Миссия Припять (СИ)
Автобус остановился в полупустом городе.
Чернобыль выглядел немного приятнее Припяти. Простые высокие здания. Электрические линии передач. Полуразрушенные и заброшенные дома. Жалкое, но впечатляющее зрелище.
Мы вышли из автобуса.
Толпа схлынула, и я осталась наедине с Владимиром.
– Пойдем. – Вова кивнул на асфальтированную дорогу, что выглядела ухоженной и ровной.
Растительности здесь было в разы больше, чем в Припяти, однако в Чернобыле ты мог чувствовать себя человеком. Я мысленно задалась вопросом: почему один город продолжает жить, а в другом жизнь давно умерла? Наверняка я не узнаю ответа на этот вопрос. Пожав плечами, я поспешила за мужчиной.
– Ты здесь живешь?
– Здесь живут работники станции. Здесь условия лучше, – сухо ответил мужчина.
– Так, поезд, стоп, не стучите колеса!.. Припять же совсем рядом со станцией! Почему бы работникам не жить именно там? Я чего-то не знаю? Я настолько тупая?
Володя остановился и серьезно взглянул мне в глаза.
– Все не так просто. Во время катастрофы в воздух было выброшено огромное количество радиоактивных веществ. В Припяти до сих пор опасно – радиация сохранилась почти в каждом здании. Говорят, что ее стало меньше, но я в это не верю.
– Но ведь прошло много лет! Что мешает очистить город от этой заразы и жить там дальше?
Мужчина улыбнулся.
– На это нужны деньги. Очень большие деньги. В нашей стране очень большая проблема с финансами. Если нет денег на обычные нужды, откуда возьмутся деньги на какую-то развалину?
Я хмыкнула.
– Если честно, я не в курсе вашей финансовой проблемы. Меня призвали – я пришла.
Владимир резко остановился. Схватил меня за плечи и воскликнул:
– Все равно там очень опасно! Радиация повсюду! Я не хочу, чтобы ты пострадала! У тебя все еще впереди…!
Я освободилась из его цепких пальцев и ехидно произнесла:
– И что у меня впереди? Свадьба с сорокалетним мужчиной?
Вова тяжко вздохнул.
– Лучше со мной, чем со смертью…
Я растерялась.
– Потому что я девушка, да? И обязана любить мужчину, несмотря ни на что?
Он видел, как у меня от обиды навернулись слезы, и не знал, что сказать.
Любое упоминание про Припять больно ранило его.
– Потому что я люблю тебя, дурочка. А ты все лезешь, куда не просят.
– Ну, извините, что я слишком самостоятельна! Следующий раз буду спрашивать вашего разрешения! – обиженно произнесла я.
Володя грустно улыбнулся и аккуратно вытер слезы на моем лице:
– Не злись. Все будет хорошо.
Я что-то пробормотала себе под нос, и мы продолжили путь.
Вова привел меня к пятиэтажному зданию. Из него выходили люди, в основном, мужчины. Поздоровавшись с одним из них и поднявшись на третий этаж, он вытащил ключи из кармана куртки и одним движением открыл железную дверь с номером “56”.
В квартире оказалось темно, несмотря на яркий солнечный день. Владимир поставил сумку на стул рядом с дверью. Помог мне снять куртку. Повесил одежду на вешалку, затем бросился снимать с меня обувь.
– Проходи. – Он показал на полутемную комнату. – Извини за бардак, у меня совершенно нет времени на уборку. Ты не стесняйся. – Щелкнул выключатель. – Можешь взять мою технику, разрешаю.
Я прошла внутрь.
В комнате стояла старая мебель. Примерно такую же видела в Припяти. На диване аккуратно сложенная постель. Окно прикрыто длинными шторами темно-коричневого цвета. Два шкафа, один с вещами, другой с книгами. Небольшой комод, на котором валялась всякая всячина. Столик посередине. Выключенный раскрытый ноутбук и смартфон. Недопитая кружка чая.
Я присела на краешек дивана. Владимир взял кое-какие вещи и скрылся на кухне. Там он пробыл всего минут десять от силы, и вернулся уже в привычной домашней одежде, в черной футболке со странным рисунком и спортивных штанах. Провел небольшую уборку, и только потом сел рядом со мной.
– Прости. – Володя развел руками. – У меня не было времени, чтобы привести квартиру в нормальное состояние. Я же не знал, что приведу тебя к себе домой.
– Ничего, ничего, – сдержанно ответила я.
Вова прикоснулся к моим спутанным волосам:
– Тебе бы стоило причесаться…
– Ну… У меня нет на это времени, – ехидно улыбнулась я.
Пять минут мы сидели в полной тишине. Все это время я старалась не думать о его руке на своей талии. Не выдержав, мы начали целоваться. По-детски, неумело, но совершенно искренне. Его рука соскользнула мне под водолазку. Он нежно гладил мой живот. От резкого прикосновения по телу пошли приятные мурашки. Владимир положил меня на диван и задрал водолазку, обнажив упругий живот. С пупка до груди он нежно ласкал его: языком проводил по коже, вызывая небольшую дрожь. Одним движением Володя снял с меня кофту, бросив ее в неизвестном направлении. Так же он поступил и с лифчиком. Мужчина снял футболку, прижимаясь своим телом к моей обнаженной груди.
Его лицо было так близко.
Наши взгляды встретились.
“Ничего не бойся, я с тобой”, – услышала я его тихий голос.
Крепкие мужские руки нервно массировали груди, заставляя морщиться от боли. Володя покусывал мою шею, игрался с сосками. Поцелуями покрывал кожу, вызывая по всему телу мурашки.
Его ласки меня сводили с ума.
Владимир дрожащими руками расстегнул ремень на моих брюках, едва не сломав “молнию”. Затем содрал с меня штаны, оставляя в одних трусиках.
Я не заметила, как лишилась нижнего белья.
Мне пришлось закрыть глаза, когда увидела своего любовника голым.
Было очень больно. Мой крик наверняка бы поднял всех на уши, если бы я не сдержалась. Дикая боль пронзила тело. Слезы хлынули из глаз. Вова утешающе ласкал меня, пытаясь смягчить дискомфорт. Стало невыносимо дышать. Я вцепилась в него руками.
Это незабываемо ощущение: когда чувствуешь его внутри себя, становится так сладостно, получаешь ранее неведомый кайф, и при этом не боишься серьезных последствий.
Я желала его так же, как он меня. Он двигался быстро. Не стало боли. Только истинное удовольствие, море ласк и поцелуев.
Не знаю, сколько прошло времени. В комнате стало так темно, что мы едва могли различить друг друга. Уставший Владимир рухнул на меня. Он был мокрый, тяжело дышал, но при этом совершенно счастливый. Я прикоснулась к его голове. Взъерошила “ежик” волос. Чмокнула в макушку.
Совесть не отпускала ни на минуту.
Я не стала ничего говорить своему возлюбленному. Чувства сменяли друг друга – от любви к мужчине до полной ненависти к себе и ему же.
Мы наслаждались друг другом еще полчаса. Владимир нехотя поднялся, обмотал голые бедра полотенцем (оно лежало на подлокотнике) и направился в ванную.
Я лежала и слушала, как течет вода из крана.
Я приподнялась на локтях.
Боль внизу живота возобновилась.
Я попыталась еще раз встать, но потерпела фиаско.
В этот момент в комнату вошел мужчина. Без всяких слов он взял меня на руки и понес в ванную.
В небольшой комнате стояла чугунная ванна, раритет тех времен. Белоснежная раковина, над ней шкафчик с зеркалом. Больше ничего не успела рассмотреть, так как Владимир усадил меня в теплую воду. Мне пришлось закрыть голую грудь руками. От стыда спрятала покрасневшее лицо. Он намылил мне волосы и быстро смыл шампунь.
Присел рядом со мной и поцеловал в щечку:
– Когда помоешься, приходи на кухню. Я приготовлю небольшой ужин. Заодно поговорим, – и, развернувшись, покинул ванную, закрыв за собой дверь.
Дождавшись полной тишины, я открыла кран на полную мощность и разрыдалась. Слезы застилали глаза. Да, ничего страшного не произошло. Просто секс по взаимности. Страстный, нежный и первый в жизни. Я ненавидела себя. Раздвинула ноги перед первым же мужиком. Мне пришлось долго умывать лицо и пить воду из-под крана, чтобы прийти в себя. Кое-как помылась, собрала волосы и, накинув футболку, оставленную Владимиром, вышла в узкий коридор.