Болотный край 2 (СИ)

В следующую секунду рядом появилась фигура высокого мужчины в доспехах, без шлема и оружия, зато в светлом плаще с красным шитьём по краям и гербе в виде трёхбашенной крепости.
— Благодарю, неизвестный воин, — сказал он. — Твоё обещание позволит мне уйти на покой. Отдельно благодарю за погребение останков воинов моего ордена и тех, кого мы не смогли защитить. 
Сказал и пропал, будто его и не было.
— Жень, Женя?
Меня из ступора вывело активное потряхивание. Это Григорий взял меня за плечи и тряс, как грушу.
— Всё-всё, я в порядке, — высвободился я из его хватки. — Ты его видел?
— Кого?
— Призрака.
Тот отрицательно покачал головой.
— Точно?
— Точно. Ты вдруг остановился и стал смотреть в одно место. Я тебя звал, звал, а ты стоишь молчком, будто уснул стоя с открытыми глазами.
— Ясно.
— А что за призрак-то? — заинтересовался мужчина.
— Обычный призрак. Сказал спасибо, что его похоронили, — ответил я ему, пару секунд помолчал и добавил. — Или он мне почудился от усталости.
Лагерь в моё отсутствие разбили, если так можно сказать про пещеру, в чистом поле метрах в трёхстах от разрушенных стен города-крепости. Здесь уже горели костры, возле которых грелись люди. Пусть к этому моменту уже у многих одежда была обработана моими согревающими духовными искрами, всё равно живой огонь тянул к себе. Большая часть людей спала рядом с ними, меньшая просто сидела. Кто-то ходил между ними и следил, чтобы никто не скатился во сне в костёр. По периметру стояли часовые, которые менялись каждый час.
Оказалось, что для моего отряда было приготовлено отдельное место с отдельным костром, рядом с которым стояли несколько горшков из города. Их отмыли как следует и наполнили кашей из зерна и мяса, взятых из поселения инсектов. Аромат, правда, был тот ещё — из-за озерной влаги продукты стали портиться. Впрочем, нашим желудкам, ставшим в этом мире по-настоящему лужёными, на запах было наплевать.
Только-только поели, как ко мне потянулись ходоки. Первой, к моему удивлению, оказалась невысокая и худая девчонка вряд ли старше двадцати лет. У неё из-под платка выбивалась прядь светлых волос. В свете костра поблёскивали зелёные глаза. Грязь и лишения не смогли до конца скрыть её красоту. 
«Этой-то что от меня нужно?», — мелькнула у меня мысль в голове при виде гостьи, которая держала в руках большой свёрток.
— Здравствуйте, — несмело улыбнулась она мне.
— Здравствуй. Ты ко мне?
— Да. Вот, — она протянула мне свою ношу, — Веселовский просил передать. Вы не пошли смотреть найденные вещи. Это оттуда, может быть, это важно.
— Кто?
— Григорий Веселовский, он среди нас руководит.
— А-а, Гриша. И что он тут собрал?
С этими словами я принял свёрток из её рук. Внутри лежал прямой меч со сложной гардой. Вроде бы такая называется корзинчатой. Все детали эфеса кроме рукояти были обмотаны тонкой красной проволокой, в том числе и небольшой противовес, выполненный в виде сосновой шишки. Лезвие выглядело так, как если бы вышло из мастерской не больше недели назад, и хранилось всё это время на сухом складе.
Кроме клинка в свёртке — а им был плащ со знакомым гербом в виде башен — лежал небольшой кожаный мешок, похожи на армейский «сидор», только в полтора раза меньше. Его горловину стягивал кожаный шнурок, а на боках в нескольких местах наличествовали толстые кольца. Возможно, к ним крепились какие-то детали экипировки или ремни для переноски. 
В мешке лежали три странных тубуса из бронзы, перстень перчатка и золотая цепь с бляхой, на которой был вырезан сложный узор. В голову пришла догадка, что это печать.
«А ведь на перстеньке-то узор почти такой же, как и на медальке. Большая и малая печати? Скорее всего», — подумалось мне.
— Спасибо. Что-то ещё? — я посмотрел на девушку, которая стояла рядом, пока я рассматривал содержимое свёртка.
— Нет-нет, ничего, — та замотала головой, повернулась ко мне спиной и быстро ушла.
И тут вдруг выдала Шуа:
— Женщина хочет тебя, ты ей понравился. 
— Ещё чего! — фыркнул я. — Скажешь тоже.
 
Тубусами оказались хитро сконструированные книги. Внутри хранились небольшие бумажные листы. Прокручивая сбоку ручку, можно было двигать лист в широком окошке тубуса, в котором виделись за раз по четыре строки. Окошко закрывалось тончайшей бронзовой пластинкой. Несмотря на прошедшие годы, бронза книг не окислилась, лишь слегка потускнела.
— Понимаешь что-то? — поинтересовался у меня Иван.
— Нет, язык незнакомый. Когда вернёмся в посёлок, нужно будет расспросить местных аборигенов, которые с нами живут.
Следующим гостем оказался Лось. Он пришёл через четверть часа после девушки.
— Спросить хочу, командир, — произнёс он.
— Спрашивай.
— К себе людей берёте?
— То есть, тебя? — я с интересом посмотрел на него. — Или вообще?
— И меня, и вообще.
— Берём, но не без проверки, — кивнул я. — А тебя точно без неё не возьму к себе. Да и другие старшие групп вряд ли.
В этот момент в голову пришла мысль, что он и его товарищ могли быть специально оставлены Иглой и Соломой, чтобы втереться к нам в доверие и украсть, например, огнестрельное оружие с патронами. Или что-то ещё. Вероятность этого невысокая, все-таки, главари явно небольшого ума, но она есть.
— Я понимаю и готов. И хочу к тебе.
— В посёлке хватает групп, которые за частоколом действуют, не только моя команда.
Но тот стоял на своём.
— Твои люди рассказали всё. Мне с вами будет интереснее. Я ж не от злости какой к Игле примкнул, просто не люблю сидеть и киснуть в одном болоте. А у него адреналин и всё такое, уважуха других, — сказал он.
— Скорее злость и страх, — поправил я его, — которые рано или поздно дошли бы до планки, и тогда вас порвали бы на куски.
— Как сказали в одном старом боевике: если боятся, значит уважают.
— Ну-ну.
Собеседник решил подойти с другой стороны.
— Командир, ты не думай плохого, я нахлебником или простым быком не буду. Мы же сейчас в мире меча и магии? А я как будто специально был инструктором боя на клинковом оружии в одном из реконструкторских клубов по средневековью.
— О, как! И хороший инструктор из тебя?
— Могу показать на деле, — слегка приосанился он. — Есть у тебя парочка парней, которые хоть немного владеют мечом или саблей?
Невольно я посмотрел на Шуа. У хобгоблинки буквально в крови вшиты все бойцовские ухватки. Хотя, честно говоря, победу берёт за счёт своей завышенной ловкости, силы и скорости. Было бы интересно выставить её против Лося, мигом бы ему спесь сбила. Но если он и в самом деле неплохой мечник, то это будет неправильно.
— Кое в чем и сам разбираюсь, — ответил я ему. 
Тот хмыкнул.
Проверку решил устроить после отдыха. Заодно поставив ему задачу вырезать три тренировочных меча для будущей схватки. Фактически, это будут обычные палки, только оструганные, чтобы не нахватать заноз, и прямые…
Ну, что могу сказать? Разделал он меня и Директора, как Бог черепаху. Мы в посёлке все тренировались не только в стрельбе, но и сражению в рукопашном бою, привычному для этого мира. Не бог весть что, но за несколько месяцев научились держать правильную стойку, примечать движения соперника, наносить удары и уходить или отбивать чужие. Сначала я с товарищем попытался выстоять против Лося без щитов. Но после третьего молниеносного проигрыша мы с Директоров взяли защиту и… стали проигрывать на минуту-две позже.
— Ну как? — с широкой ухмылкой поинтересовался это адреналиновый маньяк. Он запыхался едва-едва, зато мы с Директором напоминали загнанных коней.
— Не лыбся, — через одышку сказал я ему. — Мечом владеешь, согласен. Посмотрю на тебя в посёлке и решу, что делать. За своего другана будешь просить?
— Бамса? Нет, в пень он мне не впёрся, — отрицательно мотнул головой Лось. — Он здоровый, спокойный, но мы с ним никаким боком не сходимся. Каждый сам по себе.