Следственный экспериМЕНТ. Записки из органов
Борис Ливанов
Следственный экспериМЕНТ. Записки из органов
Автор выражает благодарность за помощь в написании книги:
Максиму Родичеву
Константину Бондареву
Роману Турапину
Андрею Яшенкину
Алексею Смирнову
Вадиму Мальцеву
Владимиру Гавриленко,
Александру Леонтьеву,
Сергею Афанасьеву
и многим-многим сотрудникам правоохранительных органов, согласившимся рассказать комичные случаи из своей жизни/работы.
Во времена развитого социализма
С чего начинаются генералы, или Пьяная слежка
Всевозможные гадалки и предсказательницы существовали с древности. Вот только в разные времена их деятельность оценивали по-разному. В древние времена их боялись и уважали, в Средние века боялись и сжигали на кострах. Ну а в СССР их деятельность подпадала под статью о мошенничестве. В начале 80-х годов в Ленинграде завелась такая ловкая мошенница. Не обладая никакими особыми талантами, она зарабатывала довольно приличные деньги на предсказаниях и быстро завоевала неплохую репутацию. Только вот одного не учла: ее слава распространилась довольно широко. И к гадалке стали обращаться за консультациями жены важных чиновников.
Такие клиентки были весьма денежными. И одевались соответственно статусу. Казалось бы — живи-радуйся-наживайся, но бес попутал предсказательницу. Сначала она вела себя как обычно — гадала-вещала, получала вознаграждение, но однажды случилось непоправимое: у одной из женщин, приходившейся женой высокопоставленному чиновнику из обкома КПСС, мошенница заметила бриллиантовое колье умопомрачительной красоты. И так оно «ясновидящей» понравилось, что не удержалась она и выманила у клиентки драгоценность. А колье было семейной реликвией мужа, и тот вскоре обнаружил пропажу.
После пристрастного допроса жена призналась, куда подевалось колье. Разъяренный чиновник буквально на следующий день поставил на уши всю милицию Ленинграда с требованием вернуть колье и задержать мошенницу. Только вот найти ее было довольно проблематично. Это сейчас всякие уважающие себя экстрасенсы ведут прием в солидных офисах и постоянных кабинетах. А в те времена гадалки и знахарки «адресов прописки» не имели и окучивали своих клиентов где придется. Но приказ найти мошенницу был очень строгим, а потому сотрудники милиции напряглись изо всех сил.
Вскоре удалось установить чуть ли не всех клиенток мошенницы и даже заполучить ее фотографию. Но вычислить ее местонахождение не получалось. Хотя удалось установить квартиру, в которой мошенница хранила атрибуты своей деятельности: хрустальные шары, черные свечи, мантию волшебницы, карты Таро и прочие колдовские предметы. За квартирой установили тайное наблюдение.
Примерно через месяц интенсивных поисков в один из отделов милиции подкинули плотный конверт, в котором обнаружилось искомое колье и записка, в которой указывалась хозяйка драгоценностей. Само собой, энтузиазм по поиску мошенницы резко снизился. У квартиры с ее колдовскими штучками оставили лишь одного стажера. Опытные сотрудники милиции были уверены, что мошенница сразу после возврата колье резко слиняла из города. И только стажер был уверен, что «ясновидящая» вернется за своим реквизитом.
Он продолжал дежурить у квартиры даже после того, как наблюдение официально сняли. Через неделю он и сам уже был готов поверить, что мошенница никогда там не появится. И сильно огорчался по этому поводу, потому что считал поимку «ясновидящей» своим главным шансом в начале головокружительной карьеры в милиции. И судьба, как ни странно, подбросила ему этот шанс.
В тот вечер стажер обмывал с друзьями диплом Высшей школы милиции и готовился получить направление в какой-нибудь Мухосранск. Остаться в Ленинграде ему не светило из-за весьма посредственных оценок. Единственная надежда — отличиться на поимке мошенницы — рухнула. В общем, новоиспеченный лейтенант милиции грустил и пытался залить горе спиртным. Попытка оказалась успешной. В какой-то момент он понял, что необходимо проветриться, и вышел на улицу.
По иронии судьбы, квартира, где выпускники школы обмывали дипломы, располагалась неподалеку от того дома, где хранила свой реквизит мошенница. И ноги сами понесли бывшего стажера к тому месту, где он несколько недель просидел в засаде. И надо же было такому случиться, что именно в тот вечер мошенница заявилась за своим реквизитом.
Алкогольный дурман не помешал опознать «ясновидящую». Но тут перед новоиспеченным милиционером ребром встал извечный вопрос: что делать? Ни удостоверения, ни наручников, ни оружия у него нет, к тому же он, мягко говоря, нетрезв. Зато у него есть мотивация. Потому он принял единственное в той ситуции верное решение — проследить за мошенницей.
Женщина довольно быстро поняла, что за ней следует некий подозрительный тип, явно в алкогольном опьянении. На улице поздний вечер, безлюдно, да и что сказать прохожим, даже если они появятся? Как о помощи попросить? Ведь подозрительный тип держится на расстоянии и вроде как враждебных действий пока не предпринимает. Но смутная тревога подтолкнула мошенницу к весьма нетривиальному решению: она направилась к ближайшему отделу милиции.
Как позже признавалась предсказательница, она решила, что если пьяный парень действительно за ней охотится, то при приближении к островку законопорядка должен будет моментально ретироваться. Но произошло невероятное: как только женщина достигла крыльца отдела, преследующий подскочил к ней и схватил за руку. Та стала вырываться, в результате оба повалились в снег. Так их и застала дежурная смена, выскочившая на крики.
Парень пьяным голосом кричал, что перед ними разыскиваемая преступница, а та орала, что напавший на нее — сексуальный маньяк. Обоих поместили в камеры, и все вскоре выяснилось. Мошенницу арестовали, а новоиспеченный опер (после того как проспался) предстал перед начальством. Начальство энтузиазм милиционера оценило и оставило служить в Ленинграде. По некоторым данным, сейчас тот самый стажер уже генерал и занимает высокое кресло в одной из силовых структур Питера.
Буржуазный отголосок
Эта история также относится к периоду «развитого социализма», когда любое правонарушение, которое можно было расценивать как проявление тлетворного «буржуазного влияния», сразу попадало на контроль в гор— и обком партии. И соответственно, задержания злодеев, виновных в подобных правонарушениях, требовали самые высокие чиновники. К таким «буржуазным» преступлениям удобно было относить и всяческие сексуальные извращения, например эксгибиционизм.
Вот именно такой «буржуазный отголосок» встряхнул Мурманск в середине 70-х годов. Действовал он по одной и той же схеме: встречал на темных безлюдных улицах одиноких женщин и распахивал перед ними пальто. Само собой, под пальто ничего не было. Ну а пока женщины оторопело таращились на идиота, который в ноябре месяце (напомним, что дело происходило в Мурманске!) прогуливался почти без одежды, извращенец забавлялся со своим «дружком».
Жертвы подобного визуального «насилия» в милицию не обращались, и правонарушитель какое-то время оставался безнаказанным. Но однажды эксгибиционист нарвался на жену второго секретаря обкома. Та, немного отойдя от шока, рассказала о происшествии мужу. Скорее как о забавном приключении, нежели как о преступлении. Но партийный функционер подвел под происшествие идеологическую платформу: мол, эксгибиционизм — это проявление буржуазного влияния, и в советском городе, да еще и городе-порте, куда заходят иностранные корабли, подобные преступления подлежат жесткому и решительному искоренению. Через пару дней «дело эксгибициониста» было поставлено на контроль в обкоме. Даже специальное заседание по этому поводу провели.
