. А теперь выкладывайте, — Яра уселась за стол, окинув братьев выжидательным взглядом.
— Давайте сначала поужинаем, я голодный, как волк, — Агвид сделал страшные глаза и нацелился рвануть в кухню. — Теург, ты со мной?
— Отличная идея! — Теург потер ладони, кивнув Яре, — Пошли? Марта сегодня приготовила что-то восхитительное, с кухни так вкусно пахло!
— А ну сели за стол! Оба! — Яра грохнула кулаком по столешнице так, что увесистый серебряный подсвечник подскочил на полметра и загремел по каменному полу.
Мужчины замерли на полушаге, переглянулись и молча уселись напротив Яры, словно нашкодившие щенки.
Я просто замерла от восхищения. Вот это женщина! Тихая зависть смешивалась во мне с чувством возрастающего уважения к Яре. Как она их! Так вот как укрощают королей! Это какую же она имеет над ними власть? Вспомнились слова старика: «Железная хватка у девки», ну точно же!