В отражении глаз цвета неба (СИ)

- Может мне не ходить – от нарисованной Ольгой перспективы, желудок завязался узлом и немного затошнило.
- Не переживай вы там не надолго, максимум полчаса – совершенно уверенно и спокойно произнесла Оля.
- Почему ты так решила?
- Потому что Евгений Борисович, сойдёт с ума от ревности. Он не выдержит мужских взглядов на тебе.
- Не говори глупости. Ему нет до меня дела – я покраснела, как помидор, и опустила взгляд в чашку с чаем, теребя пальцами фантик от конфеты.
- Есть ему до тебя дело, и ты об этом знаешь – улыбаясь, ответила она.
- Он женат – напомнила я, скорее себе, нежели собеседнице.
- С такой женой можно смело себя чувствовать вдовцом. Она его никогда не любила, и тем более не была верна. Евгений Борисович любил ее, это да. Но даже на нее он никогда не смотрел, так как на тебя. Тебя он боится.
- Скажешь, тоже, боится – я усмехнулась, вспомнив, каким наглым и непрошибаемым нахалом он был в начале нашего знакомства.
- Он боится потерять тебя.
Женя
Я в течение дня не звонил ни разу домой, а мне хотелось бы услышать ее голос в трубке телефона. Еще хотелось надрать девчонке пятую точку, за то, что не позавтракала вовремя. Только Бог знает, каких усилий мне стоило не сорваться и не приехать домой. Я знал, что девчонка меня испытывает, она делает это специально, значит скучает. И от этой мысли стало так тепло и хорошо. Пару раз набирал ее номер, но отключался до первого гудка.
Не дождавшись окончания рабочего дня, я сбежал из офиса на час раньше. Убедив себя, в том, что мне необходимо время для подготовки к вечеру. Хотя, Ольга уже давно все приготовила и мне необходимо на смену костюма всего лишь пятнадцать минут. Но… к чему врать самому себе… я хочу ее видеть. Прямо сейчас.
Открыв входную дверь своим ключом, я, пытаясь остаться незамеченным, поднялся в ее спальню, оставив свой кейс на ступеньке лестницы. Дернув дверную ручку от себя, я вошел в спальню. В комнате никого не было, в воздухе лишь витал аромат ее духов, аромат орхидеи был чуть уловим и тем самым, безумно манящим. Из ванной доносился звук льющейся воды, значит она в душе. Подожду. Сегодня я окончательно обнаглел или осмелел, я еще не решил, как назвать мой поступок. Но из спальни я не вышел. Присел на кресло, сняв перед этим пиджак, и расстегнул две верхние пуговицы на рубашке.
Она вышла через семь минут. Тело обернуто в полотенце, вторым полотенцем она просушивала волосы, наклонив голову вперед. Я остаюсь для нее незамеченным. И не спешу обнаружить себя. Она подходит к большому зеркалу в полный рост и выпрямляется перед ним. Волосы, слегка завиваясь, опустились на обнаженную спину. И в этот момент полотенце, которое еще пару минут назад облегало ее тело, спадает к ее ногам.
Я присвистнул. Не удержался. Уж слишком возбуждающим было это действо.
Аня замерла, мне показалось, что она даже не дышит. Обхватила свою грудь руками, пытаясь прикрыться. Поздно. Я уже все увидел в отражении зеркала. Она продолжает так стоять, а я сижу и пялюсь на нее, не смея пошевелиться.
Ее оцепенение проходит через пару минут, и она пулей рванула обратно в ванну. Я молча беру с кровати халатик и направляюсь к двери в ванную комнату. Открывать не стал, постучал.
- Аня, возьми халат.
Пару секунд, длиною в вечность. Дверь приоткрывается и в щель Аня протягивает руку. Так и хочется дернуть ее, за эту ручку, прижать к себе, целовать, ласкать, взять на руки и в постельку… Я даже посчитал, сколько шагов до кровати. Но вместо этого, я вкладываю в ее ладошку черный шелк.
Я не отхожу от дверного проема. Жду. Дверь открывается, и Аня проходит мимо меня в комнату. Ну, не совсем мимо. Ей пришлось практически вплотную прижаться ко мне, чтобы выйти из ванной комнаты. Эх, не зря я удрал с работы. Ради таких моментов я готов каждый день укорачивать свой рабочий день, или вообще на работу не ходить.
- Ты готова к вечеру? Платье купила?
- Да.
- Можно посмотреть?
-Нет.
- Почему? – а девушка не расположена к общению. Интересно, что способствует этому: стыдливость или возбуждение? Вот бы проверить? Так и хочется прикоснуться к сокровенному. Меня буквально простреливает возбуждение. И она это видит, потому что скрыть эрегированный орган невозможно.
 
- Выйди, пожалуйста, мне необходимо переодеться – она отворачивается ко мне спиной и ждет моих шагов в сторону двери. Ну, нет, милая. Так просто я не сдамся.
- Один поцелуй и уйду.
- Что?!!! Нет.
- В щечку… - умоляюще предлагаю я.
- Ну, ладно – поняла, что так просто меня не выпроводить. Подходит ко мне и привстает на цыпочки – Давай, быстрее.
Я подставил свою щеку, и она слегка коснулась ее своими нежными губками. Как же хочется эти губки ощутить на своих. Поочерёдно всасывать то верхнюю губку, то нижнюю, ворваться языком в ее ротик. Я хочу целовать ее бесконечно. Но вместо этого разворачиваюсь и выхожу из спальни. Показываю ей этим поступком - я умею держать свое слово. Я знаю наверняка, что если бы я сейчас впился в ее губы, сопротивления не последовало бы. Она ждала продолжения, это было в ее глазах. Возбужден был не только я. Но если я это сделаю, то в следующий раз она мне не поверит. А ее доверие для меня сейчас важнее, чем минутная слабость и страсть. Эта девушка нужна мне навсегда.
  
Глава 20
 
Евгений
Прямиком из ее спальни я направился в душ. В холодный душ. Смывая с себя возбуждение ледяной водой, я все же улыбаюсь. Не жалею ни об одной секунде моего наглого вторжения в спальню Анны. Еще раз убедился, что девушку тянет ко мне, с такой же силой, что и меня к ней. И этот факт не может не радовать. А раз притяжение есть, то от меня требуется лишь подогревать его и не отступать, но не напирать, чтобы она не заперлась от меня в комнате на ближайшие две недели. Я должен действовать аккуратно, ненавязчиво, но в то же время четко и спланированно. Мне нужен план. План по завоеванию доверия Ани. Будет доверие, а там и до любви рукой подать с таким - то физическим притяжением, как у нас.
Из душа мне пришлось выйти несколько раньше, так как в спальне уже не в первый раз трезвонит сотовый. Этот момент очень напрягает. Вдруг Елизавета Дмитриевна набирает, я боюсь за дочь.
Обвязываю полотенцем свои бедра и не обтеревшись, босиком направляюсь в спальню. С волос капают капли воды, и я вытираю их рукой. Подхожу к прикроватной тумбочке и беру телефон в руки. Но звонит совсем не няня моей дочери, а мой заместитель Олег.
- Слушаю, Олег – отвечаю на тринадцатый звонок.
- Это я тебя слушаю Женя. Где ты? – раздраженно спрашивает мой зам.
- Дома. А что случилось?
- Ничего, кроме того, что ты уже как час должен присутствовать на ежегодном совещании инвесторов. Все приехали, а тебя нет.
- Черт, сегодня что двадцать первое?
- Двадцать первое – подтвердил он и шепотом продолжил – Симонов рвет и мечет. Куликов постоянно спрашивает, сколько еще ждать. А я не знаю, что отвечать. Ты же не предупредил и никаких документов не оставил.
Точно, документы на подобные совещания я готовлю самостоятельно. Причем дома. Они сейчас лежат в верхнем ящике стола в кабинете моего дома.
- Скажи им, что я буду через полчаса.
- Они устали ждать.
- Ничего подождут. Они получают от наших проектов довольно внушительные доходы. Это они во мне заинтересованы, а не наоборот.
Действительно, бывали времена, что я нуждался в спонсорах, инвесторах. Без них никак нельзя было не развить бизнес до того уровня, к которому я так стремился. А сейчас размер дохода моей фирмы настолько высок, что я могу работать без вложений сторонних организаций. Но все же не отказываюсь от их поддержки, так как в нашей стране успешный и прибыльный бизнес может в одночасье стать убыточным. И без связей не обойтись. Вот для таких случаев я и содержу эту свору дармоедов. Как ни крути, а мои инвесторы - это успешные и влиятельные люди. Придется накинуть к их месячным отчислениям еще один бонус, за мое опоздание.