Хозяйка усадьбы, или Графиня поневоле (СИ)

– Господа, не стоит переходить на личности, – со своего места поднялся Алексей Аркадьевич. – Нам просто несказанно повезло, что сегодня за этим столом присутствует хранитель магического источника. С его позволения и по моей судейской воле мы прямо на месте и выясним прелюбопытные обстоятельства, кто вор, а кто похабник. Ольга Ивановна, вы и ваши слуги согласны подвергнуться магическому допросу?
Я перевела испуганный взгляд на Тео. Тот быстро моргнул, чем успокоил меня.
– Властям мы всегда готовы угодить, тем более если будет официальная бумага, – Прокоп вскочил со своего места и достал из потайного кармана большие железные ключи.
– Согласны, – уверенность вернулась в мой голос.
– А вы, господин Федейцев, согласны ли подтвердить свои слова перед магическим источником? – из речи судьи пропал елей, осталась лишь сталь. Не прост этот господин, ох, как не прост. Теперь я верю крестьянам, что они делились с ним частью прибыли.
– Пощадите, господин судья! – взвыл помещик, падая на колени. – Тень оборотня попутала! Не хотел, мало что помню! Я не буду обвинять Луи и Константина, пусть с богом уходят, только не подвергайте ужасной пытке! – крупные слёзы катились по пухлым щекам.
Его реакция ввела меня в ступор. На что я согласилась? Тео мысленно пообещал пояснить позже.
Глава 19. Стресс, сад, Тео
После пережитого стресса мне до боли в сердце захотелось подышать свежим воздухом, чтобы прийти в себя.
Незаметно выскользнуть, когда по дому бегают слуги, не получилось, поэтому я просто прошипела Константину, чтобы никто не смел меня беспокоить, и направилась к двери, ведущей в сад.
– Мама, – сзади послышалось шелестение листиков.
Я, еле сдерживая слёзы, подхватила Вениамина на руки и выбежала в сад.
Не помню, как долго бежала по ухоженным тропинкам, но в какой-то момент сползла под раскидистое дерево на землю.
Слёзы лились в три ручья, очень хотелось обратно домой, на любимую Землю, в маленький городок, в уютную квартирку, на кухню к мамочке.
– Оля, Оленька, что произошло? Кто обидел? – словно из воздуха совсем бесшумно рядом возник Теодор.
– Никто и все, Тео, – я уткнулась в густую шерсть и поняла, что поднимаюсь в воздухе: обеспокоенный Веня соорудил кресло из зеленых листьев. – Пойми, Тео, это не я, не моя жизнь. Всё вокруг чужое, не только люди, но и время. Возможно, другие легко принимают чужую жизнь, но я не могу. Тео, Теодорчик, – я упала перед фамильяром на колени. – Скажи, раз источник магии настолько силён, возможно ли с помощью него переместиться обратно в мой мир? Не одной, а с сыном? А может, хозяйка леса знает, как это сделать?
– Оля, успокойся, – Теодор вздохнул. – Да, я знаю, что источник один раз в жизни, в твой День Рождения… не именно в твой, – поправился он, – а того, кто пришёл к нему…
Теодор замолчал и положил голову мне на плечо.
– Не томи, Тео, договаривай, – моя рука гладила чёрную шерсть.
– Источник может один раз в жизни выполнить заветное желание. Но только ты уверена, что когда придёшь к источнику, то заветным желанием окажется именно то, что ты попросишь?
Я непонимающе на него посмотрела.
– Всей душой желаю попасть домой, в свой мир. Магия прекрасна, но тут всё чужое. Столько всего случилось за короткий промежуток времени, – из груди вырвался вздох. – А сегодня? Толпа незнакомцев что-то требует, все хотят что-то для себя. А ведь я даже не имею права всем этим распоряжаться. Рискну. Через два месяца и рискну, загадаю желание.
– А если источник тебя не услышит? Такое тоже может быть, Оля, – Теодор посмотрел в мои глаза.
– Почему нет очереди из желающих возле источника? – вытерев слезы, поинтересовалась у Тео.
– Во-первых, хранители источника без прямого приказа сверху никого не пускают к нему, а во-вторых, то, что я тебе сказал, давно утерянные знания, – ответил тот.
– Спасибо, что поделился, – я была благодарна зверю. Он мог сказать, что не знает способа вернуться.
– Только нужно будет подготовиться. Золота побольше взять, – задумчиво продолжил зверь. – Тебе придётся забыть о своих родных, они уже простились с тобой, сама понимаешь.
 
– Понимаю и принимаю, – грустно вздохнула. – А как ты без меня? Не пропадёшь?
– Нет, не пропаду. Приму один раз и навсегда вид собаки и отправлюсь с тобой.
– Тео, но на Земле нет магии! – воскликнула я. – Ты проживёшь короткую собачью жизнь. Так нельзя. Нужно передать тебя кому-нибудь или сделать свободным. Это возможно?
– Нет, не возможно, – Тео ткнулся мокрым носом мне в ладонь.
– Возможно! – уверенно произнесла я. – У тебя тоже есть День твоего Рождения! Ты пойдешь и пожелаешь стать свободным зверем. И тогда у нас всё получится! А если не получится, то я продам имение, куплю небольшой домик, и заживём тихо впятером: я, Саша, ты, Настя и Веня.
– Посмотрим, – прошептал Теодор. – А пока нужно и правда усилить охрану. И лучше оборотнями, которые даже за ворота никого не пустят, не то что в дом. Дороговато будет, но пока угроза в лице твоего родственника не отступит – придётся.
– Скажи, а чего так испугался сосед? Почему я согласилась на проверку, а он нет?
Я постепенно успокаивалась, тёплый ветер гулял в волосах, птички пели над головой весёлые песни, настроение само собой улучшалось.
– Потому что когда ты приносишь клятву перед источником говорить правду и только правду, а потом врёшь, то ты можешь выйти оттуда покалеченным: магия не прощает с собой шуток. А можешь и совсем не выйти. Думаю, что Федейцев до такой степени испугался, что решил признаться сразу и во всём.
– Получается, что он полностью выплатит заработанные Константином и Луи деньги? Но почему Федейцев сразу не подумал об источнике перед тем, как бросаться обвинениями?
– Ольга, я точно не знаю, но подозреваю, что у него были неплохие отношения с судьёй и уверенность в том, что Колокольников поддержит его, а не крестьян. А тут ты.
– А что я? – мои пальцы перебирали листочки, на которых я сидела.
– А ты богата, Ольга Ивановна, и при источнике, а ещё вдова. С тобой намного интереснее дело иметь, чем с разорившимся помещиком Федейцевым.
– Я рада, что они наконец убрались восвояси, – произнесла, поднимаясь с зелёного кресла. — А что будет с Федейцевым?
– Ничего не будет. Или думаешь, что судья до такой степени радеет за крестьян, что кинется судить гада? Нет, возьмёт с него золотом и отпустит.
– Охраной займёмся завтра с утра. Спасибо, Венечка, за такое мягкое кресло.
Деревце подросло в размерах и поцеловало мне руку.
– Что бы я без вас делала, – улыбаясь, поцеловала листик в ответ.
– Да ещё бы в том доме всё и закончилось, – ответил Тео. – Маг сильный, а если с артефактами, то и хозяйка надолго не удержит.
– Всё, хватит тоску нагонять. Тео, а не прогуляться ли нам с коляской к реке? Развеяться?
– Пойдём. Только тебя ещё дела дожидаются, Оленька, – мягко ответил Тео.
– Вот и проверим Константина. А остаток сегодняшнего дня я сыну посвящу.
Прогулка удалась на славу… ну почти. Никто, конечно, без слуг меня не отпустил, Константин на пару с ключницей настояли на присутствии двух слуг-мужчин и девушки, которые бы помогали устроиться на берегу, несли кресла.
Я даже не стала говорить о том, что хочу  просто посидеть и отдохнуть на песке, разложив одеяло, чтобы не выслушивать про этикет и леди.
Вздохнув, согласилась и на корзину от Луи, набитую всякими вкусностями. Так мы и выдвинулись маленьким отрядом. Дети радостно носились по берегу, время от времени забегая в воду. Гувернантка, словно коршун, ходила в нескольких метрах и постоянно одёргивала расшалившихся детей.
Мы же с нянюшкой Саши устроились в тени под тентом, услужливо натянутым слугами.
Ребенок мирно посапывал то у меня на руках, то в новенькой коляске, что мы привезли из Лисграда. Оказывается, и коляска была с вкраплениями магии: ей не страшные были ни бездорожье, так как она могла чуть-чуть приподниматься над землёй, ни снег с дождём — совершенно незаметный магический купол защищал от непогоды.