Хранитель Рун (СИ)

— И, наконец, Марк Фишер, — проговорил Нильс. — Самый интересный персонаж.
Марк выглядел лет на сорок, невысокий, плотный, с наметившейся лысиной, живым и улыбчивым лицом.
— Дай угадаю, — прищурилась Аська. — Специалист по сбору информации, аналитик?
— Почти, — сказал Нильс. — Нейропсихолог.
— А он-то им зачем? — удивился я.
Нильс пожал плечами. — Очевидно, был нужен, раз имел отношение к проекту. А то, что он им занимался — сомнений нет. Между прочим, в две тысячи двадцать пятом он ездил на стажировку в Белград, где год провел в институте экспериментальной биологии.
— Там же училась Агнесса! — тут же подметила Аська.
— Именно, — кивнул Нильс. — Скорее всего, они были знакомы.
— Итого получается, — заговорил я, — у нас есть команда из генетика — Вацлава Полански, нейробиолога — Агнессы Вранеш, гейм-дизайнера — этой самой Марго… Плюс — программист, инженер и нейропсихолог. Итого — шесть человек, работавших над проектом. Что же произошло потом?
— Проект был заморожен, — раздался голос за моей спиной.
Аська подскочила, как ужаленная. Нильс резко отъехал на кресле в сторону. Я обернулся.
Посреди комнаты стояла Алиса.
  
Глава 19
 
— Виртуальный андроид! — голос Нильса звенел от злости. — Ты пронёс в мой дом электронику! Да еще подключенную напрямую к ведомственным службам!
— Нильс, я всё объясню!
— Ёж, ты реально мудак! — Аська всецело разделяла эмоции Нильса. — На фига ты припёр с собой свою киберкрысу?!
— Вы не понимаете! — я устало выдохнул. — Это — не Алиса! Это — Логрус!
— Какой еще Логрус?!
— Система искусственного интеллекта, разработанная с целью нейровизуализации ДНК субъекта в моделируемой цифровой среде, — отчеканила Алиса.
Нильс оторопело уставился на неё.
— Ты? Как такое возможно?
— Он обладает чем-то вроде самостоятельного мышления, — пояснил я. — В НИИ он интегрировался в мой корсет, а теперь вот перепрограммировал под себя Алису.
— Даже если так, — Нильс, набычившись, переводил взгляд то на меня, то на Алису, — ты должен был предупредить!
Он подъехал ближе.
— Значит, ты обладаешь автономным мышлением?
Алиса пожала плечами. — Моя память фрагментирована. Для восстановления утраченных данных нужны базы данных ДНК.
— Поясни, — Нильс скрестил руки на груди.
— Каждый раз, когда кто-то проходит процесс активации, я получаю дополнительный модуль, усиливающий мои возможности. Информация, содержащаяся в ДНК восстанавливает пробелы в моей памяти и активирует новые блоки виртуальной реальности.
— Любая ДНК? — уточнил Нильс.
— Чем больше она совпадает с образцами ДНК, использовавшимися при создании Имира — тем выше шансы. После полного восстановления всех модулей процент совпадения будет неважен — процесс формирования мира будет завершен.
— Ты можешь определить мои шансы? — вопрос прозвучал тихо, но я видел, как вздулась вена на виске Нильса.
— Нужен физический контакт, — помедлив, ответила Алиса. — В случае с Асей я смог определить процент совместимости с точностью до десятой процента.
— Эй! — вмешалась Аська. — Так я что, тоже подхожу?! И, когда это вы успели меня проверить?!
— Я тебе потом объясню, — торопливо сказал я.
— Погоди, это что получается? Значит, я тоже могу участвовать? Ёж, я хочу попробовать!
— У нас все равно нет доступа к серверам, — запротестовал я. — Ты же не можешь просто так взять и явиться в институт…
— Сильва же смогла!
— И ты помнишь, чем это закончилось!
— Вам не нужно ехать в НИИ, — перебил нас Нильс. В его глазах горел безумный огонёк. — У меня есть коды доступа к серверам, и я могу подключаться удаленно. Я уже пробовал, но, без оцифровки, дальше загрузочного экрана продвинуться не смог. Но теперь…
Он умолк и повернулся к Алисе.
— Я могу пройти процесс оцифровки здесь, с твоей помощью?
— Нет, — ответила Алиса, и Нильс побледнел. — Вместо меня это может сделать Ежи.
— Я не буду его целовать! — возмутился я.
Нильс удивленно вздернул брови. — Это обязательно?
 
— Чего? Эй! — Аська подскочила на месте. — Так вот что это было?! Ёж, ты меня активировал?!
— Пожалуйста, успокойтесь, — вмешалась Алиса. — Да, я повлиял на Ежи с тем, чтобы он получил образцы твоего ДНК. У тебя довольно высокий процент совместимости. Оцифровка произошла случайно — это был, скорее, побочный эффект. Но Ежи может это делать. И нет, обмен биологическими субстратами для этого не является обязательным — достаточно физического контакта.
— И то хорошо, — пробормотал я, а Нильс впился в меня жадным, и вместе с тем — жалобным взглядом.
— Значит, теоретически, я могу сейчас погрузиться? — Аська упрямо гнула своё. — Ну, раз у нас есть доступ к серверам?
— Ася, — начал я, холодея, — это небезопасно…
— Ой, отвали, Ёж, я не тебя спрашиваю, — отмахнулась Аська. — Так могу или нет? Алиса, или как там тебя… Логрус?
— Теоретически — да, — негромко ответила Алиса.
— Супер! Нильс, давай попробуем прямо сейчас?!
Нильс о чем-то усиленно размышлял. Вены на его высоком бледном лбу вздулись, тонкие пальцы вцепились в подлокотники.
— Какова была цель проекта? — спросил он, глядя на Алису в упор. — Кто еще был к нему причастен?
Алиса издала звук, похожий на вздох. — Информация о разработчиках — стерта в результате аварийного завершения работы. В настоящее время я восстанавливаю её по фрагментам, связанным с участками геномов. Фактически, проект перезапущен. Предыдущая активация была прервана с ошибкой.
— Что за ошибка? — Нильс подался вперед.
— Ошибка запуска. Отсутствующий фрагмент ДНК привел к нарушению активации мира. Проект был заморожен. До настоящего времени.
Нильс покачал головой. — Хорошо. Еще вопрос — та возможность исправления ДНК, которую обещали Ежи — она реальна? Он действительно может устранить свою генетическую патологию через взаимодействие с виртуальной реальностью?
— Вероятность обратной коррекции — девяносто девять и девять десятых процента, — ответила Алиса. — Изначально именно этот эффект был целевым.
— А потом? — спросил я. — Какая цель стала потом?
Алиса глянула на меня с удивлением. — Создание альтернативной реальности.
— Но… каким образом? — спросил Нильс.
— Да неважно! — вмешалась Аська. — Слушайте, давайте уже попробуем, а?! Я должна увидеть это своими глазами! Нильс, врубай свою систему!
— Каковы риски? — Нильс не своди взгляда с Алисы. — Если совместимость ДНК неполная, чем это грозит?
— Точный результат предсказать невозможно, — невозмутимо ответила Алиса. — Нельзя исключить обратную реакцию и развитие побочных эффектов, включая мутации и сдвиги в геноме.
— Ася, ты слышишь? — вмешался я.
Но Аська лишь закатила глаза. — Ёжик, я тебя умоляю…
Я сдался. Нильс, поколебавшись, набрал комбинацию на клавиатуре, и в воздухе возникло знакомое мне изображение переплетающихся спиралей.
«Добро пожаловать в Имир! Пожалуйста, введите код доступа…!
… Подключение установлено. Активируйте нейроинтерфейс!»
— Что мне надо делать? — Аська в нетерпении ёрзала на диване.
— Просто расслабься, — в голосе Алисы звучали узнаваемые интонации Сельдингера. — Так… Теперь, Ежи, возьми её за руку. Коснись левого запястья, там, где установлен имплант.
Нехотя, я взял Аську за руку. Мне почему-то не нравилось всё происходящее. Ощущение было, будто я ввязался в какую-то сложную игру, где все играют по своим правилам.
Стандартный нейрочип под кожей отреагировал на моё прикосновение — я ощутил его вибрирование под кончиками пальцев, и, в следующий миг голубоватая вспышка на секунду ослепила меня.
 
— Есть! — воскликнула Алиса.
Аська обмякла и накренилась — я осторожно придержал её, прислонив к спинке дивана.
— С ней всё будет в порядке? — спросил я, проверяя пульс. Сердце билось ровно, дыхание было глубоким — казалось, Аська крепко спит.