Есть ли жизнь после льда? (СИ)

— Терпимо, — повторила мама слово по слогам, — что ж, начало положено, — добавила она бодро, а я лишь хмыкнула.
— Ладно, мам, мне ещё дойти надо до дома. Времени в обрез.
— Хорошо. До встречи, — ответила мама.
— Пока.
Я сбросила звонок.
— Алёна, давай обменяемся телефонами? Я тебя в чат класса добавлю, — предложила Аврора.
Я продиктовала ей номер и записала ее записной книжке по имени, потому что фамилию я не знала, а спросить было неудобно.
— Тебе в какую сторону? — спросила Валя, натягивая свой безмерный пуховик.
— Туда, — махнула я рукой.
— Ой, мне тоже туда! Пойдём я тебя провожу, — проверещала Аврора и подхватила меня за руку.
— Странно, что мы живем в одном доме, а никогда не встречались? — философски заметила Аврора.
— Я редко бывала дома. Иногда неделями сюда не приезжала. А если и бывала, то большую часть времени спала, — пожала плечами я.
— А ты планируешь… снова кататься? — замявшись, спросила Аврора.
Я глянула в ее светло-зелёные глаза и увидела неподдельное любопытство. Почему-то мне стало неуютно.
— Долго ждала, чтобы спросить? — грубо ответила я, отвернувшись.
— Шесть уроков! — рассмеялась Аврора, чем ввела меня в ступор, — ладно, я просто спросила. Не хочешь и не отвечай.
— Я не «не хочу». Я просто не знаю, — ответила я честно.
Аврора кивнула и сменила тему, переключаясь на домашнее задание по геометрии. Она говорила с таким воодушевлением, будто и нет ничего важнее на свете этого сложного предмета.
— Аврора, мне сюда, — указала я на подъезд.
— Можешь называть меня Рори или Ава, — улыбнулась она, — до завтра!
Аврора меня обняла и чмокнула в щеку, а затем развернулась и быстрым шагом пошла в сторону своего подъезда, я же стояла обескураженная таким наглым вторжением в мое личное пространство.
Дома я схватила большую папку со всеми моими анализами и снимками, вызвала такси и без каких-либо эмоций и надежд ехала к очередному доктору. Последний визит к врачу я не забуду никогда, он вызывает бурю эмоций даже сейчас. Я тихо возненавидела врача в ту же секунду, как услышала:
— Бросай это гиблое дело. Нет у тебя там будущего.
А говорил он про дело всей мой жизни — про фигурное катание! Мне хотелось плюнуть в лицо этому старому доктору, который решил, что у него есть квалификация, чтобы оценить, стою ли я чего-то в фигурном катании. Свою работу не может выполнить, а ещё на чужую посягает. После него я была на консультации ещё у двух докторов, оба рекомендовали в более мягкой форме закончить со спортом.
Пока ехала до больницы, успела накрутить себя так, что казалось пойдет дым из ушей. Я заранее начинала злиться и принимать оборонительную сторону. Может я это и понимаю это, но изменить не могу.
Улыбчивая девушка на ресепшене диагностического центра пыталась расположить меня к себе, но это было бесполезно, я была уже в своём вакууме.
— Добрый день, Алёна Дмитриевна, — официально поздоровалась со мной женщина-врач.
— Добрый день, Валерия Викторовна, — ответила ей я, — можно просто Алёна.
Она была приятной и улыбчивой. Я протянула ей папку, хотя предварительно она получила весь пакет копий документов по почте.
— Спасибо, — улыбнулась она, — Алёна, я уже посмотрела твои анализы. Сейчас я тебя отправлю на повторный снимок. Хочу посмотреть, что с ногой. Спину тоже посмотрим. Анализы пока брать не будем. После снимков будет видно.
Я кивнула.
— Сейчас приедет медсестра и тебя проводит. Когда снимки будут готовы, тебя пригласят ко мне.
Она была гораздо приятнее предыдущего престарелого врача. Тем более, что ее я нашла сама. На одном сайте я увидела отзыв о враче Савенковой Валерии Викторовны, которая помогла бедному парню встать на ноги. Отзыв был короткий, но такой въедающийся в память, что я стала искать информацию о ней ещё. Она была молодая (для врача) и рискованная (ее методы ободрялись не всеми коллегами), что в ней меня и привлекло. Но кто не рискует, тот не пьет шампанское! Хотя его вкуса я не знаю, потому что алкоголь в принципе не пробовала, но смысл пословицы мне ясен. В общем, мне импонировало именно это в докторе, и я уговорила родителей записать меня на приём к ней.
 
Я послушно ходила из кабинета в кабинет и выполняла все, что просили врачи. Хотя многого они и не просили: спокойно и неподвижно полежать только.
Я сидела в коридоре и ждала, когда будут готовы результаты и меня пригласят к Валерии Викторовне. Бесполезно листала новостную ленту социальной сети, злясь на каждый новостной пост о чемпионате мира по фигурному катанию.
Я никогда не радовалась падениям других спортсменов на соревнованиях, потому что знала, как это больно. Но сейчас, когда я в стенах больницы, а они счастливые на пьедестале, я не могла радоваться. Внутри все сжималось от обиды и злости.
— Проходите, — пригласила меня в кабинет молоденькая девочка, наверное, медсестра.
Как и полагается, врач сидела и смотрела на снимки, которые были прикреплены к специальной белой доске с подсветкой. Я молчала, но внутри все сжималось, только теперь от предвкушения, ожидания. Надежда. Одно слово, а какой большой смысл в нем!
— Ну что, Алёна, все не так плохо, — начала говорить доктор, а я вся напряглась и вытянулась, как струна, — нога заживает. Витамины пьешь?
Я кивнула.
— Рекомендую курс физиолечения и ещё выпишу тебе…
— А что со спиной? — перебила я.
— Кхм… Тут все сложнее. Не буду грузить тебя медицинскими терминами. Но у тебя нарушение статических функций позвоночника — патологическая подвижность позвонков, которая может привезти к повреждению спинного мозга.
— Это я уже слышала, — устало ответила я.
Она кивнула, о чем-то задумалась и продолжила:
— Как врач, я обязана тебе рассказать о рисках, но ты о них и так знаешь, и я должна рекомендовать завершить карьеру в большом спорте. Но, как бывшая спортсменка, — она улыбнулась, — я понимаю, что такой вариант тебя не устроит.
Я вся собралась и впилась в нее взглядом.
— Мы можем попробовать лечить консервативными методами, это наилучший вариант для твоего здоровья. Но я тебе предлагаю операцию — мы поставим два импланта и соединим их пластиной, которые помогут укрепить твой позвоночник.
Мне хотелось тут же закричать — да! Ура! Я согласна! Но я была так ошарашена, что язык прилип к небу, а я лишь кивала, как болванчик, не в силах произнести и слова.
— Но Алёна, любое вмешательство — это риск. Ты должна понимать, что после этой операции будет долгое восстановление. Ты сможешь вернуться к тренировкам, но объективно при больших нагрузках, максимум… это три года в спорте, и то, если ты регулярно будешь проходить диагностику и профилактическое лечение.
— Я согласна! — выпалила я без раздумий.
— Не так быстро, — ответила добродушно врач, — беседу с твоими родителями никто не отменял. А ещё анализы…
— Они будут согласны! — уверено заявляю я.
— Посмотрим, — уклончиво отвечает врач.
Окрыленная я ковыляю на улицу, не ощущая боли. Хотела вызвать такси домой, но передумала. Прошу отвезти меня в школу фигурного катания «Звездные». Знаю, что мой тренер вернулся вчера после чемпионата мира. Уверена, что она уже на вечерней тренировке.
Прохожу все коридоры и с замиранием сердца открываю последнюю дверь, ведущую на каток. Медленно подхожу ближе, замечая совсем маленьких детей на льду, но в нос сразу ударяет запах катка. Не знаю даже как объяснить, чем пахнет искусственный лед. Но этот запах у меня ассоциируется с безграничным счастьем, свободой… и болью, травмами, переживаниями. Может, я мазохистка, но это мой любимый запах!
Я встала за бортиком и наблюдала за тренировкой. Как же мне хотелось тоже выскочить и скользить. Умирать от усталости и радоваться новому получившемуся элементу. Я молча наблюдала, как катаются другие дети, а душа моя омывалась слезами.
Тренировка закончилась буквально через минут десять. Елизавета Владимировна каждому дала наставления и отпустила со льда. Выбегающие с катка малыши со мной здоровались, тогда то и заметила меня она. Я видела даже с большого расстояния, как нахмурились ее брови.