Хозяйка усадьбы, или Графиня поневоле (СИ)

– А что рассказывать, – Василий поднёс к моим губам кружку с водой. – Если бы не Теодор, то я бы сам прыгнул в источник. Не один по твою душу прибыл Филимон Ильич, а с поддержкой магов. Да только вот, когда ты его толкнула в колодец, я этого не видел, но Прокоп всё рассказал, как только понял, в какую грязь вляпался. Сети спали с Теодора и Вениамина, так как их пленил именно Филимон, собственной магией. Он понимал, что до поры до времени все должны быть живы, чтобы ты не впала в истерику и не наломала дров.
– Но ты наломала, – вклинился Теодор. – Я практически высвободился из его пут, да только они неожиданно пропали сами. Именно в тот момент, как ты толкнула мерзавца в колодец. Он потерял над собой контроль, и я легко сбросил сетку. Веня побежал освобождать Василия. Маги расслабились, и Вениамина уже не удалось так легко захватить. Все трое, мыча, болтались, словно куколки бабочек на ветках.
 – Ты прыгнул за мной? Я видела белую точку, а потом дракона…
– Нет, я пробился сквозь магическую толщу, докричался до тебя, – он улыбнулся. – Дальше только твоя воля к жизни и сильные руки Василия.
– Я слышала, что ты говорил про тьму и ожидание.
– Да, ты подарила мне вторую жизнь, захватив из-за грани. Настоящий Теодор ушёл там и тогда, вслед за хозяйкой. Ты заняла её место, а я его. Когда-то в другой жизни я и правда был драконом, сильным, могущественным, передо мной склоняли колени народы… Но что ворошить прошлое. Главное, что сейчас я жив и счастлив.
Василий смотрел то на меня, то на Теодора.
– Ты всё знаешь?
Его пальцы сжали мои.
– Да, Теодору пришлось рассказать правду, но ты не бойся, от меня никто и слова не услышит, – Василий поглаживал мою ладонь.
– Перед входом цветы распустились, – шепнул Тео. – Поправишься, сама увидишь, какая красота. Веник все эти дни выращивал, поливал, одним словом, места себе не находил и пытался себя чем-то занять.
– А что с Прокопом? Как вы пояснили пропажу Филимона?
– А вот Прокоп и пояснял. Теодор его так запугал своим видом, что служка был согласен на всё, лишь бы остаться в живых и не пойти под суд. Оказывается, Филимон Ильич пренебрёг наставлениями Прокопа и, решив силой взять Ольгу Ивановну в жёны, забыл, что источник магии живой и на всё имеет своё мнение. Взметнулись вверх голубые всполохи и уволокли наглеца, покусившегося на невинную женщину, вглубь вод, – рассказал Василий.
– А маги, что были с ним?
– Им пришлось денег заплатить и магическую клятву взять. Молчать они будут. На самом деле они не видели, что случилось у источника. Пусть их хоть запроверяют.
– Зачем тогда деньги и клятва? – удивлённо прошептала я.
– Так надёжнее, – Теодор вздохнул. – Прокоп утром же уехал в дальнюю деревню к родственникам, написав прошение об отставке.
– Тоже денег получил от тебя?
– Нет, Оленька, благодарил, что живым отпускаю, – подмигнул Теодор. – Мужичка, что доставил тебе записку, мы поймали. Он клялся, что делал доброе дело, и даже к источнику сам вызвался идти. Мол, невиновен, и всё. Маг уверил его, что записка любовная и вы в курсе… А лыбился подозрительно, потому что надеялся на прощение с твоей стороны и получение работы в имении. Пришлось отпустить восвояси, так как источник не отреагировал, значит, мужик не лгал.
– За эти дни доставили световой артефакт, так что сейчас никто посторонний не может проникнуть на территорию усадьбы. Работы по восстановлению не велись, нечего шуметь, – продолжил рассказывать новости Василий. – Через неделю прибудет свадебное платье из Орсо. Матушка моя ещё та модница, обещала подобрать несколько нарядов.
– Что? Зачем? – всё же три дня без сознания нелегко дались, плохо ещё соображала, а вот Василий тут же упал на колени.
– Ольга Ивановна, будьте моей женой, и в горе, и в радости.
Я медленно подняла руку, провела ею по небритой мужской щеке и тихо прошептала:
– Буду.
– Будет, – он посмотрел на Теодора и поцеловал мне запястье.
Через неделю
– Теодор, страшновато. Ты уверен, что стоит вести детей к источнику? – я прижимала Сашеньку к груди, позади меня образовалась очередь из желающих проверить своего малыша. Мамаш пятьдесят, если не больше, прибыли к нам со всей округи.
 
– Госпожа, не стоит переживать, это совершенно безобидная церемония, – улыбнулся старец, что на днях приехал к нам в имение на службу вместо Прокопа. Звали его Иван Георгиевич. — При мне ни с одним ребёнком ничего не случилось.
– Хорошо, раз даёте гарантию, – я сделала несмелый шаг вперёд и ахнула. Зал совершенно изменился.
Мраморные белоснежные стены были усыпаны такого же цвета бутонами неизвестных мне цветов, возле источника откуда-то появился планальный столик с высокими бортиками из того же камня, устланный льняной тканью.
– Вот именно сюда нужно положить или посадить ребёнка, – пояснил служка, что я и сделала. – А теперь отойдите.
Стоило мне убрать руки от малыша, как тут же из колодца поднялись пять разноцветных шариков и закружили над Сашенькой. Сперва голубой шар опустился на грудь младенца, а за ним и туманно-белый. Оставшиеся три уплыли обратно в колодец.
– Поздравляю, мамочка, ваш сын маг, причём сильный, раз сразу две стихии приняли его.
– Какой он маг? – я подняла Сашу и поцеловала.
– Воды и магических потоков, – пояснил Иван Георгиевич. – Зовите следующих.
– Спасибо, как у вас закончится приём, приходите к нам обедать, будем очень рады, – я позвала служку за свой стол.
Он улыбнулся и заверил, что обязательно будет. Стряпня Луи нравилась всем.
– Сильный маг, – не переставая улыбаться, произнесла я, передавая Сашу няне. – Коля, идём со мной, – я взяла внука Дорофеи за руку.
– Барыня, вы что, он уже большой, – на глазах женщины появились слёзы.
– Ничего и не большой. Девяти лет нет, проверим.
– Спасибо, – донеслось нам вослед. А через две минуты я уже поздравляла счастливую бабулю с тем, что её внук пусть и слабый, но маг земли.
– Всегда найдёт работу, да, Веня? Коля подрастёт, обучишь премудростям? – мы счастливой семьёй отошли в сторонку, не мешая следующим заходить в часовню.
– Да, – деревце важно кивнуло.
Анастасию проверять не пришлось, оказывается, её в младенчестве уже носили к источнику. Она была слабым магом магических потоков.
– Ольга Ивановна, – где-то через час в дверь кабинета постучалась фрау Марта. – Там свадебные платья привезли.
Последние дни Марта была сама не своя. Не такая, как обычно. Задумчивая, и голос не повышала.
– Марта, вы здоровы? Я вас не узнаю, – поинтересовалась, поднимаясь из-за стола.
– Здорова, – она подняла взгляд. – Я бы хотела отпроситься у вас на сегодняшний вечер, если можно.
– Можно, вы хотите уехать в город?
– Да, – она присела и вышла.
– Теодор, это уже третий раз за неделю. Может, она болеет, но почему-то стесняется подойти к нашему доктору? – спросила у зверя, который был в курсе всех новостей усадьбы.
– Да, Оленька, похоже, первый раз в жизни заболела, – подтвердил тот. – Сердце у неё болит. А болезнь любовью называется.
– Да ты что? – моя рука замерла на дверной ручке. – И кто же тот счастливчик?
– Помните лавочника, что дракона нам продал? Так вот на том вечере ему помогал брат, который, увидев Марту, пригласил ту на танцы. Алёнка рассказывала на кухне. Вот и вспыхнула искра.
– Так, значит, скоро на свадьбе погуляем. Нужно будет подарки подготовить. И дом, наверное.
– Дом у него есть. А вот подарки и правда нужно готовить. Ты же сгоряча наобещала на празднике. Так целых пять пар после фейерверков объявили, что готовы хоть завтра под венец.
– Не ворчи! Обещала, значит будут. Я тебя просила составить списки детей и смету постройки небольшой школы в деревне. Сделал?
– Константин Силович обещал сегодня вечером всё принести. Идём платья примерять. Служанки говорят, что судья сам не свой третий день.
– Про свадьбу узнал? – догадалась я.