Грешные (СИ)

— Губу закатай, ловелас. — и отключился. Я невольно улыбнулся, вспоминая жену Гоши. Люся — маленькая пухленькая женщина, но до чего же хорошая.
Прикрыв глаза, я откинулся на спинку кресла. Позади послышались шаги, а вскоре моей руки кто-то коснулся. Мне не надо было гадать, чтобы узнать её.
Я поймал Леру за руку и резко открыл глаза. Девушка напугано смотрела на меня, замерев словно статуя.
— П-простите, я думала вы уснули с сигаретой в руках.
— Я не спал. — смотрю в её напуганные глаза и медленно тяну к соседнему креслу. — Присядь. — больше звучит как приказ, да и пофиг.
Лера садится и аккуратно вытаскивает свою руку из моей. Тушу окурок в пепельнице и отодвигаю её подальше. Лера наблюдает за мной, как за маньяком. Следит за каждым шагом, нервно заламывая пальцы на руках.
— То что ты сегодня увидела и услышала, было не правдой. Я никогда не поднимал руку на женщину, но Марина сама довела до этого. Она сказала то, чего не смеет говорить ни один человек.
— Она это из ревности. — вдруг подала голос Валерия. Я даже удивился. — Я понимаю, что её слова не могут быть правдой, поэтому можете не оправдываться.
— Ты уверенна? — спрашиваю, сжимая стакан в руке.
— Конечно. — отвечает так легко, словно точно знает ответ. — Это было бы подло и мерзко с вашей стороны.
— Что именно?
— Глеб Викторович, мы оба прекрасно понимаем, о чем я говорю.
— Откуда такая уверенность, Лера? — спрашиваю чуть подавшись вперед.
— Я не знаю, что у вас в голове, но не думаю, что вы бы позволили себе какое-то желание в сторону погибшего сына. Это было бы мерзко и отвратительно.
— Вот как. — усмехаюсь и поднимаюсь на ноги. Обхожу девушку сзади и наклоняюсь к её уху. — А если бы я кто-то другой желал тебя, как женщину? Это бы не было мерзко и отвратительно?
— Хватит. — подскакивает на ноги и поворачивается ко мне всем телом. — Я не собираюсь с вами обсуждать эту тему. Моя личная жизнь вас не касается.
— Да что ты? — зло прорычал я ей в ответ. — Ошибаешься. Ты жена моего сына и твоя жизнь теперь в моих руках.
— У вашего сына помимо меня была жена, вот её жизнь и возьмите в руки. А меня оставьте в покое. — она хотела пройти мимо, но я схватил её за талию и прижал к стене.
Мы оба тяжело дышали, находясь слишком близко друг к другу. Лера прожигала меня ненавистным взглядом, а я всячески сдерживал себя, чтобы не поцеловать её.
— Мне плевать кто там ещё был у Ильи, для меня главное ты и Захар. Его интрижки меня не интересуют.
— Что вам нужно от меня? Стройте свою жизнь, я справлюсь сама. Вашего сына больше нет, теперь я вам никто.
— Ничего ты не знаешь. — прошептал я ей в лицо. — Я не могу тебя отпустить, уже пробовал.
Лера поморщилась, учуяв от меня запах алкоголя. Я опустил голову и отошел от девушки.
— Иди спи. — рыкнул на нее.
На удивление, Лера не стала ничего говорить. Молча ушла, напоследок окинув ненавистным взглядом.
Знала бы она, насколько трудно мне контролировать себя рядом с ней…
  
Глава 5
 
Несмотря на то, что уснула я лишь под утро. Настроение было отличным, впервые за долгие месяцы. Этой ночью я пришла к тому, что не должна бросать свой салон, а уж тем более его продавать.
В день свадьбы, Илья подарил мне салон красоты. Небольшой, но очень уютный. А после похорон, я стала появляться там очень редко, оставляя всё на произвол. Девочки, что там работают, никогда меня не подводили и во всем поддерживали.
За эту ночь я решила, что должна жить дальше. Должна забыть Илью и отпустить. Я не была, как думала, для него любимой и единственной женой. Зато убивалась так, что чуть не погубила себя. Илья жил сам по себе, имея на стороне еще одного ребенка и жену. Тогда почему я должна убиваться всю жизнь, вспоминая их счастливые лица на фотографиях.
Я запросила у своего бухгалтера все документы на салон, отчеты и прочее. И забыв про завтрак, я засела с документами в комнате.
На удивление, все документы были в норме, и прибыль возросла в несколько раз за пол года. Вот что значит дружить со своими подчиненными.
 
Дернулась ручка двери и в комнату вошел Глеб Викторович. Я вопросительно выгнула бровь, наблюдая за потерянным мужчиной.
— Что-то случилось? — спросила я.
— Тебя не было на завтраке.
— Я знаю, у меня были дела. — мужчина перевел взгляд на бумажки, разложенные по всей кровати.
— Это что?
— Документация моего салона. — устало сказала я. Половину бумаг я никак не могла понять и расшифровать
— А что так тяжело отвечаешь? Есть какие-то проблемы?
— Ну в общем-то всё вроде бы в норме, но некоторые из бумаг не для моего ума. Завтра поеду к юристу, чтобы она мне все разъяснила.
— Зачем куда-то ездить? — тут же возмутился мужчина. — Я могу тебе помочь.
— Вы? — удивилась я. — Не стоит себя утруждать.
— Но сначала ты позавтракаешь. — тут же поставил условие мне он.
— А вы разве не болеете после вчерашнего? — сказала я и тут вспомнила его дыхание у себя на губах. Фу, Лера, о чем ты думаешь.
— На счет вчерашнего. — неуверенно начал Глеб Викторович. — Извини, если вдруг чем-то обидел.
— Вы сейчас извиняетесь передо мной? — не поверила я.
— Лера, перестань паясничать. — тут же рявкнул он и я пряча улыбку, замолчала. — Давай пока документы, я их в кабинете просмотрю, а ты иди поешь.
— Хорошо.
Вручив свекру стопку бумаг, я пошла на завтрак, а мужчина к себе в кабинет. Галина Тимофеевна сделала мне бутерброды, травяной чай и собиралась уходить.
— А вы куда это? — остановила я её. — Выпейте чаю вместе со мной?
— Ой, что ты Лерочка, я уже позавтракала. — запричитала женщина.
— Ага, знаю я вас. Нас накормите, а сами только водичку попиваете. Я не притронусь к еде, пока вы не скушаете со мной бутерброд и не выпьете стакан чая.
— Ох и лиса ты Лерочка. — улыбнулась женщина, н все же наполнила еще один стакан для себя.
— Я о вас забочусь, Галина Тимофеевна. — сказала я и откусила наивкуснейший бутерброд.
— Я уже старая, еда не лезет утрами.
— Вот. — отвечала я с полным ртом. — А завтракать нужно обязательно. Поэтому попробуйте самые лучшие в мире бутерброды.
— Не разговаривай с набитым ртом. — пригрозила мне женщина, а я лишь хихикнула.
Галина Тимофеевна работает в этом доме очень давно. Она вырастила Глеба Викторовича, а затем и Илью. Никто никогда не относился к ней, как к домработнице. Все любили её, как родную мать и я, в том числе. Мы подружились с ней в первый день знакомства и до сих пор.
Позавтракав и поболтав с Галиной Тимофеевной, я поднялась к сыну, поцеловала его, поиграла минут десять, а после пошла в кабинет к "дорогому" родственничку.
Постучалась и получив разрешение войти, прошла. Но не так легко оказалось находиться в кабинете покойного мужа. Воспоминания тут обухом ударили по голове. Я вспомнила наш секс на этом самом столе, вспомнила как я приносила ему ужин в кабинет и много других моментов, связанных с этим местом.
— Лер, ты в порядке? — послышался голос Глеба Викторовича. Я перевела на него растерянный взгляд.
— Может мы в гостиной посмотрим бумаги? — неуверенно предложила я. Мужчина несколько секунд смотрел мне в глаза, а затем обвел взглядом кабинет.
— Думаю будет лучше подняться на террасу. Не против? Тебе не помешает свежий воздух.
— Да, так будет лучше.
Мы поднялись на третий этаж, где располагалась застекленная терасса. Глеб Викторович сразу открыл окно и сел напротив меня в плетеное кресло.
— Я тут быстренько пробежался по твоим бумагам и нашел некоторые нарушения. Вот здесь… — он протянул мне один из документов. — Неправильно высчитывали проценты по закупке, а вот здесь. — И снова тянет мне листок в руки. — Здесь твой бухгалтер допустил какую-то ошибку. Это видимо пошло изначально, но она не заметила её. Сейчас нужно будет поднять документацию за последние пол года и смотреть, где ошибка. Прибыль должна быть по доходам больше.