Есть ли жизнь после льда? (СИ)

— Не знаю. Я отучилась всего пять дней. Обычные ребята, — честно ответила я, — Лика, а у тебя парень есть?
Девчонки переглянулись.
— Тебя же никогда не интересовал чужая личная жизнь. Что случилась, Алёнка? — подтрунировала надо мной Лера.
— Девочки, за стол! — позвала нас мама.
Я так и не ответила на этот вопрос, хотя в голове своей пыталась найти ответ. Потому что мне вдруг стало интересно? Потому что у меня столько свободного времени, что я стала думать ещё о чем-то?
Вечер протекал привычно за девичьим звонким смехом, разговорами и рассказами. О работе, учебе, общих знакомых. Обсуждали музыку и книги, спорили о значении того или иного слова, смеялись над рассказами Леры о ее новых подопечных. Наш такой привычный и в тоже время необычный вечер. Необычный, наверное, потому что я впервые слушала во все уши, а не думала о катке или коньках в голове, не продумывала, как я сделаю тот или иной элемент, не прокручивала в голове фрагменты музыки, на которые ставлю новый танец.
Только сегодня я подумала о том, что ни одна из сестер не обсуждает свою личную жизнь. Я даже не знаю, встречаются ли они с кем-то. Наверное, мне стоит чаще интересоваться их личной жизнью.
Дождавшись удобного момента, я начала методично рассказывать отцу о враче и ее предложении. Я старалась, как можно красочнее описать все, что чувствую, но получалось все равно не так, как задумала. Свои эмоции проявлять на людях я не привыкла, даже если это самые близкие и родные.
Папа переглянулся с мамой. К сожалению, я знала, что это значит, но не подала вида.
— Алёна… — начал отец, но я перебила.
— Нет, папа. Я не маленькая уже, мне через неделю исполнится шестнадцать. Я знаю, чего я хочу. Я хочу операцию, — я пыталась говорить бодро, но голос все равно дрожал.
Не умею я владеть своими эмоциями на сто процентов.
— Я тебя услышал, милая. Но… Пойми, для нас лучше, чтобы ты имела возможность ходить, а не призрачный шанс кататься.
— Я почитала про риски. Процент летального исхода или инвалидность очень низкая, — упрямилась я.
— Сколько? — вмешалась мама, а сестры молчали.
— Пятнадцать процентов, — легко ответила я.
— Это очень много! — возразила Лера, на которую я лишь кинула злой взгляд.
— Она права, — кивнула мама.
— Алёна, этот разговор бесполезен, мы против, — закончил папа.
Не такого исхода я ожидала, поэтому сначала растерялась. Но собралась и начала почти кричать о доводах в пользу операции, но меня никто не слышал. Только Саша вздохнула и просила подумать родителей, но они были категоричны как никогда.
Я психанула. Резко вскочила и ушла в свою комнату, громко хлопнув дверью. По очереди ко мне пытались пробиться мама, а потом Саша, но я была так зла, что не открыла обеим. В этот момент я радовалась, что у меня есть замок на двери спальни.
Думая, чем себя занять, я схватила телефон.
«Ты занят?» — написала я Егору.
Сначала хотела написать Авроре, но передумала. Она попытается забраться под кожу и разобраться в причинах моего плохого настроения, а мне это не нужно. Вообще, я впервые, пожалуй, пишу парню, ради общения, а не по какой-либо официальной причине. Отгоняю от себя мысли, что кроме моих одноклассников и сестер, мне написать больше и некому.
Ответ пришел минут через десять.
«Освобожусь через полчаса. Есть предложения?»
Я задумалась, что ответить.
«Хочу сбежать из дома.»
«Помогу.»
Я горько улыбнулась. Мне нужно провериться, иначе сорвусь снова и наговорю лишнего. Они не понимают, что рушат мои мечты. Мечтать о чем-то другом я пока не научилась. Да и не хочу учиться. Тем более я не сказала родителям о том, что уже нашла информацию о том, что могу сделать эту операцию без их согласия. Мне уже шестнадцать и я могу принимать решения, но мне хотелось их одобрения и поддержки.
Ровно через полчаса Егор написал:
«Выходи.»
Уйти незаметно у меня не получится, на это я даже не рассчитывала. Поэтому вдохнув полной грудью, я вышла из своей комнаты, уже переодетая в джинсы и толстовку. Сама зашла на кухню, в которой осталась Саша и родители, Лера и Лика, видимо, ушли по своим комнатам.
 
Все резко замолчали и подняли глаза на меня.
— Я пойду погулять, — сообщила я всем.
— С кем? Куда? — почти одновременно спросили родители.
— С одноклассником, — ответила я, ощущая какое-то странное чувство «дежавю».
Я опять сбегаю к Егору.
— Кто такой? — взревел папа.
— Мне просто нужно провериться и пожаловаться, — усмехнулась я, — на вас.
— Пусть идет, — сказала Саша родителям, — тем более сами же хотели, чтобы она стала обычным подростком.
Родители ничего не ответили, но не остановили, когда я развернулась и пошла к выходу.
  
Глава 7
 
Алёна
Сегодня весь день шел снег, но температура воздуха была чуть выше нуля. Поэтому снег таял, оставляя на дорогах слякоть, в которой утопали ботинки. Было скользко, поэтому я сама взяла Егора под руку.
Мы шли медленно в никуда. Просто бродили по пешеходным дорожкам, заруливая во дворы на детские площадки. Между нами чувствовалось некая неловкость, хотя может быть, это ощущала только я. Мне было непривычно идти под руку с парнем. Непривычно даже просто гулять, никуда не спеша.
Мы тихо переговаривались, в основном я задавала вопросы о школе, одноклассниках, учителях. Егор охотно отвечал. Иногда он меня спрашивал о чем-то, я также старалась ответить максимально честно.
Погода была отличная, снег продолжать укутывать город в белое покрывало. Даже слякоть под ногами не раздражала. Зимний теплый день. Не хватало разве что солнца, но его вообще в столице мало. Всегда облачно. Я успокоилась, расслабилась и позабыла уже о своем конфликте с родителями. Как вдруг…
Егору на телефон пришло сообщение. Он достал телефон из кармана и повернул экран, а я сразу увидела от кого оно. Наверное, это было неконтролируемое любопытство. Сообщение пришло от группы.
Группа в чате называлась «спор и ставки», а сообщение пришло от нашего одноклассника Димы с текстом: «Сафронова?».
Подглядывать я не собиралась, как-то само собой получилось, но у меня сразу не приятно начало сосать под ложечкой. А страх мгновенно пополз по моему телу, заставляя окаменеть все конечности. Я остановилась и сделала шаг назад от одноклассника. Егор телефон убрал обратно в карман.
— Вы на меня поспорили? — спросила я.
Мысленно стукнула себя по голове за то, что не могу удержать язык за зубами, говорю сразу все, что думаю. Пока Егор удивлённо смотрел на меня, складывая в голове дважды два, я не могла поверить, что споры в жизни на людей до сих пор существуют. Я думала такое только в книгах или в кино.
— Нет, — ответил четко он, прямо смотря в мои глаза.
Верила ли я? Не знаю. Возможно, я сделала поспешные выводы, но что-то не сходилось.
— Я видела название группы, — упрямо поджала губы я.
— Может это ставки на спорт? — расплылся в наглой улыбке Егор.
— Да уж конечно! — всплеснула руками я, развернулась и пошла в сторону качели.
Опору свою я потеряла, вернее сама отпустила, поэтому мне необходимо было присесть. Егор шел за мной, не отставая, и встал напротив, как только я села на качели.
— Не стыдно? — спросила я с укором.
— Нет, — рассмеялся Егор.
— И что на кону? — почти безразлично спросила я.
— Я на тебя не спорил. Блин. Да вообще никто ни на кого не спорит из одноклассников, это… прошлый век какой-то. Дичь же, — развел руками Егор.
— Тогда покажи, — попросила я.
— Нет, — нехотя ответил он.
— Значит, я права, — уверилась я в своей догадке.
— Блин, Алёна… Не все так, как кажется.
— Ага, — фыркнула я, задумываясь почему ещё не ушла.
Не хотелось идти домой, наверное. А ещё я хотела сразу понять, что не так с Егором. Я читала много ужасов, которые приходится переносить новеньким, но ко мне в школе все отнеслись хорошо или равнодушно. Причина этого начинала маячить перед глазами. Неприятно было, но не критично, чтобы резко развернуться и сбежать.