Корпоратка. Искушения Мередит Стаут (СИ)

— Рози, как я выгляжу?
Вопрос вызвал у нее смущение и замешательство.
— Э… Не так, как обычно, мисс Стаут.
— Наконец-то кто-то это сказал напрямую.
Она погладила Рози по плечу и прошла в кабинет. Там, первым делом, скинула бронекорсаж и китель, оставшись в одной блузке. Ее тоже расстегнула. Включила веб-камеру и уже толком себя осмотрела.
В этот раз ты отчебучила не по-детски, бабуля. Уверена, что такое тебе по масти?
Ничего, все быстро привыкнут. Телефонный парень прав. Мне многое позволено. Я и сама не до конца понимала, насколько многое.
Она давно представляла себе разговоры челяди с нижних этажей, что они думают и о чем тихонько судачат, пока она не слышит. С утра, небось, по офису оповещение идет:
— Сука приехала, на подходе, прием.
— Понял — принял, конец связи.
А теперь поводов для разговоров только прибавится.
— Сука приехала, приближается, да еще и сиськи себе сделала. Выглядит как полная блядища, прием.
— Да я уж и сам вижу. Небось, генеральному в DCполетит сосать, прием.
Мередит, крутясь в кресле, злорадно смеялась своим мыслям.
Не обижайтесь, ребята. Просто я сижу здесь, а вы — там.
В середине дня, когда Мередит уже запарилась читать отчеты от подразделений, в то время, как одним глазом приходилось еще и мониторить делооборот, чтобы понимать, чем там вообще корпорация занимается, ей вдруг позвонила Бланшетт.
— Аманда, я забыла поздравить тебя с назначением. Поздравляю!
После голосования совета акционеров, как Мередит и ожидала, Аманда Бланшетт получила предложение стать директором регионального отделения в Найт-Сити. Такие предложения отклонить нельзя, ты уже слишком высоко, остаться на месте не получится, отсюда — только вверх или вниз.
— Спасибо, Мередит, — голос Аманды прозвучал обеспокоенно. — Но я тебе звоню по другому поводу. У нас акция протеста перед КПП. Политические активисты.
Сердце Мередит волнительно встрепенулось. Волнительно, и с предвкушением.
— Эти комми что ли? От Александрии Даллас?
— И она сама там, во главе.
— Ну, ты знаешь, моя ставка — на тебя. Я уверена, ты растопчешь там весь этот плебс.
— Мередит… Я… — голос Аманды звучал неуверенно. Она будто боялась. Или, даже, просила. Мередит знала, о чем.
— Да расслабься, подруга. Я пошутила. Понимаю осторожность, тебе не хочется начинать в новой должности с драки в грязи с уличными фриками. Да даже если бы ты пошла, я бы тебя все равно остановила. Даллас — моя вендетта. Не благодари, я сейчас пойду, и изнасилую ее, а ты посмотришь.
Мередит бросила телефон, сразу же закурила. От предвкушения кололо сердце. Она даже не докурила. Бросила едва начатую сигарету в пепельницу и набрала Тайрону.
— Мадам?
— Снайперов на крышу. И боевиков в штатском по улицам расставь, пусть в машинах сидят. Раннеров всех к бою. Я сейчас спущусь решать вопрос с этими либерахами.
— Понятно.
Мередит включила зеркало в стене, проверила, безупречно ли она выглядит. Поразмыслив, она решила не надевать бронежилет. Это было нарушением. Но так она добудет больше очков и сильнее унизит эту Даллас. Выйти с открытым забралом — это у публики котируется.
Она спустилась на директорском лифте. Внизу, на первом, атмосфера дышала суматохой. В глазах темнело от обилия черной униформы оперативников, подходили новые отряды.
Они батальон прислали что ли? Мне не нужны войска, чтобы разделаться с горсткой красножопых. Я одна их всех разложу.
Группа во главе с Тайроном сразу последовала за ней. Все с автоматами, в полной боевой экипировке.
Едва двери офиса распахнулись перед ней, звук улицы ударил ей в уши. Рев толпы. Сотня, или две человек собралось перед КПП. Караул чувствовал себя весьма неуютно.
— Киллертех! Пошел нахуй из Найт-Сити!
— КИЛЛЕРТЕХ! КИЛЛЕРТЕХ! КИЛЛЕРТЕХ!
— Убийцы детей! Убийцы матерей!
Мередит спрятала ухмылку.
Кричалки красных — это вообще номер. Может показаться поразительным, как им удается зацепить столько народу. Но, на самом деле, ничего удивительного. Масса имеет интеллект гумуса, картошки. Юмор комми им вполне заходит. Просто, плоско, безвкусно, позорно. Это анекдот не только без панчлайна, но и без сетапа. Так же, как и их философия. Остроумие, красноречие, элементарная логика — об этих вещах им вообще не известно.
 
Впрочем, нет. О логике они знают, потому что она — их серьезный враг.
Во главе толпы, как и сказала Бланшетт, стояла сама Александрия Даллас. На этот раз обошлось без демонстраций с голыми сиськами, обыкновенный безвкусный крикливый митинг. Однако, толпа фотографов и уличных журналистов была на месте — предупредили, собрали заранее. Тут стоял и 54-й канал, и WNS. Мередит это не беспокоило.
Александрия Даллас, конечно, уже заметила ее. Они с Мередит смотрели друг другу в лицо.
— Вы только посмотрите, кто явился к нам! Сама Мередит Стаут! — Александрия объявляла это в мегафон, заводя толпу.
Эта тупая пизда молода, сексуальна, энергична, носит эту одежду простаков — леггинсы и майку оверсайз, чтобы показаться «своей» народу. Но она абсолютно не шарит в том, что делает человека политиком.
Не Венера, молодая и привлекательная, решает настоящие дела.
Юнона делает это. Зрелая, могущественная женщина.
Мередит поднесли мегафон.
— Мисс Даллас. Как насчет побеседовать? Давайте подойдем поближе и перестанем кричать?
Перестать кричать — это страшная пытка для либерала. Но Мередит не сомневалась, Александрия не откажется от дуэли.
Мередит сделала первый шаг, вышла за ограду через раму детектора, и показала своим людям не следовать за ней. Она прошла пять шагов по ничьей земле, и остановилась. Такое поведение было серьезнейшим вызовом Александрии. Она уже не могла отказаться, и вышла из толпы под овации и аплодисменты.
— Что случилось, мисс Даллас?
— На ваш вкус, мисс Стаут, пожалуй, ничего особенного. Массовые убийства, войны, которые идут теперь еще и прямо здесь, в Найт-Сити. Продолжать?
Мередит незаметно оглядела толпу: все стояли с телефонами. Будет целая гора записей в соцсетях. Но, уж если решила биться, подумала она, то бейся насмерть. К тому же у меня больше сиськи.
Она нахмурила брови:
— Ну… допустим. А что случилось-то?
Такого ответа они не ожидали. Даже толпа как-то охолонула.
— Вы признаете себя виновной? — тут же спросила Александрия.
— В том, что даю американцам работу? Не вызывайте адвоката, виновна.
— ВАША РАБОТА УБИВАЕТ ЛЮДЕЙ!
Толпа снова попыталась загомонить, но Александрия показала, что не надо. Она хотела сама подуэлиться с Мередит. Она тоже вошла в азарт.
— Оставим, на мгновение, то, то вы делаете в других странах, Стаут. Меня больше интересует то, что ваша корпорация вытворяет в Найт-Сити. В Джапан-Тауне идет бандитская война. Легион Красного Хрома атакует Тигриных Когтей. И уж вам об этом прекрасно известно. Хромеры под черной дланью Милитеха.
Мередит развела руками, и повела бровями: это все, что ты приготовила?
— Александрия. Давайте сразу условимся: без душных прогонов про нацизм. Хромеры? Вы пытаетесь притянуть их ко мне? Где, по-вашему, я зиговала? Где водила хороводы в форме нацистского креста? Да, черт возьми, сами ваши убеждения устарели лет на сто. Вам прекрасно известна моя религия.
— Известна, — сказала Александрия, привлекая к себе объективы камер. — Америка. Единая и неделимая. Влажные мечты об империи.
— Эдди, — ответила ей Мередит, и, как перед слабым противником, в снисхождении чуть наклонила голову. — Большие, и все — мои.
— Воу! — послышалось из толпы. Народ зашевелился. Все тянулись телефонами в руках заснять Мередит.
— И не надо думать, что вы чем-то от меня отличаетесь! — добавила она уже громче, в зародыше задавив негодование толпы. — Ведь, вся ваша красная идеология строится на том, чтобы забрать то, что есть у меня, и… Что дальше? А дальше — никому не отдавать то, что забрали. Красиво придумано.