Спасти дроу (СИ)
Законы Тхаэля ужасали, но среди людей мне больше не было места с тех самых пор, как меня приговорили к сожжению за колдовство. Женщина, владеющая магией — особенно магией огня — опасна для общества.
Свой дар я тщательно скрывала, никогда не использовала, никому не говорила.
Почти.
Знал лишь мой жених. Ныне покойный.
Нашёл, предатель, более выгодную партию и я стала ненужна.
О моём даре узнали. Поверили доносчику на слово — даже доказательств не потребовали.
А ведь я его, жениха бывшего, любила…
Помню, как в тот день я, связанная по рукам и ногам, чувствовала запах растопки, пропитанной смолой и маслом. Смотрела на собравшийся народ с ужасом и не узнавала ни друзей, ни соседей. Все с предвкушением ждали правосудия надо мной, выкрикивали оскорбления, радовались моим предстоящим мучениям.
И я возненавидела их.
Всем сердцем возненавидела.
Показательной казни не суждено было случиться — на наше поселение напали воины-дроу во главе с Вейдайри.
Меня освободили, и в благодарность я помогла эльфам закончить начатое — выпустила магию наружу и сожгла предателей напалмом.
Такая ирония — готовились отправить на костёр меня, а в итоге полыхали сами.
Разумеется эльфийское гостеприимство было не бесплатным — за спасение жизни я должна была отплатить верной службой и вот уже год была обязана Вейдайри своим спасением, а королеве-дроу — гостеприимством. Магия огня — единственный вид чар недоступный эльфам Тхаэля.
Сегодня меня отправили вместе с отрядом эльфийской принцессы в западные земли для сбора дани с подконтрольной Народу Солнца территории. Моя роль проста — стоять в сторонке и не отсвечивать, а в случае сопротивления — жечь. По приказу принцессы, разумеется.
— Здесь не всё, — пересчитав предоставленные золото, шкуры, зерно и рабов, обратилась к главе поселения Вейдайри, — Надурить меня вздумал⁈
Глаза её метали молнии, губы искривила усмешка. Один вид эльфийской воительницы приводил в ужас.
— У нас больше ничего нет, Ваше Высочество, — холодно отвечал представитель местной власти, пожилой мужчина с седой бородой и глубокими бороздами морщин.
Тёмная эльфийка зло прищурилась:
— Ты уверен?
— Уверен, Ваше Высочество.
— Агнес, — коротко скомандовал мне Вейдайри, — Напомни-ка им с кем имеют дело.
Я с хладнокровным видом запустила огненный шар в зернохранилище.
Сооружение полыхнуло. Яркие языки пламени взметнулись вверх, заискрили и стали извиваться в хаотичном танце. От испуга женщины заверещали, мужчины засуетились в попытках потушить пожар.
Теперь им придётся постараться, чтобы восполнить запас и не сдохнуть с голоду.
— Я спрошу ещё раз, — резким от нетерпения голосом повторила тёмная эльфийка, — Ты уверен, что больше у вас ничего нет?
Сжав кулаки глава поселения кивнул товарищу и к ногам принцессы упал ещё один увесистый кошель с золотом.
Вейдайри оглянулась, бросив мне одобрительный взгляд. Да, я знала, что она меня испытывала. Проверяла, не ослушаюсь ли приказа из сочувствия к сородичам. К людям.
Жалела ли я их? Разумеется жалела. Но я была твёрдо уверена — моё место теперь среди народа дроу, моих спасителей. Ради выслуги перед Вейдайри я готова спалить не одно поселение.
* * *— В этот раз ты снова порадовала меня, — спешившись с лошади тёмная эльфийка похлопала меня по плечу, — С таким сокровищем как ты наши дела пойдут ещё лучше.
Вейдайри, довольная добычей, чувствовала себя бодро и находилась в прекрасном расположении духа даже после целой ночи езды.
— Ты заслужила награду, — продолжила эльфийка, глядя на меня своими жёлтыми звериными глазами, — Сегодня я порадую тебя.
— Твоя похвала — лучшая награда — разминая затёкшие ноги, слабо увильнула я, — Мне бы прилечь.
Настроения не было. Как бы я не храбрилась — моя грязная работёнка заставляла бунтующую совесть пожирать меня с особым смаком.
— Передай мои распоряжения главному казначею, — Вейдайри протянула свиток с описанием всех учтённых сборов, — И можешь быть свободна.
До покоев я уже просто ползла. Пока разыскивала казначея по всему подземелью, пока брела в дальнюю комнатушку, выделенную в поместье принцессы, ноги превратились в два огромных свинцовых молота. Наверное, единственное о чём я могла думать — это о сне. Долгом, безмятежном, сладком… и, желательно, без сновидений.
А ещё о бане. Пыль и грязь въелась в кожу, стояла в носу и забилась под ногти. Ложиться в чистую постель в таком виде было с моей стороны натуральным свинством.
В покоях слуги уже любезно озаботились ванной. Горячая, душистая, пенистая так и манила меня в свои объятия. Слуг я отпустила и, оставшись одна, скинула наконец пыльные тряпки и погрузилась в ласкающую кожу негу.
Блаженство.
Здесь в подземелье мне не хватает аромата цветов, дуновения ветра, раскачивающего кроны деревьев, и мелодичного пения птиц — этого всего я надолго была лишена.
Но сегодня на столике стояло ароматное масло лаванды. В царстве дроу — очень редкое и дорогое. Не свежий букет цветов, конечно, но тоже неплохо.
Награда от принцессы? Я тронута!
После купания с удовольствием им намазалась. Втирала в кожу с особым наслаждением, а потом нырнула в чистую ночную сорочку и с блаженным видом поплыла в сторону кровати.
Дверь скрипнула, открывая передо мной полумрак комнаты.
— Дьявол! — подскочила я на месте от испуга, едва не уронив полотенце, — Что ты здесь делаешь?
Передо мной, склонив голову, стоял на коленях тот самый иссиня-серый эльф. Голый. С бантиком, повязанным вокруг его едва качнувшейся мужественности.
Ошарашенная я не сразу сообразила что к чему. А когда дошло — с ошалелым видом схватила с кровати платье и скрылась в ванной, хлопнув дверью.
Раздери тебя дьявол, Вейдайри! Тебя и твои грёбаные подарки!
Глава 3
Глава 3
Понятно от чего сердобольная принцесса решила вмешаться в мою личную жизнь: за этот год нас стала связывать крепкая дружба — насколько это возможно между особой королевских кровей и чужеземной беглянкой. Я преданно служила Вейдайри, обучалась, чему велели, на законы Тхаэля не роптала.
Принцессу уважали. Благодаря ей — уважали и меня.
Совсем недавно я поведала тёмной эльфийке слезливую историю предательства жениха и обманутых надежд. Вряд ли принцесса меня понимала — зачем страдать по обнаглевшему жениху, если можно быстро заменить его новым? Но Вейдайри быстро смекнула, добавила к моим словам год вынужденного целибата и вот он — Подарок с бантиком.
В ванной комнате я спешно натянула платье, схватила самое большое чистое хлопковое полотенце и вышла к своему нежданному гостю.
Эльф так и стоял на коленях с растерянным видом и продолжал изучать рисунок на полу.
— Держи, прикройся, — стараясь не мямлить, протянула ему полотенце, — Я сейчас пойду найду тебе одежду. Встань, пожалуйста.
Дроу поднял на меня глаза. Медовые бездонные глаза с узким змеиным зрачком. В них плескалось недоумение, смешанное с бесконечной усталостью. Знает о своей участи? Смирился и приказ явиться в мои покои принял безропотно и без всякого сопротивления?
— Бант снимать? — спросил он низким шершавым, как перекатывающаяся галька, голосом.
— Снимай, — с трудом совладав с собой ровным тоном ответила я, — И, раз уж ты мой гость — располагайся.
Я вылетела из комнаты, непреднамеренно хлопнув дверью. Перво-наперво необходимо было найти слуг, раздобыть бедолаге одежду, распорядиться о запоздалом обеде и лишь потом требовать объяснений от Вейдайри.
— Её Высочество отдыхает, — услыхала в ответ от охраны, стоя перед дверью в её покои, — Велено никого не пускать.
Да я уже и сама слышу…
Из покоев принцессы доносились вполне недвусмысленные звуки — стоны, томные охи-вздохи, скрип кровати, ходящей ходуном. Вот это выдержка у Вейдайри! После похода у неё ещё были силы на иного рода развлечения.