Танец огня (СИ)

— Вправо, — я кивнула.
— Ну, смотри, — лодка дернулась из-за рывков паруса, словно ей не терпелось отправиться в путь, и подруга сняла ноги с педалей, дав ей свободу.
Мы долго неслись по песчаным холмам, не видя ничего, кроме пустыни. Зая начинала нервничать — об этом мне говорили ее плотно сжатые губы и резкие, выдающие раздражение, движения. Привычное чувство вины вновь завладело душой. Выходит, ошиблась, нет тут ничего. Ведь не зря говорят, лкеса парами не ходит.
Я вздохнула и облизала сухие губы. В горле саднило от сухости и песка. Еще бы маленький глоточек живительной влаги! Но просить не осмелюсь, не заслужила.
— Ошиблась ты, Тощая. — Пробурчала Зи. — Надо…
— Подожди! — перебила я.
Вытянула шею, вглядываясь вдаль. Показалось? Но уверена была, что… Аххх! Боюсь моргать, вдруг все пропадет?
— Ты чего, Макила?
— Подожди!
— Вот странная ты, как ни крути.
И пусть странная! Я улыбнулась. Если то, что сейчас вижу, не мираж… Проверим. Закрыла глаза. Открыла. Здесь они, на месте!
— Смотри! — мой палец указал на горизонт.
Из розовой дымки, прикрывающей его, один за другим выскакивали шары лкеса самых разных размеров — и гиганты больше нашей лодки, и крохи россыпью, которые стали видны только когда мы подобрались поближе. И так много!
— Геенна огненная! — ахнула Зая. — Не иначе, у демона какого-то целиком плантацию сдуло! — подруга грохнула смехом на всю пустыню. — Тощая, говорю же, лкеса к тебе липнет! Вот это удача! — она похлопала меня по плечу, на радостях свалив с ног. — Вставай, давай урожай собирать! Да побыстрее, потом еще в стан скатаем, вернемся с подмогой!
ЗОЯРА
Он пришел, когда рядом никого не было. Я сидела на обрыве, свесив ноги вниз, и вглядывалась в плантацию лкесы. Черные шары разного размера слегка шевелились из-за ветра, что прилетал из пустыни. Он продувал их насквозь, скользя между переплетениями веточек, и словно звал с собой, на свободу.
Иногда, поддавшись на его уговоры, с краю отрывался один шар. Неугомонный ветер подхватывал бегунка, который несся прочь от плантации, подпрыгивая на песчаных холмах, и они вместе летели вперед.
Но свобода была недолгой. В этом и заключалась работа «смотрителя» — увидеть беглеца и дать знать работникам плантации, которые копошились неподалеку, замачивая в вонючих чанах собранный лкеса, который после выделки станет тканью, доступной лишь самым зажиточным демонам.
— Ияр! — вскочив, прокричала я. — Бегунок!
Брат поставил на песок бадью с мочой, которую нужно было долить в чан, мотнул головой, откидывая челку медного цвета, которая падала на глаза, и посмотрел на меня. Как всегда, привычно удивилась, видя его мощное, совсем уже мужское тело. Мы погодки, но я все еще щуплая девчонка, которая постоянно слышит шутки типа «эй, когда же вырастут твои сиськи, демоница?».
Когда указала направление, Ияр кивнул и побежал к лодке. Мигом поставил парус, который надулся и сорвал небольшое суденышко с места. На моих губах заиграла улыбка. Догонит. Никуда этот бегунок не денется. Брат загарпунит его, вернет домой и этот смельчак отправится в переработку.
— Ты любишь брата? — раздался сзади вкрадчивый голос.
Я так резко обернулась, что на мгновение мои же черные волосы до плеч закрыли лицо. Мягкие пальцы отвели пряди в стороны, открыв взгляду зеленоглазого шатена. Слишком красивый, чтобы быть простым демоном. Да и держится так, будто весь мир принадлежит ему. А уж одет! Мне-то несложно распознать черную ткань тончайшей выделки, она стоит больше, чем сотня таких, как я или даже Ияр.
— Кто вы? — прошептали внезапно пересохшие губы.
— Не это важно.
— А что тогда? — в животе завозилась тревога. Так хочется улизнуть от этого типа! Но некуда, сзади обрыв.
— Повторю вопрос. — Он усмехнулся. — Ты любишь своего брата?
— Д-да.
— Боишься? Правильно, детка. Я — Архидьявол Абигор.
— Ось бытия! — потрясенно выдохнули мои губы. Один их четырех ближайших соратников самого Люцифера!
— А еще — лучший любовник ада! — мужчина горделиво выпятил грудь, глянул на меня, проверяя, произвел ли то впечатление, на которое рассчитывал, и разочарованно махнул рукой. — Куда тебе, ты еще дитя.
 
— Вовсе нет. — Пробормотала я.
— Дерзишь? — Абигор одобрительно хмыкнул. — Может, из тебя и выйдет толк, крошка. Кстати, об этом. Слушай меня внимательно. — Зеленые глаза засверкали. — Сегодня ночью вызовись смотреть за плантацией.
— Но…
— Цыц! — Архидьявол вскинул руку. — Еще раз посмеешь перебить, полетишь с обрыва. Поняла?
— Д-да. — Затаила дыхание. Гад явно не шутил.
— Когда все уснут, ты уберешь заграждения.
Я открыла рот, но вспомнила угрозу и тут же закрыла его.
— Учишься на ошибках, умница. Да, если загородок не будет, лкеса ветром унесет в пустыню. Именно этого я и хочу. Заметь — очень хочу. Если к утру плантация не опустеет, твой брат умрет. Если хоть кому-то расскажешь о нашем разговоре — брат умрет. Поведаешь ему о моем визите — он не жилец. Поняла?
Горло сжало из-за подступивших слез. Ответить не смогла, только кивнула.
— Теперь говори, разрешаю.
— Ч-что… — сипло выдавила из себя я, — что будет со мной и братом?
— Если все сделаешь правильно, он останется жив и будет дальше работать на плантации. Если ее не закроют. — Он усмехнулся. — Тогда возьму его к себе на работу. И тебя тоже. А теперь прекрати реветь.
Он положил ладони на мои плечи и развернул лицом к обрыву. На мгновение показалось, что Абигору очень хочется столкнуть меня вниз. Но я была ему нужна. Поэтому Архидьявол склонился к моему уху и прошептал:
— Смотри, вон еще один бегунок поскакал в пустыню. Шустро улепетывает, мерзавец. Вот только его все равно догонят и утопят в чане с мочой и кровью. Если не хочешь такой же участи для себя и брата, даже не думай о побеге, крошка. Будь умнее.
Я старалась быть умнее, как и сказал мерзавец Абигор. Перебрала в уме все варианты и приуныла. Как ни крути, есть только один — сделать все так, как он сказал. Это тоже не гарантирует, что потом нас с братом не утопят в чане с мочой, но так хоть надежда есть.
Я вызвалась смотреть за плантацией ночью, как и было велено. Дождалась, когда все, утомленные работой, расползлись по баракам, и спустилась с обрыва по шаткой лесенке. Лкеса мирно сидел в загородке из плетеных заграждений. Все крепко связано, как всегда.
— Ты чего там делаешь, Зоя? — голос брата заставил меня подпрыгнуть. Ось бытия, я едва не подавилась собственным сердцем, которое с перепугу скакнуло прямо в рот!
Зоя… Так мама звала, пока еще жива была. Теперь только Ияр и остался. Но у других и того нет, все одиночки. А мы заботимся друг о друге.
— Проверяю. — Буркнула я, когда он подошел ближе.
— Фу ты, ну ты! — он рассмеялся и дернул за косу, которая вилась по моей спине до самой попы. — Какая важная стала! Вся из себя! Скоро госпожой Зоярой величать тебя будем!
— Ха-ха-ха! — попыталась изобразить язвительный смех. — Иди уже спать, не шатайся тут, работать мешаешь.
— Ладно, уговорила. — Брат улыбнулся. — Но если что, тут же буди!
Я с тоской посмотрела ему вслед, борясь с желанием догнать и все рассказать. Но перед глазами встало лицо Архидьявола. «Поведаешь ему о моем визите — он не жилец». Обхватила себя руками. Тело била дрожь. И виной тому явлалась вовсе не ночная прохлада, что опускалась из-под купола вниз.
Труднее всего было справиться с узлами, которые скрепляли загородки между собой. Поняла, что моих сил не хватит, сбегала за ножом. Веревки, скрученные из того же лкесы — самого жесткого, даже разрезать оказалось сложно. Я пилила их, пыхтела и обливалась потом, как сосед Ияра по бараку. Роняла заграждение одно за другим, пока последнее не упало на песок.
 
Отошла в сторону, глядя на то, что натворила. Ладони полыхали огнем. Перевела взгляд на них — вздувшиеся волдыри лопнули, обнажив красную плоть. Это не важно. Чтобы уменьшить боль, подставила руки прохладному ветру, что дул из пустыни.