Чужие степи 5 (СИ)

Но, хоть мы и ждали, вот только не знали чего. Как именно будет происходить процесс переноса? Своих знаний у нас не было, а в голове крутились лишь какие-то сцены из кино, с сияющими в воздухе ореолами порталов. 
Конечно, такой вариант казался слишком голливудским, тем более что на попавших к нам в руки записях, ничего подобного не было. Но не исключая даже самые фантастические клише, мы ждали чего угодно, и по возможности готовились. 
И вот, за несколько часов до назначенного времени, твареныш перешёл из своего сарая в дом. Вёл он себя беспокойно, на вопросы не отвечал, и когда заходил кто-то из местных, даже не прятался. Мне это напомнило тигра в клетке, то как он ходит из угла в угол, башкой машет и хвостом себя бьёт. 
Витек и Саня в эту ночь остались в посёлке, — какие-то дела у них были вроде, и перед тем как пойти к себе, зашли к нам, табачку стрельнуть, ну и поболтать перед сном, как обычно. 
Так же в «дом офицеров» — как прозвали мы меж собой место где проживали отцы-командиры, под вечер приехали несколько человек на уазе. В остальном всё было как всегда: тихо, мрачно и буднично.
А время потихонечку шло. Вот не зря говорят, — «хуже нет — ждать и догонять». Тем более что начиная где-то часов с десяти вечера твареныш совсем разнервничался, — рычал, бил хвостом и кидался на стены. Поэтому мы, чтобы не нарваться ненароком, оставили его в доме, а сами переместились в сени. 
С собой захватили самовар, поставили его возле открытого окна, и кое-как раскочегарив, заварили целую баклажку ароматного чая. Тимьян, он же чабрец, душица, листья малины, зверобой, и обладающая успокаивающим действием мята. 
А нервы были на пределе. Прислушиваясь к неравномерным звукам из дома, мы ждали заветного часа. 
Выпили один самовар, покурили — Леонид разжился табаком у вояк, заварили ещё чайничек, выпили, но ничего так и не произошло. 
И уже ближе к утру, наверное перед самым рассветом, когда твареныш наконец успокоился, я вышел на улицу. 
Что-то было не так. 
Постоял немного, вдыхая холодный воздух, подумал, и только когда следом появился Леонид, до меня дошло.
— Тучи ушли что ль? — задрал он голову вверх. 
Последовав его примеру, я замер. Всё небо над нами было усыпано звёздами, а из-за крыш на краю посёлка, медленно выплывал лунный диск.
  
Глава 9
 
— Не может быть... — в стороне заставы, на вышке, всегда горела дежурная лампа, но сейчас там ничего не светилось. Что в купе с внезапно появившимися звездами не могло не наводить на определенные мысли.
— Думаешь это ТАК работает? — с нажимом, выделил мой товарищ. 
— Не знаю. Надо проверить. — ответил я, и первым делом бросился в дом, смотреть что с тваренышем. 
— Да где же он? — домик наш небольшой, две комнатки и кухня, спрятаться негде, но Анин питомец исчез, как и не было. Окна закрыты, более того, заклеены, дверь одна, но через неё он пройти не мог, мы бы заметили.
— Ладно, бросай, нет его. — Леонид встал в дверях, не давая мне навернуть ещё один круг по дому. — Пошли к заставе сходим, а то может у них просто лампочка сгорела, а мы тут нагнетаем.
Но, нагнетай не нагнетай, а исчезновение облаков, сам по себе сигнал тревожный, можно предположить что их сдуло, но в это не верится, слишком уж быстро, и в абсолютное безветрие.
Поэтому долго не думая, мы прикрыли за собой дверь, вооружились какими-то палками, и быстрыми шагами двинулись в ночь.
Шли достаточно долго. Расстояние здесь небольшое, и я уже преодолевал его пешком. А сейчас мы прошли как минимум вдвое больше, но никаких следов заставы не обнаружили. 
— Ну всё. — остановился и так отстававший Леонид, — дальше можно не идти, нет тут никого... 
С дороги мы сошли, а может она просто кончилась, но луна поднялась достаточно высоко, и вполне терпимо освещала окрестности. Это если со свету, в темноту, может и не увидишь, а когда глаза привыкают, видно прекрасно.
Так что, постояли мы ещё сколько-то, покрутили головами, да и пошли обратно. 
 
Шли молча. Говорить не хотелось. 
Ладно застава, хрен бы с ней. Но вот остаться без самолета было очень обидно. Я ещё хотел перегнать его поближе к посёлку, но всё как-то откладывал, да и вояки не дали бы, наверное.
Они вообще относились к кукурузнику как к своему, охрану выставили, заправили до краёв баки, с движком поковырялись, почистили там что-то. Готовились, да только не вышло, твареныш помешал.
Конечно, пока темно, ещё остаётся какая-то надежда, но весьма и весьма призрачная, заставы нет, а значит нет и самолета. И, как бы не было прискорбно, это уже состоявшийся факт. 
А мы-то всё думали-гадали, как будет выглядеть переход. Порталы всякие нафантазировали, окна межпространственные... Тоннели... А тут бац, и приехали. Оно, конечно, очень хорошо что мы наконец дома, но мысль о том, что кукурузник, наша главная выручалочка, пропал, — никак не укладывалась в голове. 
— Так сколько, говоришь, до станицы? — спросил Леонид, когда мы были уже на краю посёлка.
— Двести. Плюс-минус. — на автомате ответил я. 
— По прямой? — уточнил Леонид, напоминая мне о необходимости теперь считать расстояния не по «воздушному», а ориентируясь на рельеф.
— Вот-вот, так и получится все триста, если не больше... — получив утвердительный ответ, пришёл он к такому же неутешительному выводу.
Я не знаю есть ли подходящая техника в посёлке, наверное должно что-то быть, но даже на какой-нибудь ниве, или уазике, дорога займёт не один день. Да ещё и с местными договариваться придётся. Я даже поёжился, представляя через что нам придётся пройти. Это ладно когда оно само выкинуло всю станицу непонятно куда, никто никого не обвинял. А тут, в этом случае, виновники на лицо, есть с кого спросить. И ведь спросят, можно не сомневаться. 
— И непонятно сколько народа в посёлке... Много? Как думаешь? — скорее всего подумавший о том же, снова остановился Леонид. 
Но я лишь пожал плечами. За всё время что мы проторчали здесь, я видел только несколько человек, и судить о количестве жителей, понятное дело, не мог.
Дойдя до нашего «лежбища», мы решили пройти дальше, посмотреть что там в «доме офицеров» происходит. Мы не знали кто именно приехал вчера, но в любом случае это был кто-то из наших собутыльников. Естественно шли мы не поболтать и выпить, а с целями с самыми что ни на есть корыстными. Оружие, вот что сейчас было важнее всего. 
Не знаю как — уговорами ли, угрозами, или тихонечко, под покровом ночи, но автоматы, или что там у них, нужно было изъять. Ведь одно дело встречать рассвирепевшую толпу с голыми руками, и совсем другое с автоматом Калашникова.
В дальнейшем оказалось что я сильно сгустил краски, рисуя последствия, но в тот момент мне именно так всё и представлялось.
Осторожно, чтобы никого не разбудить, мы вошли в знакомый дом, и дождавшись когда глаза привыкнут к темноте, — а снаружи уже серело, прокрались в комнату из которой доносился храп и какое-то бормотание.
Остановившись на пороге, я заглянул внутрь. Три кровати, три человека. Все спят, оружие здесь же, пара автоматов стоят возле стены. 
Ухватив за ремень сначала один, я передал его Леониду, — тот нависал позади меня, заглядывая через плечо, потом подцепил второй. 
— Пистолет... Пистолет возьми, вон, на стуле лежит... — прошептал Леонид, забирая у меня автомат.
Осторожно ступая, так чтобы не скрипеть половицами, я забрал ещё и пистолет. 
Затем, так же тихонько отступив, вышел из комнаты, и прикрыл за собой дверь.
Оружие было не новым, но ухоженным. Единственно, патронов маловато, два рожка на двоих. В пистолете так же одна обойма.
Будить вояк не стали, не хотелось заранее поднимать шум, да и не проснулись бы они, на столе стояли две пустые бутылки, видать знатно они вчера посидели, от души. 
И так же тихонечко как пришли, мы, сделав своё чёрное дело, где напрямки, а где и огородами, вернулись в своё убежище, надеясь до утра отсидеться, а там может чего и придумается.