Хякки Яко (СИ)
Фугуки Суйказан — это имя в Кровавом Тумане знал каждый. Его слово имело вес, а сила заставляла считаться с собой. Могущественный шиноби, яростный воин, отменный мечник, избранник Самехады… Всё в нём было хорошо, вот только сам Фугуки на поверку оказался откровенным бельмом в глазу Второго Мизукаге, и так уже долгие годы. Непримиримый последователь Старого Пути, он считал своим прямым долгом загубить любые начинания и реформы, что Генгецу из раза в раз пытался протолкнуть через Совет Джонинов. Небо знает сколько раз он желал оторвать выродку голову, после чего остатки скормить рыбам, оставив себе лишь обглоданный череп в качестве трофея и украшения в сортир, где этому уроду и было самое место, но то были лишь мечты. Вокруг Фугуки сплотились все те, кто отчаянно не желал что либо менять в своём укладе, и смерть своего лидера они бы просто так не оставили, что неизменно привело бы к новому витку кровавой бойни. Но вот он шанс, только руку протяни! Плевать на деньги, к Шинигами мечи, но если только удастся избавиться от ублюдка чужими руками… Нет! Хозуки яростно отодвинул столь заманчивые перспективы прочь. Нет, с Кагуя играть нельзя! Нельзя! История не раз показывала, чего могут стоить такие игры. Но почему, во имя всех Богов, почему этот старик вообще завёл речь про Самехаду⁈ Он же не может не осознавать на что… Генгецу вздрогнул. Не может. Он не может не понимать какой шанс предоставляет ему сейчас.
Медленно подняв взгляд, Второй Мизукаге столкнулся со спокойным взором ярко зелёных глаз, в глубине которых царили циничная расчётливость и молчаливое ожидание.
Картина в миг сложилась воедино. Разговоры о экспансии, прошлом и будущем Страны Воды, возможных вариантах событий. Кагуя планомерно подводил его к простой мысли — у Тумана есть выбор. Они единственные кому, на самом деле, к Биджу не сдалась Хонхона со всеми её Какурезато и Великими Странами, и только риск возможной экспансии и агрессии со стороны материка удерживал их на месте. И вот сейчас в одном помещении собрались Хокаге и Мизукаге. Для чего? Ответ был только один — Кагуя желает заключить союз и условия уже оглашены. Коноха предоставит Стране Воды на откуп всю акваторию и близлежащие острова, в обмен же Туман обязуется поддержать их претензии на Хонхону! Вот ради чего Он здесь! Вот зачем ему нужна была эта встреча! Вот только такие договорённости предусматривают доверие и гарантии. Второе обеспечить не сложно, а вот первое… Доверие Кагуя куёт уже сейчас, когда столь изящно предоставил ему возможность разом избавиться от давней проблемы, что вот уже больше десяти лет не даёт Кири развиваться, насильно удерживая Деревню и всех её жителей в цепях былых традиций и догм. Ему только и надо что отойти в сторону, дать этому монстру сделать то, что он умеет делать лучше всего, и большая часть его проблем разом исчезнет! Деньги, устранение одного из главных политических оппонентов, влияние и выход на торговые мощности Страны Огня! Перед мысленным взором Генгецу проносились все те возможности, что откроет перед Кири союз с Листом. И сейчас весь вопрос в том, примет ли он это предложение? Согласится ли убить земляка чужими руками, отдаст ли ценную реликвию на откуп чужаку? Заключит ли союз с тем, кто ещё недавно с упоением рвал его соотечественников на части?
Время текло неумолимо. Казалось прошла всего секунда с тех пор как небывалое в своей абсурдной щедрости предложение было названо, но Хозуки отчаянно чувствовал что не успевает! Ответ был нужен уже сейчас, сей же миг! Но Мизукаге медлили. До последнего взвешивал риски, просчитывал варианты, отчаянно стараясь чтобы даже тень его рассуждений не отразилась на застывшем в подобии каменной макси безразличия лице. А время всё шло. В какой-то момент Кагуя начал отворачиваться и Генгецу понял — сейчас или никогда. Он как пьяный отчаянно старался унять раздирающий грудь жар, пока сердце бешено колотилось о рёбра, так и норовя раздробить грудину и выбраться на волю.
— Ваше предложение невероятно заманчиво, — Хозуки слушал себя и не узнавал. Чёткий, сухой, почти безэмоциональный, но с ощутимым надрывом голос словно бы исходил из ниоткуда, но явно повторял каждое его слово, — Однако я не могу ни принять, ни отклонить его. Самехада сам выбирает себе хозяина, и только ему решать как поступить со совей собственностью. Фугуки — что ты думаешь на счёт предложения уважаемого Третьего Хокаге?
Смотря на побагровевшего от гнева и злости мечника, которому явно не терпелось высказать всё что он так долго держал в себе, Генгецу вдруг почувствовал небывалое облегчение. Он сделал свой выбор — к добру или к худу покажет лишь время, но теперь, до самого конца этого тщательно выверенного представления, он лишь зритель, а потому стоит расслабиться и насладиться шоу, что этот хитрый старик столь заботливо для него приготовил. А судя по довольному блеску в глазах его нового союзника — скучать ему уж точно не придётся.
Глава 78
Надежды Второго Мизукаге полностью оправдались. Взбешённый Фугуки, побелевшими костяшками пальцев намертво вцепившийся в рукоять Самехады, почти-что выплёвывая каждое новое слово, прохрипел:
— Что я думаю⁈ Что я думаю⁈ Да скорее в Стране Воды настанет вечная засуха, чем я позволю какому-то рогатому выродку хотя бы притронуться к моему мечу!!! Слышишь, Кагуя⁈ Единственный способ для тебя заполучить этот клинок — забрать его прямиком из моих окоченевших рук, но даже тогда, будь уверен, Самехада не упустить возможности оторвать твои когтистые культи, с удовольствием перемолов их в труху!!! Ну что, «Сильнейший», рискнёшь попробовать осуществить задуманное⁈ А???!!! Давай!!! Чего ждёшь⁈
Генгецу с нескрываемым удовольствием наблюдал за развернувшейся сценой, жадно всматриваясь как его давний недруг сам роет себе могилу.
Понимал ли Фугуки какие последствия принесут за собой его громкие слова? Безусловно. Рыжеволосый великан не был глупцом, отнюдь, не смотря на всю скопившуюся за годы их вынужденного сотрудничества ненависть и отвращение, Второй Мизукаге не мог не признать, что самопровозглашённый лидер Семи Мечников Тумана обладал довольно живым умом и смекалкой, что отлично сочеталась с по-настоящему звериным чутьём и богатым опытом. Вот только сейчас ничего из этого не имело особого значения. Суйказан стал заложником столь почитаемых им же традиций. Он просто не мог ответить иначе, ведь выдвинув претензии на его меч, Кагуя автоматически поставил под сомнение его право владеть им, а значит и его силу, на которой держалось высокое положение и авторитет Фугуки в иерархии шиноби Тумана. Попробуй он сейчас съюлить, проигнорируй прямо брошенный вызов, то по возвращению домой вся Страна Воды тут же прознала бы о том, что он струсил, дал слабину. На эти вести, как акулы на пролитую кровь, тут же слетелись бы все, кто имел счёты с излишне ретивым мечником, при этом в рядах желающих поквитаться и лично проверить действительно ли великий Фугуки размяк, были бы и враги, и союзники, все без разбору. Слабость в Кровавом Тумане не прощалась никому — тем более Легендам.
Всё это прекрасно понимал и сам Суйказан, и потому сделал то единственное, что вообще мог сделать в сложившейся ситуации — накалил обстановку ещё больше, бросив вызов самому Кагуе, поставив уже его в довольно шаткое положение.
Согласись он на бой, то вероятнее всего прикончит Фугуки, всё же, как бы ни был силён и искусен Суйказан, но реликту Войн Кланов он явно был не ровня. Вот только ни о каких переговорах после жестокой расправы уже не могло быть и речи. Убийство живой Легенды, ненавидимой, но почитаемой, не кем-нибудь — а Каге другой Страны, да ещё и на мирной встрече, просто не оставит других вариантов. Генгецу придётся, несмотря на все личные убеждения и симпатии, публично осудить действия Третьего Хокаге и разорвать все, даже гипотетические, связи с Конохой, что поставит крест на далеко идущих планах Глав обоих Деревень.
С другой стороны — уступи сам Кагуя, желая сохранить только начавшее зарождаться сотрудничество, как и без того немалый авторитет Фугуки в Кири в мгновение ока взлетит на прежде недосягаемую высоту.