Хозяйка усадьбы, или Графиня поневоле (СИ)

Я перевела взгляд на мирно сопящего малыша. Он как-то незаметно успокоился и заснул.
Доктор посмотрел на Филимона, будто спрашивая у того разрешения.
– Говорите, но только быстро, – имперский дознаватель зыркнул глазами на женщину. – Вуаль поднимите. И если вы графиню побеспокоили напрасно, то… – похоже, он не нашёлся, какую кару в случае обмана применит.
– Меня зовут Марта Шульц, и я являюсь гувернанткой вот этой юной леди, – она одной рукой, словно фокусник из шляпы, вывела из-за своей спины белокурую девочку лет восьми-десяти. Знакомьтесь, Анастасия Варшавская.
И тут по закону жанра повисла гнетущая тишина. Я – понятно почему молчала, в этом сне мне была отведена странная роль роженицы, потерявшей память. Но вот почему замерли доктор и дознаватель? И фамилия у девочки, кажется, такая же, как героини, чью роль я играю. Варшавская. Что, сейчас она объявит, что это моя потерянная дочь?
– К чему вы клоните? – Филимон Ильич переводил злой взгляд с Марты на девочку и обратно.
– А я и не клоню, прямо говорю, что Анастасия – дочь почившего князя Варшавского. У меня и бумаги на то имеются, господин, – женщина в чёрном запустила руку в широкую юбку, похоже, где-то там находился скрытый карман.
– Покажите ваши доказательства! – Филимон резко подался вперёд.
Девочка вздрогнула от приказного тона мужчины и, прижавшись к гувернантке, испуганно посмотрела на меня.
– Нет. Я вас не знаю и бумаги вам отдавать не намерена. Я приехала к госпоже Ольге Ивановне, ей и покажу документы об отцовстве, если она потребует, – ответила Марта, в её голосе слышался еле заметный акцент.
И опять все замерли, а, значит, нужно мне что-то сказать.
– Проходите, присаживайтесь, расскажите, что вам от меня нужно, – я попыталась улыбнуться испуганной девочке. – Доктор, попросите Прохора присмотреть за ребёнком, пока мы с госпожой Мартой разговариваем.
– Я её никуда от себя не отпущу, – вскинулась женщина, крепче прижимая к себе девочку.
– Полноте, милая, никто маленькую леди не обидит. Я прикажу её накормить и развлечь, – Лев Маркович медленно подошёл к женщине, и я увидела, как с его пальцев сорвалось крошечное белое облачко. Морщины на лбу встревоженной гувернантки разгладились и она кивнула.
Я уверена, что доктор применил успокаивающую магию, но почему никто этого не заметил? Сон с элементами сказки?
– Хорошо, я вам верю, – Марта разрешила Прошке увести подопечную из комнаты.
– Рассказывайте, зачем вы искали госпожу Варшавскую? – имперский дознаватель при каждом слове так стискивал челюсть, что ещё немного усилий – и его зубы начнут крошиться.
Что, милый Филимон расстроен тем, что нарисовался ещё один наследник? Теперь не резон меня убивать? Но зачем я понадобилась этой женщине?
Глава 2. Не одна, а две
Нет, это не сон, это фантасмагория. А может, я уснула, смотря слёзный мыльный сериал? А как же тогда операция? Скоро глаз начнётся дёргаться от реалистичности происходящего вокруг. Скорее бы проснуться и прийти в себя.
Нет, вы только подумайте! Оказывается, я, графиня Ольга Ивановна Варшавская, в девичестве Шершнева, была замужем за престарелым ловеласом. Да-да. У него была не одна, а целых две любовницы и это притом, что сам граф не имел выдающегося роста и прекрасного лика. Чем же он мог заинтересовать такую нежную фиалку, как Ольга? Для меня так и осталось секретом, как оказывается и то, что семидесятилетний маг содержал двух девушек и одна из них восемь лет назад родила счастливому мужчине дочку, которую тот всего за несколько дней до грустных событий признал официально и внёс в завещание.
 Когда Марта открывала мне глаза на правду жизни, у неё был такой торжествующий взгляд, будто ткнула во что-то невозможно интересное. Мол, все знали, а ты, глупая девица, лишь глазами хлопала. Вот теперь и расхлёбывай упавшее счастье большой ложкой. Не на ту напали!
– Марта, послушайте, – я попыталась остановить словоизлияния гувернантки. – Всё это занимательно. Престарелый маразматик граф Варшавский содержал двух любовниц. И что?
 
– А… а… а… – похоже, гувернантка надеялась на другую реакцию.
– А что вы так на меня удивлённо смотрите? – я обвела всех присутствующих взглядом. – Его больше нет, если вы пришли за наследством, то не я его раздаю. Вы можете обратиться к нотариусу и потребовать долю, принадлежащую вашей подопечной.
– Но я не за этим пришла, – Марта поджала губы, её бледное лицо ещё больше побелело.
– Возможно, на мгновение вы вызвали во мне интерес. Рассказывайте, что вас привело к родившей женщине, что совсем недавно стала вдовой не самого праведного мужчины, – произнеся монолог, я выдохнула и попросила у доктора ещё воды.
– Дело в том, госпожа Ольга, – женщина набрала в грудь воздуха, что-то хотела сказать, но замолчала. Пристально посмотрела на меня и всё же сказала: – А я вас не такой себе представляла. Совсем не такой. Хорошо, раз я пришла, то всё же закончу, – она вынула из кармана документы, развернула их и подала один мне. – По этой бумаге в случае, если госпожа Валентина Сергеевна Марцкевич (потомственная дворянка) решает выйти замуж, то её дочь Анастасия Варшавская сию минуту отправляется в дом своего отца на воспитание.
– Я правильно понимаю, что ваша госпожа, что являлась содержанкой графа, непростительно быстро вышла замуж? Стоило лишь ей узнать, что её покровитель оказался предателем? – Филимон Ильич, стоявший чуть поодаль, быстро подошёл к Марте. – Она до такой степени любит деньги?
– Да, вы правы, госпожа Валентина Сергеевна вышла замуж, но лишь по сильной взаимной любви, – Марта неожиданно покраснела, произнося эти слова.
– Но как же дочь? – я не сдержалась и эмоционально задала вопрос.
– А дочь сейчас ваша, госпожа Ольга. Вы прочтите бумагу до конца. Там написано, что в случае смерти отца девочки о ней будет заботиться мачеха, то есть вы.
– Бред! Какой бред. Почему я должна о ней заботиться при живой матери? Я сейчас же вызову нотариуса, напишу отказную и можете отправляться с девочкой спокойно домой к мамзель Вале, – пренебрежение к даме вольного поведения сквозило в моих словах. – Кукушка, а не мать.
– При всём желании, госпожа Ольга, мы не можем уехать домой, так как больше нет дома! Граф Варшавский оплачивал апартаменты, а как только его не стало, в тот же день нас и выгнали из них. Поэтому госпожа Валентина скоропалительно вышла замуж за благородного и богатого купца, чтобы спасти себя и дочь.
– Марта, не нужно мне рассказывать сказки. В них поверит лишь ребёнок. Какая мать выйдет замуж и бросит своё дитя? – я распалилась не на шутку. – Господин Лев Маркович, прикажите прислать душеприказчика, нотариуса или как он тут называется? Я хочу прояснить юридические аспекты этого дела.
– Подождите, госпожа Ольга. Умоляю вас, не нужно никого звать, – Марта мне низко поклонилась. – Настенька ни в чём не виновата. Если вы от неё откажетесь, то она просто очутится на улице, где и погибнет.
– Чего? – я непонимающе уставилась на говорившую.
– Нам не на что будет жить и есть. Её мать, надеясь на ваше благоразумие, уехала с мужем в соседнюю страну в деловую поездку. И вернётся ровно тогда, когда будут оглашать завещание, а это не ранее, чем через полгода. Сами понимаете, что никакой нотариус не согласится магически одарённого ребёнка оставить без попечителя, коим на сегодняшний момент являетесь вы.
– Моё благоразумие? – именно это слово зацепилось за мой замечательный слух. – А вы уверены, что мне самой есть на что жить и кормить себя и своё дитя? А благоразумие вашей госпожи без моральных принципов где находится? Родного ребёнка!
– Ольга Ивановна, драгоценная моя, – Филимон Ильич расплылся в улыбке, чем сбил меня с гневных мыслей. – Вам совершенно не стоит переживать о деньгах или месте жительства. Оставляйте при себе прекрасную малышку. Мой дом – ваш дом! Каждый день я мечтаю лишь о вас. Смотрю на этот нежный овал лица, прекрасные глаза и понимаю, что нам непременно нужно пожениться.