Следственный экспериМЕНТ. Записки из органов
В общем, уборщица стала караулить у комнаты охраны, ожидая когда там никого не будет. И однажды дождалась. Проникла в комнату, но вот ведь незадача, охранникам, видимо, надоело постоянно пялиться на «запертых», и они отключили телевизоры. То есть изображение писалось, но на мониторы не выводилось. А звук был постоянным, и бабушка прислушалась к одному из динамиков.
— Вован, твою мать, ты чем сейчас занимаешься? — послышался из динамика сильно приглушенный голос.
— Детей режу, — тут же раздалось в ответ.
— Хорошо, сколько тебе осталось?
— Да двоих дорежу, и свободен.
— Значит, через десять минут ты переходишь на бабушек. У нас их четыре штуки в подвешенном состоянии, но там резать поменьше, справишься быстрее, чем с детьми…
Дальше уборщица слушать уже не могла — у нее перед глазами встал окровавленный парень с четвертого этажа, у которого не было никаких повреждений. Старушка поняла, что на четвертом этаже происходят страшные вещи, и побежала в полицию.
То ли она была настолько убедительна, то ли ментам необходимо было попасть в секретную часть избирательного штаба — в общем, туда был направлен ОМОН. Которому, чтобы проникнуть на закрытую территорию, магнитный ключ не требовался. Через несколько минут все обитатели четвертого этажа лежали на полу своих комнат, с руками за головой. А потом начались разборки.
Конечно же никаких трупов детей или бабушек обнаружено не было. Давешняя кровь у парня полилась из носа, причем очень обильно. Как назло туалет был занят, парень подождал немного у дверей, пытаясь зажать нос руками. Но понял, что это бесполезно, и ринулся в туалет на третий этаж. Ну а разговор, который подслушала старушка, был строго специфическим и происходил в дизайнерском кабинете.
— Понимаете, — объяснял юрист командиру омоновцев, — по закону мы не имеем права публиковать в пропагандистских материалах фотографии несовершеннолетних. Но они частенько попадают в кадр фотоаппарата. В таких случаях дизайнер на компьютере сильно увеличивает фотографию и аккуратненько вырезает детей из кадра.
— Ну а бабушек-то зачем резали? — сквозь смех поинтересовался полицейский.
— А вот от взрослых нам необходимо брать официальное ими подписанное, с указанием паспортных данных, разрешение на использование их изображений, — продолжал юрист. — Сами понимаете, это не всегда получается, вот и приходится их тоже резать.
Стукачество наказуемо
В одном из районных отделов внутренних дел Ленинградской области случился юбилей. То ли сто лет отделу исполнилось, то ли все сто пятьдесят. Как водится, почти вся неделя прошла в официальных поздравлениях от всевозможных инстанций. Начиная от представителей министерства и заканчивая поселковыми старостами. И так умаялись милиционеры от всей этой кутерьмы, что решили в выходные отдохнуть по-нормальному. Сняли большой коттедж на турбазе за городом, где и было решено оттянуться после весьма насыщенной недели. С шашлыками, барбекю, ухой и всеми к этим блюдам напитками полагающимися. По понятной причине состав отдыхающих был не постоянным. Кому-то выпало работать в субботу. А особо невезучим выпало дежурить в воскресенье.
Двое «везучих» оперов, сдав дежурство утром в воскресенье, погрузились в машину, чтобы отправиться к вожделенным шашлычкам с красным вином и ухе с водочкой. А надо сказать, что погода в те дни стояла весьма жаркая. В девять утра уже почти тридцать выше нуля. Чтобы в дороге жажда не замучила, взяли с собой воды. Налив ее в литровую бутылку из-под водки.
Ехать до места было часа полтора, и тот милиционер, который был не за рулем, решил немного покемарить. Попытался на переднем сиденье устроиться поудобнее, но что-то мешало. Проведя внутреннее исследование организма, опер понял, что ему мешает пистолет в поясной кобуре. Недолго думая, он вытащил штатный ПМ и положил его на «торпеду».
Когда до турбазы оставалось всего ничего, шофер решил заехать на автозаправку. Тут и напарник проснулся.
— А где у нас вода была?
— На заднем сиденье посмотри.
Опер перегнулся, достал бутылку с водой и с жадностью приложился к горлышку.
— Дай мне тоже, — попросил шофер, и напарник передал ему бутылку.
Операм было невдомек, что за ними, открыв рот от изумления, наблюдает шофер-дальнобойщик. Причем поляк по национальности. Да и как бедному представителю Евросоюза было не офигеть от происходящего? Прямо на автозаправке, на глазах у многочисленных свидетелей, два бугая, абсолютно не скрываясь, хлещут из горла водку! Ведь им же за руль!!! А на «торпеде» лежит явно боевой пистолет. Да что же это в России такое творится?! И что будет, если эти бугаи окажутся на трассе одновременно с ним?! Шофер тихонько вылез из грузовика и побежал к охраннику автозаправки.
Охранник, в недавнем прошлом сотрудник отряда милиции особого назначения (ОМОН), к сбивчивому рассказу поляка отнесся серьезно. Выскочив из помещения магазинчика при заправке, он успел срисовать номер. Кстати, совершенно обычный, без синевы и особых букв на номере. А еще он заметил, что машина свернула на проселочную дорогу, ведущую к турбазе. После чего и позвонил в штаб ОМОН.
В штабе к возможности задержать наглых бандюков отнеслись с энтузиазмом. Ну а почему бы «палочку» в статистике не срубить на ровном месте? Да к тому же неподалеку как раз отделение отряда в полной боевой выкладке находилось. Их на задержание и отправили.
Опера в это время благополучно доехали до турбазы, припарковали машину и присоединились к коллегам. Те в это время как раз стали вылезать из коттеджа для продолжения банкета. Раскочегарили мангал, нанизали на шампуры мясо, настругали огурцы-помидоры на салат, накрыли стол прямо на улице, налили по первой. И в этот момент реальное «маски-шоу».
С криками «Стоять! Сидеть! Лежать! Бояться! Мать…! Бать…! П…! Е…!» (и другие буквы алфавита) к столу выскочили бойцы в таких знакомых, можно сказать родных, камуфляжах и масках. Пытаться объяснить, что здесь свои, милиционеры не стали. Не раз имели возможность видеть работу ОМОН. Те ведь сперва успокаивают прикладами автоматов и коваными ботинками любого не подчинившегося команде, а потом уже начинают разбираться. Поэтому все вылезшие из коттеджа мигом легли на землю, заложив руки за голову.
Зачистка территории была закончена в считаные секунды. Потенциальные подозреваемые спокойно уложены на землю в радующих сотрудников ОМОН позах. Бойцы немного расслабились и стали проверять документы. Когда выяснилось, кого они тут «зачищали», омоновцы ударились в эмпирические исследования ближайших предков и дальних потомков поляка-шофера и охранника с заправки. Выражавшиеся сплошь фольклорными словесными оборотами. Им вторили «подозреваемые», которым пришлось отвлечься от серьезного и важного дела — продолжения праздника и жарки шашлыков.
Немного успокоившись, омоновцы и их «жертвы» стали решать извечные русские вопросы — кто виноват и что с этим делать? Кто первый предложил примерно наказать незадачливого стукача-шофера, не столь уж и важно. Главное, что омоновцы с энтузиазмом восприняли идею продемонстрировать поляку классическое задержание в стиле российской милиции последних времен. Тем более что номер его автомобиля и маршрут были прекрасно известны. Охранник (получивший по телефону свою порцию «фольклорных оборотов») сообщил все данные стукача.
И вот через примерно минут сорок — пятьдесят поляка и его грузовик тормозят на посту ГИБДД. Не успевает шофер достать документы, как из засады выскакивают омоновцы, выволакивают шофера и его напарника из машины и довольно грубо кладут на асфальт. После чего вскрывают пломбу на фуре и начинают проверять груз.
Честно говоря, сотрудники ОМОН просто хотели понервировать водителей из Польши. И никак не ожидали обнаружить в опечатанной фуре чуть ли не сто кило синтетических наркотиков! Причем не особо и замаскированных.
Просто из вредности милиционеры заставили шоферов вытаскивать картонные ящики и складировать их на обочине. И тут-то и обнаружилось, что все ящики одной маркировки, а вот почти у самого начала фуры попались несколько коробок «не той системы». Непонятные ящики вскрыли, а там такой подарочек!