Мишель и Мышиный король (СИ)

– Ваше Величество! – теперь уже Тэш взывал к совести своего короля. – У вас осталось еще одно незавершенное дело! 
Мишель, смущенная таким вниманием, оттолкнула Генри, спрятав пылающее лицо на его груди. Мышиный король, вздохнув, обнял ее плечи и взмахнл рукой. Вскоре Мишель вновь ощутила под ногами твердый пол и отошла от Генри, смущенно поправляя юбки. Лишь подняв глаза, она поняла, как много людей стали свидетелями их счастливого воссоединения. 
Мужчины и женщины, нарядные и пестрые, словно бутоны на летней клумбе цветочницы, замерли вокруг, во все глаза разглядывая ее и Генри. В свете ярких, горящих маленькими солнышками люстр камни на их нарядах переливались всеми цветами радуги, а прежде темные стены вдруг стали белоснежными, разве что золотые росписи местами разбавляли их строгость. 
– У нас получилось, – удивленно прошептала Мишель. – Ты не сгорел, справился и с силой короны и с заклятием матери… 
– Алек?! – прервал ее громкий женский возглас. – Ты стал таким взрослым! 
Мишель повернула голову: прекрасная королева с золотыми волосами из видения мчалась к принцу. Добравшись до сына, она промедлила мгновение и, залившись слезами, повисла у него на шее. 
– Мама, – сдавленно проговорил Алек и прижал к себе королеву. 
Златовласый король, подоспевший вслед за супругой, обнял сразу обоих. 
Идилию нарушил звон оружия и топот десятков железных ног. Мишель даже испугаться не успела, как вместе с Генри оказалась в кольце острых пик королевских рыцарей.
***
Мишель попыталась вспомнить, что Марк говорил о возможных вариантах будущего. Кажется, он упоминал, что если Генри справится с силой короны, король и королева захотят его уничтожить. И тогда оба мира будут разрушены. Она должна это исправить. Осталось только понять, как. 
– Постойте! Ваше Высочество! Алек! – прокричала Мишель. – Ты обещал мне свою дружбу! 
Принц освободился от объятий родителей и, сделав шаг к кругу рыцарей, поднял руку, давая стражникам сигнал отступить. 
– Алек! Что ты делаешь? – возмутилась королева. – Это ведь предатель! Сын той, которая разрушила нашу жизнь! И почему эта девчонка обращается к тебе без должного почтения, просто по имени? 
Звонкий голос королевы повис в тугой тишине: голоса гостей стихли. Люди замерли в ожидании, словно чувствуя – одно неверное слово – и все сорвутся с незримого обрыва. 
– Стражи уже заплатили свою цену, – проговорил Алек и, взглянув в глаза Мишель, поднял голову и заявил: – А этой девушке все мы обязаны жизнью. Это она сняла с меня проклятье и помогла расколдовать пленников замка. Она под моей защитой. Поэтому уберите оружие. 
– Но как же предатель Генри? – королева обняла сына за руку, будто пытаясь удержать на безопасном расстоянии от угрозы. – Он уже показал, чего стоит его клятва. 
– Его Величество король Генри, – медленно проговорил Алек, – Правитель стражей и хранитель Короны Теней действительно показал цену своего слова. 
Мишель перевела взгляд на Генри: его лицо побледнело, глаза сверкали сталью. Совершенно непонятно, о чем он думал, однако по тому, как он сжал ее руку, стало ясно, как сильно он волнуется. 
Мягко убрав руки матери, Алек уверенно направился к Генри. Рыцари расступились, пропуская наследного принца в круг. Остановившись напротив бывшего друга, он проговорил: 
– Все совершают ошибки, – и, помедлив, добавил: – Я не исключение. 
Голубые глаза принца сияли решительностью, а руки сжались в кулаки. 
– Я был неправ. Ослеплен болью и желанием отомстить. Извинения не способны вернуть тех, кто погиб от моей руки, – этот груз мне нести до конца жизни. Однако я могу пообещать тебе, что впредь ни один страж не пострадает по вине человека, – с этим принц протянул Генри руку. – Примешь ли ты мою клятву верности? 
Глаза Мышиного короля расширились от удивления, а губы чуть приоткрылись, однако вместо ответа Генри протянул руку, перехватив принца чуть ниже локтя. 
– Клянусь жизнью, что до конца своих дней буду заботиться о народе стражей, как о собственном, ставя их благополучие превыше собственного. Клянусь, что мир между нашими народами не будет нарушен по вине людей. 
 
– Я принимаю твою клятву, – тихо проговорил Генри. – И возвращаю людям те же слова. Клянусь жизнью, что впредь стражи продолжат поддерживать порядок в обоих мирах и навсегда останутся верными союзниками людей. 
– Да будет так, – торжественно кивнул Алек. 
Их руки на миг вспыхнули магическим светом, а затем зал наполнился гулом возбужденных людских голосов, кто-то захлопал в ладоши, другие подхватили. 
Наклонившись к Генри, Алек что-то сказал. Мышиный король кивнул и, отпустив руку принца, обнял Мишель. Тем временем королевская чета приблизилась к ним, остановившись напротив Генри и Мишель. 
– Думаю, нам нужно о многом поговорить, – сказала королева. 
– Хотите разорвать обоюдоострую присягу? – усмехнулся Генри. – Понимаю, ведь теперь на кону не только моя жизнь, но и жизнь наследника короны. 
– Мы не станем подвергать сомнению решение сына, – подал голос король. – Думаю, у него были веские основания так поступить. 
– Приятно слышать, – Генри чуть заметно склонил голову. – Вот только, думаю, наш разговор придется перенести, потому что сейчас мне нужно объясниться с другим человеком. 
Он посмотрел на Мишель, и от его взгляда в ее груди стало горячо. 
– Полагаю, эта девушка много сделала для всех нас, – сказала королева. – Могу я узнать твое имя, дорогая? 
– Мишель, – отозвалась она, присев в неловком реверансе. 
– Ты не принадлежишь нашему миру, – заметила златовласая правительница. – Но ты и не страж. Кто же ты, милая? 
– Я просто… – начала Мишель, но Генри не дал ей договорить. 
– Хранительница Короны Теней, королева стражей… Если только ты не против, – он взглянул на Мишель, и в робкой улыбке, появившейся на его красивом лице, ей почудилась неуверенность. 
– Не против, – не пытаясь скрыть навернувшиеся на глаза слезы, улыбнулась она. 
Генри притянул любимую к себе, приподнял над полом, закружил, отчего Мишель счастливо рассмеялась. А потом вместо того, чтобы опустить ее на землю, потянулся к ее губам, запечатав их обещание долгим поцелуем. 
– Пожалуй, сейчас действительно не лучшее время для разговоров, – усмехнулась королева и, ухватив замерших статуями мужа и сына под руки, потянула их прочь от Мишель и Генри, бросив через плечо: – Однако помните, что мы будем с нетерпением ждать следующей встречи!
  
Эпилог
 
– Дочь погибшего Крысолова стала Мышиной королевой? – покачала головой миссис Шервуд. 
– Кому, как ни ей знать, как усмирить пыл оборотня, – усмехнулся Марк. 
Они сидели в пустой кофейне за столиком у окна, и первые лучи солнца раскрашивали темное небо оранжевыми мазками. Перед директрисой стояла чашечка кофе, а напротив устроился бородатый бариста с прозрачным, до краев наполненным льдом бокалом. 
– И давно ты это затеял? – строго спросила миссис Шервуд. 
– Кто знает? – он коснулся кожаных шнурков на запястье. – Честно говоря, я почти ничего не сделал. Просто создал вероятность. 
– Как и всегда, – фыркнула она. – Ума не приложу, как ты это провернул в моем пансионе. 
– Решил, что маленькой межмировой норки хватит, чтобы, скажем, впустить одного мышонка, который угодит в мышеловку, и другого – чтобы его спасти, – проговорил он, помешивая трубочкой лед. – Всего лишь вероятность. А вот что из этого выйдет, они решили сами. Ты ведь знаешь, чувства людей мне неподвластны. 
– Ты дал Мишель ключ, – напомнила собеседница, осуждающе сверкнув изумрудными глазами. – Подвесил принца на елку. 
– Вероятности, моя дорогая, всего лишь вероятности… 
– А до этого вмешался в дела двух миров, не позволив стражам и их покровителям поубивать друг друга, – вздохнула она. – О чем ты только думал? 
– Два разрушенных мира и одно одинокое дитя, по-твоему, лучше, чем моя новая вероятность, в которой каждый из этих троих станет по-настоящему счастливым? – приподнял темную бровь бариста.