Хозяйка усадьбы, или Графиня поневоле (СИ)

– Любой умеет, госпожа, – ближайший ко мне вытер рукавом кровь с лица, на его глазу расплывался синяк.
–  Садись на козлы, – приказала я. – А ты, – я ткнула второму мужчине пальцем в грудь. – Найди лекаря, и очень быстро! Приведешь в усадьбу, скажешь, что барыня заплатит. И не дай Бог тебя не окажется в усадьбе через час, – я посмотрела на уменьшившееся растение. Оно же вытянуло веточку и, очень красиво превратив её в лассо, сжало вокруг мужской талии, с силой затягивая петлю.
– Я всё понял, понял! Сделаю! – он бросился куда-то в лес.
Может, за этим лесом городок или деревня? Заглянув в карету и удостоверившись, что все целы и здоровы, вернулась к преступникам.
Мне самой пришлось сесть на козлы, рядом с разбойником. За нашими спинами на крыше устроилось маленькое деревце, назвавшее меня мамой. С ним мне было не страшно.
Понятно, что в другой ситуации нужно было поймать всех преступников, связать и сдать властям, но не в этот раз. Сейчас главное – Гаврила и дети, которых нужно доставить в безопасное место.
Только бы усадьба была цела.
Глава 14. Экскурсовод 
– Госпожа, мы приехали, – произнёс присмиревший разбойник, косясь на растение.
– Куда приехали? – я вертела головой и не понимала. Вокруг был лес.
– Посмотрите туда, – его рука махнула вправо. – Отсюда начинаются ваши владения.
И только после того, как мужчина указал, я увидела поросший зелёными лианами невысокий каменный забор или ограду.
– А где сам дом, усадьба? – я спустилась на землю и внимательно осмотрела въезд. Куда ни кинь взгляд, запустение, или, по-другому сказать, природа без пригляда взяла власть в свои зелёные руки и засадила всё на своё усмотрение.
– Это сколько же лет тут не было моих родных? – пробормотала себе под нос, но разбойник услышал и неожиданно ответил:
– Больше десяти, хозяйка.
– Придётся тебе всё же довести нас до усадьбы, и вот когда приедет лекарь, тогда и поговорим…
– Госпожа, не гневайтесь, не убивайте, отпустите, у меня дети голодные, – застонал он.
– А о моих детях вы думали, когда останавливали карету?
– А вы о моих думали? – неожиданно оскалился тот. – Уехали и бросили усадьбу, не подумав о крепостных.
– Я тут впервые…
– Хорошо, не вы, а ваши родители, барыня. Они чем думали, обрекая наши семьи на голодное существование? Да, мы грабим, но никого не убиваем. Или вы думаете, если остановить карету и попросить по-хорошему, нам дадут денег и еды? – в его глазах появились злые слёзы. – Всегда отпускаем с миром.
– Хорошо, вот об этом и поговорим, как только я осмотрю усадьбу, – мне удалось, не без помощи растения, вновь сесть на козлы. – Поехали.
– Посмотрите, во что превратились аллеи прекрасного сада, – проворчал разбойник, стоило нам въехать за ворота, которых не было.
– Это сад? Больше похож на лес. Мы уже минут пять едем, а он всё не кончается.
– Да, теперь сюда забредают дикие звери. Медведей не было, а вот кабаны и косули, бывает, заходят. Барыня, разве вам матушка не рассказывала, какие тут угодья? – он с подозрением покосился на меня. – А справа за воротами ваши леса с грибами, ягодами и диким зверьём.
– Не показывала, не успела, нет её больше, – тихо пробормотала. – А документы я предъявлю кому нужно будет.
Ещё минут десять мы ехали молча, поворачивая то направо, то налево. Ничего себе масштабы у усадьбы. Я себе представляла маленький каменный дом, окружённый садом. А тут…
Наконец запущенный сад закончился и появился небольшой домик.
– Тут должен жить сторож с семьёй, – я не просила, но осмелевший разбойник сам решил провести экскурсию. – Макар с женой, служил наймом, жилистый мужик.
– А ну, стой! – дверь, ведущая в дом, распахнулась, оттуда вышел высокий подтянутый мужчина лет пятидесяти, за его спиной показалась маленького роста женщина с какой-то палкой в руках.
– Макар?! – не поверив своим глазам, воскликнул разбойник. – Но как? Ты же лет пять назад уехал из усадьбы лучшей доли искать.
 
– Пафнутий, ты? – сторож сделал несколько шагов вперёд, рукой останавливая женщину, которая собиралась пойти за ним. – Вернулся, пришлось, – произнёс тот и замолчал.
– Давно вернулся? Чем живёшь, что ешь? – разбойник хотел ещё что-то спросить, но замолчал. Тонкая веточка легла ему на плечи.
– Макар, добрый день. Я дочь хозяев усадьбы. Мне тоже по многим обстоятельствам пришлось вернуться туда, где я никогда не была, – я вновь сошла на землю. – Через час подходите к главному зданию, нужно будет поговорить.
– Барыня Ольга Ивановна? – женщина всё же выглянула из-за спины мужчины. – Я вас видела младенцем…
– Весна, помолчи, – сторож подошёл ко мне. – Госпожа, вы не обижайтесь, но покажите документы, что вы Ольга Ивановна.
– Правильно себя ведёте, Макар, – улыбнувшись, протянула подтверждающие бумаги.
– Извините, но так положено, – он поклонился.
– Это вы извините. Я не знала, что тут так всё плохо. Мама умерла, а отец… Приходите через час.
На душе было противно. Не так я представляла себе приезд сюда, совсем не так. Максимум, что было в моих фантазиях, так это пыль на мебели, покрытой белыми простынями.
Да только в доме, похоже, не только мебели не будет…
– А это гостевой дом, – от мыслей меня вновь отвлёк Пафнутий.
– Гостевой? – не удалось скрыть удивления: перед нами стоял приличный каменный дом в два этажа. Судя по окнам, в нём было не менее восьми комнат. – Даже страшно подумать, как выглядит хозяйский дом, – я переживала за размеры, а Пафнутий решил, что за сохранность.
– Хозяйский дом почти в порядке. Да, нужен небольшой ремонт, сами понимаете, сколько лет он пустовал. Крыша в нескольких местах прохудилась, на третьем этаже комнаты топит, когда ливни. Стены пожелтели, но первый и второй этаж в порядке. Хотя на первом, барыня, очень грязно.
– Почему грязно? Мебель хоть какая-то осталась?
– Грязно, потому что войско императорское останавливалось, лет семь назад, лошадей держали прямо в доме. Никакого почтения к чужой собственности. Столько стульев переломали. Мы тогда ещё немного присматривали за усадьбой, в надежде, что хозяева вернутся. А мебель, да, осталась. Что-то мы брали себе в уплату за присмотр. Столовое серебро, тарелки, в общем, почти всю столовую утварь забрали. Серафима, ключница, ругалась, но кто её будет слушать.
– Понятно, почти всё вынесли. Что осталось-то?
– Вот тут фонтан, – не ответил мужчина.
Фонтан? Я посмотрела направо. Насколько же были или сейчас богаты родители Ольги? Это не фонтан, а целый комплекс фонтанов, со статуями в полный рост. И, само собой, они не работали.
– Так что насчёт мебели? Мне будет где спать, или разворачивать лошадей до гостиницы?
– Серафима в несколько комнат не пустила, до последнего отстаивала и отстояла. Спать есть где. А вот тут склады, за ними частный птичий двор со всем постройками, дальше конюшни и псарня.
– И псарня, – повторила за мужчиной и потянулась погладить листочки, лежащие на моих плечах. Вот почему я подумала, что раз усадьба, то маленькая и аккуратная? Да тут целый город поместится.
– Часовня ближе к дому, – продолжил экскурсовод, управляя лошадьми.
Мы ещё раз повернули, и я увидела красивое трёхэтажное здание. Оно чем-то напомнило старый дворец пионеров, что давно переименовали. Вот именно в доме какого-то графа и разместили детишек в далёком революционном году.
– Красивое, – прошептала я. – А это что за дом? Для прислуги?
Мы проезжали небольшой одноэтажный дом, соединённый с основным зданием длинным переходом.
– Кухня, – ответил мужчина.
– Кухня? Целый дом – это кухня? Да, с размахом живём. А где же слуги жили?
– В доме, где же ещё. Для конюхов, охотников, ловчего и псарей дом построен отдельно, недалеко от конюшни и псарни. Вы ещё и половины не видели. За барской усадьбой раскинулся фруктовый сад.