Прожорливое терпение (СИ)
Однако, за маской скрывался ум. Особенный, девичий такой ум, шаловливый, но со своими глубоко спрятанными принципами.
— Я очень стараюсь вам поверить! — наконец, включилось назад дитятко, — Но это очень сложно! То, что вы хороший и добрый, я знаю, но то, что Великая Библиотека…
— Да меня не затруднит взять тебя с собой в храм, — хрюкнул я, — Увидишь сама, как буду передавать книгу твоей богине. Большего, извини, предложить не могу. Если, конечно, пойму, как её спереть. Ты, случаем, не знаешь, Матильда-чан?
Ох уж эти суффиксы. Я почти услышал щелчок, с которым у блондинки в голове произошло переключение передачи. И что-то там заклинило.
— Ннет! — тут же замотала девушка головой, затем внезапно разозлилась, — Мы вообще не об этом! Я…
— Что — ты? — передразнил я её, — Хочешь — иди рассказывай. Не думаю, что гнев двух обиженных баб для меня будет страшнее мести архимага…
— А-архимага?
— Да, в Кораце который. Бенджоу Магамами, ярый приверженец твоей богини. Он превратил Такамацури в Мудреца, чтобы мы получили доступ в Библиотеку…
Так, слово за слово, я ей всё и рассказал. А чего хвататься за боржоми, когда патологоанатом уже поигрывает твоими почками? Только доброго доктора заикой сделаешь. Завербовать на свою сторону блондинку даже и не пытался, где я и где 400 миллионов канис? Да, сумма для меня лично подъемная, если в Библиотеке покантоваться годика три, но Герою же! Большинство смертных и близко таких денег не видят. А уж жрицы, сиречь целители, которые ну очень редко бывают богатыми… тут и к бабке не ходи.
— Я вам помогу!
— Что? — хрюкнул я.
Вот те и три.
— Не знаю, как и чем, но помогу, Крайм-сан! — упрямо сжала кулачки поднявшаяся на ноги жрица, — Во имя Аллеаллы! Вы боретесь за правое дело!
— Не надо мне помогать! — всполошился я, представляя себе, куда может завести энтузиазм девушки, у которой тараканов в голове явно не меньше, чем у Саяки, — Просто не мешай, пожалуйста.
— Хорошо, — с энтузиазмом покивала девушка, а потом, вновь мило покраснев, навела указательный палец на ту самую пуговицу на своей робе, — Хотите, нажму, Крайм-сан?
— Давай останемся друзьями, — твердо и быстро проговорил я, глядя в шкодливые зеленые глаза. Чем-то меня матильдово предложение телесной любви продолжало напрягать. Как бесплатный фиолетовый сыр в мышеловке. Особенно сейчас, когда она рассказала, что умеет моментально телепортироваться на короткие дистанции.
И мы остались друзьями, или, даже лучше, сообщниками. Девушку я попросил погулять там, где местные макары гоняют обеспеченных телят перед тем, как брать их за рога и вести на финансовое доение. Ресторанчики, открытые читальные залы, кофейни — богатые и важные клиенты должны знать куда больше, чем нам готовы рассказать местные Архивисты, у которых уже руки трясутся и глаза как слесаря Степаныча, который отпахал как-то раз три полные смены, чтобы погасить платеж по ипотеке. Хотя, после этого трудового подвига Степаныч радостно ушел в недельный запой, от чего и был свирепо уволен.
А дальше… всё стало хуже. На следующий день нашу группу, усилив парочкой ребят с топорами, послали ниже аж на два этажа. Там началась самая настоящая жара, где туго приходилось всем без исключения. Монстры от 45-го до 50-го уровней! Вот тут мы уже не с ленцой гоняли любовных крыс, а двигались вперед плотно сжатой боевой группой, где Архивисты были не старыми и слабыми старичками, а накачанными очкастыми мужиками и женщинами средних лет, с бицепсами как у меня!
Бойня шла страшная, крысы, стоя на задних лапах, были уже мне выше колена. Они носили одежду и шляпы, а самые страшные и умелые уже имели на своих вытянутых рылах очки! Крысы-историки использовали два вида оружия, атакуя с расстояния камнями из пращи, а затем сближаясь с копьем в лапах. Крысы-фундаменталисты ловко метали острые как бритва страницы книг. Появились стихийные крысы-маги — те, из-за которых мы были вынуждены совершать рискованные рывки вперед, когда замечали тлеющую шерсть и горящие усы повелителей огня!
Именно там, на этом проклятом этаже, я возненавидел своё пассивное умение, из-за которого некоторые враги умирали не в мучениях, а в пароксизме экстаза после критического удара!
Драки были жуткими настолько, что у Матильды не выдерживали крепления на ногах, привязывающие подол к лодыжкам. Ряса вновь вздымалась у нее выше головы, но окружающим чаще всего было совершенно пофиг, они дрались за жизнь! А ко времени, когда местность оказывалась зачищена, у сексапильной жрицы уже не было маны на стриптиз и лечение. После сбора лута наша боевая команда тут же садилась на пол, а двое из четверых Архивистов просто падали на него, засыпая еще в полете. Еще двое работали, потрясающе быстро пролистывая выдёргиваемые с книжных полок тома. А затем всё повторялось снова и снова.
— В задницу этот этаж…, - хрипло сказал под конец дня я, глядя на стонущих Ли и Эньо. Оба наших парня оказались самыми слабыми на очки здоровья из всей группы, из-за чего оба пострадали физически, попав под массовую атаку крыс, любящих повести. Эти твари, ходившие стадами по 10 голов, изгрызли мага и кинжальщика так, что ни о каком возврате в строй не могло быть и речи. Их жизни были вне угрозы, но обоим суждено было долго восстанавливаться в госпитале.
— Да эти бешеные бабы совсем с нарезки сорвались! — сплюнул с досадой здоровый бородатый Архивист, — Донкревилям запретили после пожара соваться к Книге и велели отложить их расследование на год, как минимум! Чтобы разгребли то, что наворотили! Так знаете, что случилось?! Они сунулись на десятый этаж!
— Скажи мне, что их там сожрали… — попросил я, откидывая голову на стену и мечтая о сигарете, — Вот просто взяли — и сожрали!
— Хуже, — с мрачным, даже каким-то садистско-мазохистским удовлетворением ответил мне бородатый громила, — Ларисса получила уровень. Семьдесят пятый уровень. А Ксении еще двадцать процентов. Думаешь, почему мы здесь гробимся?
— Потому что Черная и Белая слетели с катушек…
— Вот именно! У нас половина народа сегодня напишет заявление на отпуск! — грохнул по полке кулаком бородач, — Пусть сами разбираются!
Дальше был марш-бросок почти до самой шахты лифта. Мы по очереди тащили раненных ребят, отмахиваясь от случайно забредших на расчищенный маршрут монстров, но были вынуждены остановиться в одном месте, куда выползли сразу пять стай хвостатых любительниц повестей. Полсотни здоровенных крыс имели бы все шансы нас угрохать, если бы не Ли, шарахнувших в них своим оглушающим шаром. Сам этот магический взрыв провел тонкую линию между «кто-то помер» и «мы выдюжили». Справились, еле-еле, но справились, хоть и получив несколько укусов с занесением в тело. Единственным, кто остался цел и невредим, оказалась Матильда, защищаемая мной в первую очередь.
А потом весь наш отряд просто попадал на пол несмотря на то, что двери лифта были уже на расстояние прямой видимости.
— Крайм-сан, — прошептала вымотавшаяся девушка, падая возле меня и прислоняясь также спиной к книжному шкафу, — Вас… вас какой-то человек искал в гостевых залах. Очень упорно искал. Низкий, с излишком веса, очень маленького уровня и… плохо одетый. Но у него были деньги проплатить вход.
— Толстый, потный, какой-то весь слюнявый и мерзкий? — вспомнил я единственного, кто подходил под такое описание. Им был весьма наглый и мутный тип, громко заявлявший, что является истинным служителем голубокожей богини.
— Д-да, — девушка нерешительно кивнула, обхватывая себя руками, — Он… ну просто очень гадкий! Посмотрел на меня так… так…
— Как будто распял голую на цепях и радостно смазывает вонючей слизью тянущиеся к тебе тентакли? — «угадал» я. Что уж там гадать.
— Да! — с омерзением передернулась жрица, — Фу!!
— Держись от него подальше, — устало посоветовал я, прикрывая глаза. А затем добавил, кое-что вспомнив, — И зови уже, наконец, по имени. Меня зовут Мач.
— Хорошо, М-мач-сан, — привалилась ко мне плечом Матильда, закрывая глаза.