Спасти дроу (СИ)
Прямо сейчас слова Иорана стояли в груди, давили, ломали рёбра, как огромный свинцовый шар.
— Хочешь? — ещё раз еле слышно повторил дроу.
Только он мог помочь. Следить за бывшим фаворитом, шпионить за верховным жрецом. Быть, как он выразился, моими глазами и ушами. Он был полезен.
— Нет, не хочу, — едва сдерживая слёзы, я эгоистично отказалась.
Пискнула, буквально выдавила из себя ответ.
— И всё же я останусь, — твёрдо заявил дроу, — Хотя бы сегодня. Да-а, стоило бы держаться рядом с этим Айганом, пока так остро запахло жареным, как считаешь?
— Айнаном, — поправила я, — Иоран не надо, я сама…
— Ты говорила, он любитель выпить? — Иоран рассуждал с азартом, не обращая внимания на мои возражения, — Пьяный творит безрассудства?
— Пить в храме запрещено, — сухо констатировала я.
— Но это не значит, что служители не пьют, — завершил за меня дроу.
А я что? Уже согласилась? Вот так просто Иоран предложил шпионить для меня, а я даже толком не воспротивилась?
— Я не знаю, что ты задумал, Иоран, — пальцем я грозно ткнула эльфу в грудь, — Но позволю тебе играть в дознавателя только сегодня. Если ничего не выведаешь, завтра же вернёшься домой!
— По рукам, луна моя, — дроу лукаво сверкнул медовыми глазами, — Принеси-ка мне крынку с наших покоев, вели слугам наполнить вином доверху.
Эльф раздавал указания, как заправский разведчик.
— Возле ступеней с восточной стороны растёт дурман. Я давно его облюбовал, да применить было не на ком. Пьяница-эльф отличный кандидат. Знаешь как выглядит дурман? Зелёные шипастые плоды, а если их разрезать — внутри круглые гладкие чёрные семена. Собери их для меня. Только на нос и рот повяжи платок, чтобы не вдохнуть много этой дряни.
Я смотрела на Иорана во все глаза, но всё равно послушно кивала.
— Не бойся, эльфу семена дурмана не страшны, — продолжал дроу, — Не отравится, лишь сильнее опьянеет. Надеюсь, это поможет развязать язык.
Я так и стояла как истукан. Впервые мой дроу открывался мне с новой стороны. Он с таким рвением, с такой радостью принялся обдумывать свой план, что я просто не могла остановить его. Запретить ему.
Иоран подарил мне лёгкий, почти невесомый поцелуй и шепнул:
— Мы найдём заговорщиков, луна моя. Накажем виновников, я обещаю. Завтра я буду ждать тебя на ступенях у южного входа, как солнце зайдёт за горизонт. А сейчас нам придётся расстаться. Потерять одну ночь. Всего одну.
— Хорошо, коварный мой, — сдалась я окончательно, — Жди, я принесу то, что ты велел. И, прошу тебя, Иоран, будь осторожен.
* * *Целительница Триссна видела дурной сон — последние дни её постоянно мучали кошмары. Эльфийка присела на край постели, смахнула со лба испарину, потянулась за снадобьем, что приготовила себе от бессонницы.
Отмерила двенадцать капель, но от испуга уронила ложку — в дверь тарабанили. Громко, неистово, остервенело.
В одну руку Триссна взяла оружие — короткий кинжал, что легко прятать за спиной, — другой медленно отворила дверь.
На пороге стояла человеческая женщина, Агнес, а вместе с ней её вольмодский протеже.
— Агнес… — эльфийка опешила, — В такой час?
— Впусти нас. Это срочно, — коротко бросила человечка.
Едва за спиной незваных гостей захлопнулась дверь, Триссна магией соорудила шумовую защиту — теперь никто посторонний их беседу не услышит.
— Триссна, ему известны имена, — человечка указала на своего спутника, — Имя отравителя и его сообщников. Возможно, не всех.
— И в чём проблема? — эльфийка покосилась на вольмондца, — Пусть расскажет тебе. Ты доложишь куда следует.
— Видишь ли, Триссна, — Агнес виновато развела руками, — Он отказывается мне говорить. Требует аудиенции королевы. Готов поведать свои знания, в обмен на жизнь и свободу.
— Да как ты смеешь! — Триссна смерила мужчину взглядом, будто он был ничтожным червяком, — А может мне лучше познакомить тебя с Арчи, а? Он хороший малый. Умеет развязывать языки.
— Не торопись, целитель, выбивать из меня правду, — без тени страха ответил мужчина шершавым голосом, — Лучше доставай из закромов своё пойло и веди к Её Величеству. Мне есть о чём потолковать с ней.
— Ты слишком наглый для вольмондца, — фыркнула эльфийка.
Целитель перевела взгляд на человечку и угрожающим тоном заключила:
— Хорошо, Агнес. Я отведу тебя к ней. А ты, чужеземец, — Триссна злобно зыркнула на мужчину, — Если твои слова ей не понравятся, ты вернёшься в храм без языка. А перед этим, — целитель скрежетнула зубами и указала пальцем на человеческую женщину, — Увидишь, как медленно и мучительно умирает она.
Глава 28
Глава 28
— А чего пол столицы сюда не притащили? Совсем сбрендили? — взревела Вейдайри при виде нас с Триссной в компании ошарашенного Иорана, узревшего чудо воскрешения, — Никак в конец ополоумели⁈
Триссна провела нас теми же тайными тропами во дворец к принцессе. Иорану целитель приказала завязать глаза и я вела его за руку, как слепого котёнка. Не всегда удачно, надо сказать. Пару раз бедолага ударился лбом о низкие своды подземного коридора.
Прямо сейчас мы все трое стояли перед Вейдайри на коленях, виновато опустив головы. Но истинного страха не было. В душе я ликовала.
Иоран мастерски опутал речами бывшего фаворита принцессы и узнал такое, за что и помилование выхлопотать не грех.
Первой заговорила Триссна.
— О, великая, — к разгневанной принцессе сейчас надлежало обращаться именно так, — Этот чужеземец заявил, будто знает имена заговорщиков и согласен назвать их только в обмен на жизнь и свободу.
— Мерзкий убогий червяк! — Вейдайри ударила кулаком по столу так, что мы трое разом подпрыгнули, — Как посмел ты ставить мне условия⁈
За спиной Её Высочества молчаливый тенью нависал Фабиан, супруг принцессы. И, клянусь, за эти дни он как будто возмужал. Вроде тот же тонкий звонкий юноша, но взгляд уверенный, осанка царственная и появилась эта непробиваемая эльфийская сдержанность, присущая его сородичам.
— Вейдайри, выслушай его, прошу… — я попыталась было встать на сторону моего дроу, но принцесса жестом остановила меня.
— Агнес, ты помнишь наш уговор, — жёлтые глаза сузились, — На какую милость ты рассчитывала, вознамерившись открыть чужеземцу мою тайну?
— Я не знал вашей тайны, — Иоран попытался меня оправдать, — Я просил аудиенции Её Величества. Агнес привела меня к целителю.
— Триссна? — взглянув на целительницу с недоумением, Вейдайри выгнула бровь.
— Что? — выплюнула эльфийка, — К королеве надо было его тащить⁈ Или, чтобы сдох под пытками? Он готов отвечать перед тобой под зельем правды. А ты сама решай — выпускать его отсюда живым или нет.
Краем глаза я заметила, как нежно, почти невесомо Фабиан коснулся плеча принцессы. Она раздражённо прикрыла веки, сделала глубокий вдох и, наконец, ответила:
— Встаньте. Обе.
Мы молча повиновались.
— А ты стой, как стоял, — Вейдайри рявкнула на Иорана, но он и так, кажется, от напряжения даже забывал дышать, — Пей зелье, раз сам захотел. И учти, — принцесса посмотрела угрожающе, — Я ничего не буду обещать тебе, вольмондец.
Иоран разом опрокинул содержимое склянки, поморщился, — вкус у зелья действительно премерзкий, — И с вызовом посмотрел на венценосную эльфийку. Без страха и смирения.
— Ты заявляешь, что тебе известно имя отравителя, — принцесса начала допрос, — Кто он и откуда сведения?
— Ваш бывший фаворит. Кажется, его звали Айнан, — ровным тоном отвечал дроу, — Он признался в содеянном, а я подслушал.
При упоминании Айнана скулы у светлого эльфа напряглись. Всего на какое-то мгновение, но я это уловила.
— Кто ещё слышал его признание? — вопросы Вейдайри звучали бесстрастно.
— Этот Айнан очень сожалел о содеянном, раскаивался. Просил жреца позволения стать добровольной жертвой на празднике. Агнес узнала об этом и попыталась отговорить от опрометчивого шага. Тогда фаворит и признался. Думал, что ей, человеческой женщине, никто не поверит.